На нашем сайте можно познакомиться с жизнеописаниями и других римских императоров: Октавиана Августа (30 г. до Р. Х. - 14 г. по Р. Х.), Тиберия (14-37 гг.), Калигулы (37-41 гг.), Клавдия (41-54 гг.), Нерона (54-68 гг.), Гальбы (68-69 гг.), Отона (69 г.), Вителлия (69 г.), Веспасиана (69-79 гг.), Тита (79-81 гг.), Домициана (81-96 гг.), Нервы (96-98 гг.), Траяна (98-117 гг.), Адриана (117-138 гг.), Антонина Пия (138-161 гг.), Коммода (180-192 гг.)

Личность и характер Марка Аврелия

Римский император Марк Аврелий Антонин (131-180), которого часто называют философом, был достойный преемник Антонина Пия. Он происходил от знатной фамилии, переселившейся в Италию из Испании. Личность Марка Аврелия была весьма замечательна. Усердие, с каким он, знатный юноша, учился у Ирода Аттического, Фронтона и Секста Херонейского (внука Плутарха), обратило на него внимание императора Адриана и, по желанию последнего, он был усыновлен Антонином Пием, которого Адриан назначил своим преемником. Сделавшись императором, Антонин дал Марку Аврелию титул цезаря, женил его на своей дочери Фаустине, постоянно оказывал полное доверие ему, имел его своим помощником во всех государственных делах. После смерти Антонина Пия, Марк Аврелий взошел на императорский престол; ему было тогда 39 лет. Он сделал своим соправителем Луция Вера, другого приемного сына Антонина Пия. Вер был девятью годами моложе его. Государству угрожали войны на Севере и на Востоке, и Марк Аврелий нуждался в помощнике тем более, что был не особенно крепок здоровьем. Быть может, он ослабил его своим чрезмерным усердием в занятиях риторикой и философией.

Император Марк Аврелий

Император Марк Аврелий. Бюст в глиптотеке Мюнхена

 

Историк Капитолин говорит, что Марк Аврелий, ещё будучи двенадцатилетним мальчиком, уже стал одеваться и жить, как стоик. В учебные часы он надевал философский плащ; он спал на голой земле, и, только по усиленным просьбам матери, стал потом спать на матрасе, покрытом звериными шкурами. До конца жизни император Марк Аврелий выказывал величайшее уважение к своим учителям; он поставил им статуи, украшал гробницы их цветами, приносил жертвы в честь их памяти. В своих «Размышлениях» он называет особенной милостью богов к себе то, что они дали ему превосходных родителей и наставников. Стоическая философия совершенно овладела мыслями Марка Аврелия, и он во всех своих правительственных действиях следовал её учению. Очень рано она отвлекла его от гимнастических упражнений и от охоты за зверями и птицами, хотя эти развлечения нравились ему прежде; она сделала Марка Аврелия с молодых лет нравственно похожим на старика. Он сохранял величайшее душевное спокойствие и при радостных и при печальных случаях, говорит Аврелий Виктор, так что выражение лица его всегда оставалось одинаково, и это было у него с молодости. Только из уважения к привычкам народа, император присутствовал на общественных играх в амфитеатрах, в цирке, или бывал на спектаклях в театре, но так мало интересовался ими, что во время игр и спектаклей читал книги, слушал доклады сановников, подписывал правительственные акты. Его мысли были далеки от этих развлечений. Но, будучи очень строг к самому себе, Марк Аврелий был по характеру снисходителен к другим и очень добр. «Он был воздержен без желания принуждать к тому других, – говорит Капитолин, – кроток без слабости, серьёзен без суровости». Он велел давать гладиаторам тупое оружие, чтобы они не могли наносить друг другу смертельных ран. Император Марк Аврелий царствовал, сообразно мысли Платона, что цари должны быть философами, или царями должны быть философы.

