Второе путешествие Колумба.

Содержание:

Подготовка ко второму путешествию Колумба

Открытие Карибских островов Колумбом

Прибытие Колумба на Эспаньолу (Гаити)

Строительство города Изабеллы

Золото в Сибао

Плавание Колумба на Ямайку (1494)

Плавание Колумба вдоль берегов Кубы

Прибытие из Европы брата Колумба, Бартоломмео

Коварство Маргарите и Бойля

Борьба Колумба с туземцами

Прибытие уполномоченного испанской королевы Агуадо

Открытие золотых рудников

Возвращение Колумба и Агуадо в Испанию (1496)

Подготовка ко второму путешествию Колумба

В мае (1493 года) Колумб уехал из Барселоны, где после первого плавания был осыпан любезностями королевы и короля. Он отправился в Севилью заняться приготовлением к новой экспедиции. Изабелла и Фердинанд выказывали полное доверие к нему. Колумб был утвержден в сане вице-короля земель, которые открыл или откроет; ему была предоставлена вся власть в них, назначение всех областных правителей и судей. Но в Севилье была учреждена комиссия для заведования делами Индии (то есть, по нынешнему выражению Вест-Индии). Президентом её был назначен Хуан Фонсека (получивший впоследствии сан епископа бадахосского), человек властолюбивый, заботившийся исключительно об интересах испанского правительства, жертвовавший для них благом американских владений, распоряжавшийся делами деспотически, по своим личным сочувствиям и антипатиям к людям. Эта комиссия, называвшаяся контрактной палатой, Casa de Contratacion, председателем которой Фонсека оставался очень долго, была верховным судом по всем делам колоний, устанавливала пошлины и торговые правила для них, заведовала снаряжением экспедиций в Америку. Помощниками Фонсеки были Франсиско Пинело и Хуан Сориа, заведовавшие специально разными отраслями финансового управления.

 

Портрет Колумба

Портрет Христофора Колумба. Художник С. дель Пьомбо, 1519

 

Правительство заботливо помогало Колумбу в снаряжении его второго плавания. Матросы и солдаты охотно шли в состав экспедиции. Правительство убеждало ремесленников, горных мастеров и людей, опытных в сельском хозяйстве плыть в новооткрытые земли; дало Колумбу большие запасы амуниции и продовольствия; снабдило экспедицию лошадьми, другими домашними животными, домашней птицей, селенами для нив, растениями для плантаций, дало множество мануфактурных товаров, маленьких зеркал, бубенчиков и всяких безделок для меновой торговли с туземцами. Изабелла позаботилась и о спасении их душ. Дикари, привезенные Колумбом, были крещены, научены христианской вере и отправлялись теперь домой быть миссионерами, помогать двенадцати монахам, посылаемым крестить их соплеменников. Управление делом проповеди и крещения туземцев было поручено бенедиктинцу Бернардо Бойлю (Bernarde Boyl), считавшемуся святым, но с тем вместе очень ловкому дипломату. Он был назначен папским викарием в новооткрытых землях. Королева повелела, чтобы миссионеры обращали туземцев в христианство кротким способом, без насилия; но это повеление, разумеется, не исполнялось. Чтобы предотвратить спор с Португалией за новые владения, Изабелла выпросила у папы буллу, предоставлявшую королевству кастильскому право собственности над землями западной части Атлантического океана.

Эта булла, данная папой Александром VI 4 мая 1493 года, называется демаркационной. Она проводила линию по меридиану, находящемуся в 100 морских милях на запад от Азорских островов, и постановляла, что все острова и земли, какие будут открыты на запад от этой линии, должны принадлежать Испании, а все, находящиеся на востоке, предоставляются Португалии.

Испанцы ссылались на папскую буллу, присваивая себе в исключительную собственность всю Америку. Испанское правительство постановило, что только испанцы могут вести торговлю с новооткрытыми на западе землями, а подданным всех других государств она воспрещена. Король португальский Иоанн II протестовал против демаркационной буллы; по договору, заключенному с ним в Тордесильясе 7 июня 1494, демаркационная линия была перенесена на меридиан, находящийся в 370 лигах к западу от островов Зеленого мыса.

Правительство предполагало отправить в новую экспедицию 1.200 человек; число желающих плыть превысило эту цифру, и она была увеличена до 1.500. В числе волонтеров находились знатные люди, привлеченные надеждой обогатиться в землях, о которых молва говорила, что там в песке рек очень много золота, в горах очень много золота и серебра и дорогих камней, по морскому берегу множество жемчуга. Важнейшими из людей, отправившихся с Колумбом в его второе путешествие, были Алонсо Охеда, красивый рыцарь необыкновенной физической силы, Хуан Понсе де Леон (впоследствии открывший Флориду), Диего Веласкес (впоследствии назначенный правителем Кубы).