Философу на престоле очень нравилось бы, если бы его царствование было таким же мирным, как правление предшественника его; но судьба принудила Марка Аврелия много воевать. Продолжительный мир, которым пользовалась империя, ослабил, кажется, дисциплину легионов, стоявших по границам государства, и уменьшил боязнь римского оружия в соседних племенах. Наши сведения о начале правления императора Марка Аврелия очень скудны, но все-таки мы знаем, что британские легионы взбунтовались, хотели сделать императором своего главнокомандующего Стация Приска, что войско, стоявшее на, армянской границе, привыкло жить изнеженно и буйно, что дисциплина в нем упала, что оно не занималось военными упражнениями; это внушило парфянскому царю, Вологазу III, надежду овладеть Арменией, с потерей которой не могли примириться парфяне. Мы знаем также, что на северной границе государства поднялось опасное брожение: маркоманы взялись за оружие; с ними вступили в союз квады, свевы, гермундуры, другие германские и некоторые сарматские племена; они хотели овладеть соседними областями римской империи.

Итак, у государства было много врагов; притом оно сильно страдало от наводнений, голода, заразы. Императору Марку Аврелию было бы необходимо иметь хорошего помощника; но товарищ его был помощником очень плохим; да и сам он не имел тех качеств, каких требовали обстоятельства. Луций Вер привык в отцовском доме предаваться чувственным излишествам и остался с этими привычками на всю жизнь, изнурил себя пьянством и развратом. Марк Аврелий среди владычествующих пороков сохранил нравственную чистоту, вел простую и честную жизнь в старинном римском духе, умел переносить все труды и лишения; но он смотрел на великие государственные дела с точки зрения пустой школьной премудрости. Мысли императора были ограничены узким горизонтом стоицизма, и ему казалось важнее размышлять о жизни, чем всматриваться в нее и действовать энергически, как следует благоразумному государю. Замкнувшись в свой стоицизм, Марк Аврелий занимался лишь самим собою, так что не умел ни обуздать пороков своего соправителя, ни удержать от разврата свою жену Фаустину, недостойную дочь Антонина Пия. Луций Вер в Лаодикее и в роскошных рощах Дафны, где веселились граждане Антиохии, предавался всем порокам, которыми издавна были знамениты большие города Сирии. Его храбрые легаты Авидий Кассий, Марций Вер и вызванный из Британии на Восток Стаций Приск успешно сражались с парфянами, но сам он только развратничал. Жена Марка Аврелия, Фаустина, знаменитая и своей красотой, и своим распутством, пренебрегала всяким приличием. Говорят, что, веселясь на прелестном берегу Кампании, она выбирала в любовники себе из полунагих рыбаков и матросов тех людей, которые сказались наиболее сильными. Но император до конца её жизни выказывал ей самое нежное расположение.

Фаустина, жена Марка Аврелия

Фаустина Младшая, жена императора Марка Аврелия

Автор фото - ChrisO

 

Парфянская война Марка Аврелия

О парфянской войне императора Марка Аврелия (162-165) мы не имеем почти никаких сведений. Велеречивые рассказы о ней, над риторическими преувеличениями которых смеялся Лукиан, не дошли до нас. По кратким известиям, уцелевшим в извлечении из Диона Кассия, мы знаем, однако же, что эта война была упорна, длилась три или четыре года, что римские войска подвергались великим бедствиям и одерживали блестящие победы. Пользуясь упадком дисциплины у римлян, парфянский царь Вологаз истребил целый легион, стоявший в армянском городе Элегейе. Но Авидий Кассий восстановил честь римского оружия, отклонил от союза с парфянами племена, помогавшие им, оттеснил их за Тигр, взял многолюдный, сильно укрепленный греческий город Селевкию и Ктесифон, столицу парфянского царя, построенную на том месте, где прежде был только стан кочевых парфян. Селевкия во время войны была сожжена; говорят, что при этом погибло 300,000 человек, половина прежнего её населения. Селевкия не могла уже никогда оправиться от этого тяжелого удара. В Ктесифоне был разрушен дворец, но город скоро стал опять великолепен. Армения и Месопотамия снова были присоединены к римской империи. На обратном пути в Сирию Авидий Кассий потерял много войска. Луций Вер за победы, одержанные другими, получил в следующем году участие в триумфе, которым император Марк Аврелий отпраздновал окончание парфянской войны. Кассий за свои победы был сделан правителем Азии.

 

Внутренняя политика Марка Аврелия

Марк Аврелий между тем старался улучшить внутреннее положение государства, издавал хорошие законы, делал благоразумные распоряжения (между прочим, он уменьшил число дней, в которые не было производства дел в судах). Как в частной жизни, так и в управлении государством он следовал учению стоической философии; оно предписывало ему самым добросовестным образом исполнять обязанности сана, данного ему судьбой, и он совершенно посвятил себя заботам о благе государства и подданных. Члены совета Марка Аврелия были хорошие юристы; он уважал их мнения и при их помощи издавал благоразумные постановления, улучшал судопроизводство, отменял злоупотребления в частном юридическом быте, например, в делах опеки, или в присвоении сословных прав людям, которым не должны были они принадлежать. Сенату Марк Аврелий оказывал такое же уважение, как Антонин Пий.

Монета Марка Аврелия

Монета императора Марка Аврелия (ауреус). Справа - богиня Счастья

Источник фото

 

Луций Вер

Но все результаты забот этого императора об улучшении государственного быта и поднятии нравственности разрушал Луций Вер дурным примером своей жизни. Марк Аврелий и его соправитель были совершенной противоположностью один другому: они как будто были представителями крайнего развития правил тех двух философских школ, между которыми делилось тогда большинство образованных римлян, один – стоицизма, другой – эпикуреизма.

Марк Аврелий был человек точного исполнения обязанностей, заученных по книгам, Луций Вер – человек, наслаждавшийся жизнью. При Адриане и Антонинах владычествовала мода на ученость, и Луция Вера усердно учили, но учение не шло ему на ум. Ему больше нравились развлечения. Он любил бывать на играх цирка, на гладиаторских боях, пировал с веселыми приятелями до поздней ночи. Потому Антонин Пий держал его на втором месте, выдвигая Марка Аврелия вперед. Титул цезаря был дан Марку Аврелию еще в 139 году, а Луций Вер не получил его до вступления своего приемного брата на престол. Трибунскую власть Марк Аврелий получил еще в 147 году, а Луций Вер тоже только уже при вступлении на престол Марка Аврелия. Но, кажется, он мало огорчался тем, что Антонин Пий не давал ему почестей: тем больше было ему досуга предаваться веселостям, и он, легкомысленный, ленивый на работу, был, вероятно, рад, что ему не поручают никаких дел. Антонин только по уважению к воле Адриана усыновил его; потом не отнимал у него прав, данных усыновлением, и полюбил его за веселый прямодушный характер. Император Луций Вер был из числа тех людей, которые проводят жизнь в чаду удовольствий, наслаждаясь всем, что дает настоящая минута, не заботящихся о будущем, чуждающихся честолюбия потому, что оно мешает веселиться. По скудным известиям, какие дает нам о Луции Вере его биография, написанная Капитолином, мы видим, что страсть к наслаждениям вовлекала его в глупости и пороки; но он был настолько справедлив и добродушен, что искренно признавал превосходство Марка Аврелия над ним и добровольно подчинялся во всех государственных делах своему старшему соправителю. По возвращении из сладострастной семитской Сирии, где Луций Вер познакомился с новыми наслаждениями и пороками, он жил так, что сильно огорчал Марка Аврелия своим дурным влиянием на общество. Его дворец был похож на притон разврата. Луций Вер проводил целые ночи в играх с актерами, шутами, флейтистами, отпущенниками; в числе удовольствий этих пиров были даже гладиаторские бои; иногда Луций Вер переодетым бродил с товарищами своего пьянства по улицам, заходил веселиться в самые пошлые таверны и публичные дома. Марк Аврелий огорчался беспутством своего соправителя, но по правилам стоического учения заботился лишь о собственной добродетели, не делая упреков товарищу.

Луций Вер

Луций Вер, соправитель Марка Аврелия

Автор фото - PierreSelim

 

Капитолин описывает пир Луция Вера, на котором было двенадцать гостей и который обошелся в 6 миллионов сестерциев. Каждый гость получил в подарок рабов, прислуживавших ему за столом, всю посуду, с которой ел и пил, получил по живому экземпляру всех животных, мясо которых было за столом. Когда был выпит один кубок, в него не наливали опять вина, а подавали новый кубок, и все они были драгоценные, золотые, серебряные, оправленные дорогими камнями, или сделанные из дорогого материала, называвшегося александрийским кристаллом. Венки для гостей были сплетены из цветов другой поры года и перевиты золотыми лентами. Гостям Луция Вера были розданы золотые флаконы с ароматическими маслами. Пьянство и игра в кости длились до позднего утра, и когда гости отправлялись домой, каждый получил в подарок экипаж, отделанный серебром; мулы и слуга, правивший экипажем, тоже были подарены ему.