 

Открытие Карибских островов Колумбом

В своё второе плавание Колумб отправился на трех больших кораблях и 15 каравеллах. Путешествие началось из Кадисской гавани. Простившись в Севилье со своими сыновьями Диего и Фернандо, Колумб выехал в Кадис, и 25 сентября (1493 года) эскадра отплыла в море. На Канарских островах она пополнила свои запасы и между прочим взяла там сахарный тростник для разведения его плантаций и собак для ловли людей. От острова Ферро второе плавание Колумба продолжилось в юго-западном направлении, и 3 ноября адмирал увидел перед собою остров; этот день был воскресеньем, потому Колумб назвал новый остров Доминикой (Воскресным островом). На нем рос великолепный лес; на ветвях деревьев сидело множество попугаев и других тропических птиц. В следующие дни были открыты еще два острова; один из них был назван Maria Galante, по имени адмиральского корабля; другой – Гваделупой, по имени одного из испанских монастырей. Жилища на этих островах были построены лучше, чем на открытой Колумбом во время первого плавания Эспаньоле (Гаити). У здешних жителей было больше орудий и посуды, стрелы их имели острые наконечники. Они носили одежду из хлопчатобумажной ткани; вообще было видно, что они люди более развитые, чем туземцы Эспаньолы; испанцы видели на нескольких местах прибрежья человеческие скелеты и черепа; из этого заключили, что тут живут карибы. Испанцы видели женщин, у которых руки и ноги были перетянуты хлопчатобумажными тесьмами, так что мясистые части выше перевязки были сильно раздуты; потом испанцы узнали, что это привилегия свободных женщин, и что пленницам, взятым в других племенах и находящимся в невольничестве, не дозволяется придавать себе такие аристократические формы перевязями. Жены карибов ходили в сражения вместе с мужьями. У карибов были длинные лодки; они часто плавали на другие острова брать пленных, чтобы лакомиться человеческим мясом на своих пирах. Несколько испанцев вышло на берег без позволения Колумба; они заблудились в лесу и не были убиты только потому, что в это время почти все мужчины острова были в одной из таких экспедиций для захвата пленных. В следующие дни испанцы плыли мимо других островов, которые Колумб назвал Монсеррате, Сан-Мартин, Санта-Крус, и открыли большой остров Боринкен (Пуэрто-Рико). На всех этих островах жили карибы.

Второе путешествие Христофора Колумба

Второе путешествие Христофора Колумба

Источник карты

 

Прибытие Колумба на Эспаньолу (Гаити)

Колумб продолжал своё второе плавание, не останавливаясь; он спешил к тому укреплению на Эспаньоле, в котором оставил часть своих спутников при первом путешествии. На берегу Саманского залива он увидел четыре трупа; один из убитых имел бороду. Колумб предположил по этому признаку, что он испанец. У адмирала возникло опасение за судьбу других, остававшихся на Эспаньоле. Оно усилилось, когда эскадра подплыла к тому месту берега, где Колумб ожидал найти множество народа и сотни лодок. Теперь этот берег был совершенно безлюден. Колумб вышел на землю. Через несколько времени явился посол от касика Гуанакагари; его туманные ответы утвердили Колумба в мысли, что с остававшимися на Эспаньоле испанцами случилась беда. На следующий день (28 ноября) Колумб вышел на берег в том месте, где находилось укрепление, и увидел, что действительно случилась беда: строения были сожжены, скопы разрушены; кругом валялись разломанные ящики, разбросанные вещи испанцев, лоскуты их одежды. В нескольких местах находились небольшие насыпи, уже поросшие травой; это были могилы убитых испанцев. Из-за деревьев выглядывали туземцы. Оставляя своих спутников в укреплении, Колумб сказал им, что в случае опасности они должны зарыть в землю или спрятать в колодези свои сокровища. Теперь в колодезях не нашлось ничего, и не было ничего зарыто в земле.

Колумбу удалось вступить в сношения с туземцами, вновь приобрести их доверие, и они рассказали ему, как погибли остававшиеся у них белые люди. Испанцы, оставленные Колумбом в укреплении, принадлежали большею частью к низшему классу. Колумб велел им обращаться с туземцами дружелюбно. Они не послушались его, стали отнимать у туземцев золотые украшения, били их, обольщали их жен и дочерей, ссорились между собой. Гутьеррес и Эсковедо отказали в повиновении старшему начальнику Диего Аране и с несколькими солдатами пошли в глубину острова грабить туземцев. Прежнее благоговение эспаньольцев к испанцам исчезло, заменилось ненавистью и презрением. Гутьеррес и Эсковедо пришли в землю Каонабо, сильного касика. Он напал на них врасплох; перерезал весь их отряд, соединился с другим касиком и пошел к испанскому укреплению. Арана и его солдаты жили там беспечно; туземцы неожиданно напали ночью на укрепление, зажгли шалаши; испанцы бежали, туземцы убивали их. Арана и пять солдат добежали до берега, сели в лодку, отплыли в море и утонули. Гуаканагари хотел, как говорили туземцы его племени, защищать испанцев, но был побежден и ранен. Колумб с отрядом всадников поехал в его селение, увидел там следы разрушения, нашел Гуаканагари лежащим с перевязанной ногой и жалующимся на боль раны. Но когда бывший с Колумбом хирург снял перевязку, то оказалось, что никакой раны нет. Спутники Колумба говорили, что надо взять обманщика под стражу; но адмирал предпочел остаться в дружбе с ним. Он пришел к испанцам на берег. Колумб взял его на свой корабль, показал ему, какой большой силой располагает теперь. Особенно страшны казались Гуаканагари лошади. На кораблях были пленные карибы. Гуаканагари дивился могуществу Христофора Колумба, победившего таких сильных врагов. Но возвратившись домой, он ушел жить дальше от берега, в горы. Из этого испанцы поняли, что он не доверяет им.