Луций Вер был высокий стройный мужчина, говорит Капитолин, черты его лица были приятны. Соправитель императора Марка Аврелия носил, по варварскому обычаю длинную бороду; сросшиеся брови придавали его взгляду величественное выражение. Он так гордился своими рыжеватыми волосами, что посыпал их золотым порошком, чтобы они больше блестели. Говорил Луций Вер, несколько запинаясь. Любовью к веселостям он походил на Нерона, но не унижал себя пошлыми сумасбродствами и не был жесток.

Когда вспыхнула война с германцами, Марк Аврелий послал своего соправителя в поход, чтобы оторвать его от развратной жизни в Риме. Луцию Веру было очень грустно расставаться с играми цирка, на которых он обыкновенно председательствовал, с актерами и сирийскими товарищами пиров и отправляться в суровые дунайские земли, где предстояли ему труды и опасности военной жизни. Но отказаться от поездки он не мог. Луций Вер не вернулся из этого похода. Несколько времени он прожил на театре войны, поехал назад в Рим, но на пути с ним случился апоплексический удар. Его привезли в Альтин (в нынешней венецианской области), где через три дня он умер (169). Была молва, что Луций Вер отравлен или Фаустиной, любовником которой, как говорили, был он прежде, или даже, что он отравлен самим Марком Аврелием. И то, и другое клевета.

 

Маркоманская война Марка Аврелия

В эти годы происходило обширное волнение племен, простиравшееся от Иллирии по Дунаю до Рейна, имевшее отголоски в Галлии, даже в Британии. Очень жаль, что мы имеем лишь скудные, бессвязные известия об этой великой войне римлян с германцами, называющейся обыкновенно маркоманской, по имени народа, игравшего в ней важнейшую роль со стороны врагов Рима. Она была очень опасна для римлян. Их историки сравнивают маркоманскую войну Марка Аврелия со Второй Пунической войной и с нашествием кимвров. Нападения, от которых отбивались тогда римляне, были началом великого передвижения племен, называющегося переселением народов. Капитолин перечисляет множество германских племен, одно за другим бившихся с римлянами; из этого видно, что они подвигались к римским границам, и место разбитых передовых племен занимали шедшие сзади их.

Войска императора Марка Аврелия, расположенные на дунайской границе для охранения Паннонии, Дакии, Мизии, Норика, были, кажется, очень ослаблены парфянской войной и эпидемией, от неё развившейся. Это облегчило варварам нападения на римские области. Теснимые с северо-востока готами и, страдая от бедности, многие германские племена двинулись вместе на римские области, прорвались чрез границу в нескольких местах, наводнили своими толпами все пространство до Аквилеи, грабили, опустошали его, уводили жителей в плен сотнями тысяч. Хавки вторглись в Бельгию (где впрочем удачно отражал их Дидий Юлиан); они перешли Рейн и вторглись в Рецию. Со времени кимвров и тевтонов римляне считали германцев очень опасными врагами; вторжение германских племен возбудило теперь ужас в изнеженном Риме, находившемся и без того в унынии от свирепствовавшей там эпидемии. Страх был так велик, говорит Капитолин, что Марк Аврелий нашел надобным устроить самый торжественный из римских обрядов поклонения, называвшийся lectisternium (угощением богов), велел совершать множество других обрядов и жертвоприношений римских и чужеземных, а знаменитый врач Гален принимал между тем медицинские меры для борьбы с эпидемией. Император старался заключать договоры с нападавшими племенами; ему удалось склонить к миру квадов; они возвратили часть уведенных ими пленных, и новый царь, выбранный ими, просил себе от императора утверждения в сане. Но сарматы-языги и маркоманы продолжали грабить, а квады, несмотря на данные римлянам обещания, помогали им; потому Марк Аврелий должен был сам отправиться в поход (169-170). Он перешел Юлийские Альпы, пришел в Карнунт и отчасти силой оружия, отчасти договорами избавил римские пограничные области от набегов германцев.

Перерыв в маркоманской войне продлился недолго. Едва император со своим молодым сыном, Коммодом, отпраздновал триумф, в Рим пришла страшная весть о новых вторжениях варваров (171). Если верить Лукиану, Марк Аврелий обратился к помощи чародейства; это было в духе римлян того времени. Лукиан говорит, что, по совету знаменитого пророка Александра Абонотихского, были пущены за Дунай два льва на погибель врагам; но враги убили иноземных зверей, как простых собак или волков, нанесли сильное поражение начальнику дунайских войск, стали опустошать Паннонию и Иллирию и доходили до окрестностей Аквилеи. Марку Аврелию надо было идти на маркоманскую войну самому. В казне не было денег, и чтобы приобрести их, император обратился к средству, похожему на сбор добровольных пожертвований; он велел нести на форум Траяна и продавать с публичного торга драгоценности, которыми Адриан и Луций Вер наполнили дворцы; были вынесены на продажу уборы из драгоценных камней, золотая посуда, были вынесены даже шелковые, затканные золотом одежды императрицы Фаустины, её жемчуг и дорогие камни. Аукцион продолжался два месяца и оправдал ожидания, дал Марку Аврелию средство пополнить ослабевшие ряды легионов наборами и вербовкой хищных далматов и дарданов, привычных к войне; в императорское войско принимали даже рабов и гладиаторов.

По окончании сборов, войска двинулись на Дунай (172). Сам Марк Аврелий пошел туда, где опасность была наиболее велика, и, расположившись главной квартирой в Карнунте, стал управлять действиями против языгов, квадов и маркоманов, а его легаты Помпеян и Пертинакс прогнали хаттов и их союзников из Норика и Реции. Германцы храбро сопротивлялись; между их убитыми находили вооруженных женщин. Маркоманы даже одержали победу; в этом сражении был убит префект стана Макрин Виндекс; они были побеждены, лишь когда пошел на них сам император. Но наиболее трудна была борьба с языгами и квадами. Языги были наконец разбиты в кровопролитном сражении на льду Дуная. Римские воины в этой битве клали на лед свои щиты, чтобы не скользили ноги; побежденные языги были прогнаны за реку. Ободренный этим успехом, Марк Аврелий пошел в землю квадов, но подвергся там большой опасности. Войско было окружено неприятелем и отрезано от воды, а в это время был палящий летний зной; только чудом были спасены римляне от погибели: внезапно разразилась гроза, освежила их, дала им воду и с тем вместе, помешала врагам стеречь их; они ушли от погибели быстрым отступлением.

Христианское сказание приписывает чудесное избавление войска Марка Аврелия молитве воинов Молниеносного легиона (Legio fulminata), состоявшего, по этой легенде, из христиан: языческое предание говорит, что гроза была произведена волшебством египетского чародея, находившегося в свите императора. На прекрасной колонне, которую Марк Аврелий поставил в память маркоманской войны и которая до сих пор остается, подобно колонне Траяна, одним из лучших украшений Рима, есть изображение относящееся, кажется, к этому случаю: один из рельефов, которыми покрыта колонна, изображает Юпитера-Дождеподателя (Jupiter Pluvius); вероятно, это означает какое-нибудь счастливое событие, происшедшее при дожде и грозе. Есть письмо Марка Аврелия, рассказывающее, что гроза была произведена молитвою Двенадцатого легиона; есть и предание, что Двенадцатый легион получил по этому случаю название Молниеносного; и письмо, и предание – вымыслы. Двенадцатый легион, стоявший обыкновенно, в Египте уже более ста лет носил имя Молниеносного.

Маркоманская война

Чудо дождя. Рельеф на колонне Марка Аврелия в Риме

Автор фото - Cristiano64

 

Маркоманская война длилась несколько лет; подробных известий о ней мы не имеем, но знаем, что она была очень тяжела для римлян. Марк Аврелий окончил ее договорами, по которым германские племена или союзы племен обязывались прекратить нападения (175). Положение римской границы после маркоманской войны вообще осталось прежним. Некоторые германские племена, жившие по соседству с нею, поступили на жалованье к римлянам с обязанностью охранять Дакию от нападений; молодые люди из других племен поступили воинами в римские войска. Множество германцев получили земли в пограничных провинциях: Паннонии, Мизии. Дакии, Германии, даже в Италии. Было установлено, что между землями варваров и римской границей должна оставаться не населенная и не возделанная широкая полоса земли, что варвары могут приходить на римскую границу для торговли только в определенные дни и в назначенные места.

Дольше всех племен вели «маркоманскую» войну квады и языги. Марк Аврелий назначил тысячу золотых монет в награду за выдачу римлянам царя квадов, Ариогеза. Он был, наконец, выдан; тогда квады и маркоманы заключили мир с римлянами и возвратили им пленных, число которых простиралось до 50,000 человек. Ариогез был послан в Александрию; дальнейшая жизнь его нам неизвестна. Покинутые союзниками, языги не могли одними своими силами продолжать войну. Они возвратили пленных, число которых было, как говорят, 100,000 человек, вступили в союз с римлянами и дали 8000 всадников на службу им; было условлено, что ненаселенная полоса земли между поселениями квадов и римской границей будет вдвое шире, чем по другим местам границы.

Колонна Антонина (то есть Марка Аврелия), покрыта рельефами, изображающими блистательные подвиги римлян, о которых не дошло до нас письменных известий. Мы видим на ней победоносные битвы маркоманской войны, смелые переходы по болотам, поросшим камышами, переходы через реки по мостам, видим побежденных врагов, протягивающих руки к императору с мольбою о пощаде.

 

Восстание Авидия Кассия

Марк Аврелий тем более спешил покончить войну с германцами, что получил страшное известие: Авидий Кассий, правитель Азии, грозный врагам своею храбростью и военным талантом, грозный и своим воинам жестокостью, с какой поддерживал строгую дисциплину, провозгласил себя императором (175). Антиохия, некоторые другие азиатские города признали его власть; в самом Риме проявлялись признаки опасного волнения. Говорят, Авидий Кассий был потомок того Кассия, который был душой заговора против Юлия Цезаря. Он прославился победами в Армении и усмирил в Египте хищных пастухов (буколов), живших в болотистых низменностях Дельты. Гордый своими победами, Авидий Кассий уже давно думал стать императором. Вероятно, он презирал Луция Вера за изнеженность и, быть может, Марк Аврелий казался ему слишком снисходителен, слаб, неспособен к правлению. Мы не знаем, по каким обстоятельствам Авидий Кассий именно теперь рискнул провозгласить себя императором. Говорят, что поводом к этому был ложный слух о смерти Марка Аврелия; по другому известию, императрица Фаустина, видя болезненность мужа и желая обеспечить себя и своих детей, возбудила Авидия к восстанию, обещавшись выйти за него замуж. Марк Аврелий, наскоро покончив путем договоров войну с германцами, отправился в Сирии подавить мятеж. Но прежде чем он приехал туда, Авидий Кассий был уже убит центурионом Антонием.

Марк Аврелий продолжал, однако, свой путь и, благодаря его приезду, восставшие области быстро успокоились. Император предоставил расследование о соумышленниках Авидия сенату и другим законным трибунам, смягчил только приговоры, произнесенные ими. Не был казнен ни один мятежник. Наиболее виновные, в том числе сын Авидия, были наказаны ссылкой, да и то выбор места, где они будут жить, был предоставлен им самим. Имущество Авидия должно было, по закону, поступить в императорский фиск; Марк Аврелий возвратил половину этого имущества детям Авидия, а другую передал в государственную казну (эрарий). С восставшими городами он так же поступил очень кротко; антиохийцев Марк Аврелий наказал тем, что запретил им их обычные праздники с играми; это было, впрочем, большим огорчением для них. Приезд императора на Восток вообще имел очень хорошие последствия. Он упрочил мир с парфянами, наградил многие города за их верность освобождением от налогов и другими милостями; такие же милости он щедро дал обедневшим городам, чтоб их благосостояние могло поправиться.

При поездке Марка Аврелия по Малой Азии, в одной из местностей близ Тавра, умерла его жена Фаустина, порочную жизнь которой он терпел с философским спокойствием, не делая ей никаких упреков. По его желанию, ей был дан апофеоз; император построил храм на том месте, где умерла Фаустина, и основал в честь её памяти воспитательный дом для дочерей римских граждан, по образцу подобного учреждения, основанного Антонином Пием; этот воспитательный дом был назван Фаустинским. На вилле Альбани есть барельеф, изображающий девочек, теснящихся около Фаустины и сыплющих хлебные зерна в складки её одежды. Это жертва благодарности, приносимая ими ей.

Пробыв три года в Сирии и в Египте, император возвратился через Афины в Италию, оказывая милости народу по всему пути,назначая жалованье и давая другие награды ученым, философам и ораторам. В благодарность за его благодеяния афиняне посвятили Марка Аврелия в элевсинские таинства. В Риме он отпраздновал вместе с Коммодом второй триумф. По случаю этого торжества император устроил игры для народа, роздал награды и подарки воинам. Процессы против мятежников были прекращены: Марк Аврелий не хотел осквернять свое правление казнями.

 

Конец маркоманской войны Марка Аврелия

На Дунае между тем возобновилась война. Римские войска, стоявшие по границе, обижали квадов и маркоманов, угоняли их стада, портили их нивы, давали приют их дезертирам; их жалобы оставались напрасны, и они взялись за оружие. В то время, как Марк Аврелий чеканил монету, надпись на которой возвещала, что в римской империи владычествует мир, на берегах Дуная поднялись бедствия войны: германские племена возобновили союзы между собою и вторглись в римские владения. При известии об этом, император, по старинному обычаю, потряс окровавленным копьем перед храмом Беллоны в знак того, что необходимо вести войско на врагов (5 августа 178), и в сопровождении Коммода отправился из Рима на Дунай. Своему опытному полководц style=у Пертинаксу Марк Аврелий поручил оборону Дакии, а сам расположился, как прежде, главною квартирою в паннонском городе Карнунте. Об этой (третьей) войне с германцами мы знаем еще меньше, чем о прежних. Геродиан во вступлении к своей «Истории императоров» говорит, что Марк Аврелий победил тогда некоторые племена, заключил мир с некоторыми другими, что некоторые ушли от римских границ; Дион упоминает о большой битве, в которой варвары держались против римлян целый день, но были напоследок совершенно истреблены. Эта победа не сломила, однако же, силу врагов.

 

Смерть Марка Аврелия

Война еще продолжалась, когда император Марк Аврелий занемог и умер. Он скончался в паннонском городе Виндобоне (нынешней Вене) (17 марта 180). Умирая, он тревожился душою за будущность государства. Свои личные страдания Марк Аврелий выносил спокойно и ожидал смерти безбоязненно, верный правилу, которому следовал в жизни: «Человек в свое не долгое земное существование должен жить сообразно природе, а когда настанет минута возвращения в отечество, должен покориться этому спокойно, как созревшая маслина, которая, упадая, благословляет дерево, ее породившее и благодарит ветвь, на которой держалась». Прах умершего императора был перевезен в Рим и при всеобщей печали погребен в Мавзолее Адриана. Памятники и статуи сохраняли потомству память о мудром и добром государе. Его триумфальные ворота на Корсо оставались целы до 1662 года. Статуя Марка Аврелия на коне и колонна до сих пор украшают Рим. Они свидетельствуют, что римское искусство, хотя и падало, но еще сохраняло тогда достоинство, правдивость, изящество. Коммод, желая скорее вернуться к наслаждениям столичной жизни, поспешил кончить утомительную войну невыгодными для Рима договорами, показавшими германцам слабость дунайской границы.

Статуя Марка Аврелия

Конная статуя императора Марка Аврелия. Капитолийская площадь, Рим

 

Смертью Марка Аврелия начинается новый период истории римской империи, когда явственно обнаружились результаты переворота, произошедшего за первые три столетия нашей эры в литературе, науке, религии, философии. Главное значение Марка Аврелия и двух предшествовавших ему императоров состоят в их влиянии на умственную жизнь современников. Династия Антонинов важна не политической или военной деятельностью. Мысли её монархов гораздо больше были заняты философией, литературой, религией. Эта сфера жизни была и для всего образованного общества империи гораздо более занимательною, чем действия войск в отдаленных странах и политические дела, от участия в которых общество было устранено. Философские размышления императора Марка Аврелия о самом себе служат ясным свидетельством того, что интересы людей сосредоточивались тогда в области их душевной жизни.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.