 

Строительство города Изабеллы

Колумб понимал, что положение испанцев на Эспаньоле опасно. Та местность, где находилось прежнее укрепление, не имела камней для постройки нового, более прочного, поэтому Колумб уплыл из этой гавани, вышел на берег в нескольких милях на восток от Монте-Кристи при устье реки. Тут была плодородная равнина, защищенная скалистым хребтом и непроходимым лесом. Колумб стал строить новое укрепление при устье реки. У него были хорошие мастера, он построил церковь, магазины, дома; здания были расположены правильными улицами, так что поселение походило на европейский город. Колумб назвал его в честь королевы городом Изабеллы. Но жизнь на Эспаньоле оказывалась вовсе не такой, как ожидали спутники Колумба. Правда, остров был плодороден, прекрасен, но вместо ожидаемого богатства колонистам предстояли труды, лишения, опасности. Большинство испанцев упало духом; непривычный образ жизни вызвал среди них болезни. Сам Колумб занемог лихорадкой и пролежал несколько недель. Приходило время, когда ему надо было отправить часть эскадры в Испанию; он понимал, что если его спутники возвратятся с пустыми руками и печальными известиями, то он лишится доверия и помощи правительства. Охеда, ходивший с несколькими отважными товарищами в Сибао, землю касика Каонабо, узнал, что в этой части острова очень много золотого песка, и принес много золота. Таким образом, Колумб, отправляя в феврале 1494 года в Европу 12 кораблей под начальством Антонио Торреса, послал Изабелле вместе с отчётом о событиях своего второго путешествия довольно большое количество золота; послал также растения и плоды, найденные в области Сибао, и несколько пленных карибов. Правительство могло видеть, что новооткрытые земли будут давать большие доходы. Но теперь Колумбу еще приходилось не обогащать правительство, а просить у него пособий. Запасы, взятые из Испании в начале плавания, были почти все истощены, нужны были новые; издержки на них не могли быть покрыты золотом, которое посылал Колумб. Он предлагал отправлять в Испанию карибов на продажу в рабство и прикрывал этот проект объяснением, что продажей карибов в рабство миролюбивые туземцы будут освобождены от грабителей, а многие из увезенных в Европу станут христианами, приобретут душевное спасение. Но Изабелла не согласилась вести торговлю невольниками.

Вскоре после отплытия Торреса неудовольствие остававшихся на Эспаньоле испанцев усилилось до такой степени, что составился заговор против Колумба. Казначей Верналь Писа и некоторые другие задумали овладеть кораблями, остававшимися у берега Эспаньолы, и уплыть в Испанию. Заговор был открыт, найдена была записка, приготовленная для оправдания самовольства перед испанским правительством; она была наполнена обвинениями против Колумба. Он арестовал Верналя Пису, сказал, что отправит его в Испанию с уликами в лживости обвинений. Это раздражило многих. Национальная гордость испанцев оскорблялась обязанностью повиноваться иноземцу  Колумбу.

 

Золото в Сибао

Выздоровев, Колумб в марте предпринял поход в Сибао. С большим отрядом, в котором было много всадников, он перешел крутой хребет, отделяющий приморье от средней части острова. Начальство над кораблями и городом он поручил своему брату Диего, человеку скромному и дельному. Прорубая путь через леса в горах, отряд Колумба дошел до вершины хребта, с которой увидел обширную равнину, орошаемую реками, покрытую роскошной растительностью. Между великолепными пальмовыми рощами стояли селения. Колумб назвал эту местность Королевской Равниной, Vega Real. При виде всадников, жители прятались в свои хижины, закрывали входы в них тростником. Испанцы не входили насильно в хижины, держали себя дружелюбно. Туземцы успокоились, стали приносить им съестные припасы. Пройдя равнину, испанцы пришли в горную местность; у её жителей были крупинки золота, набранные из песка речек; они отдавали это золото испанцам в обмен на безделки. Колумб предположил, что по соседству должны находиться рудники, богатые золотом. Воины, которых посылал он разузнавать о местностях, лежащих дальше в глубине острова, подтвердили его мысль. Он построил у речки Япике укрепление, которое назвал фортом св. Фомы, оставил там Педро Маргарите с 56 воинами и пошел обратно в Изабеллу, ободренный результатами своей экспедиции.

Но неудовольствие испанцев в Изабелле увеличивалось. Съестные припасы, привезенные из Европы, истощались, а к пище туземцев испанцы не могли привыкнуть. От недостатка привычной пищи, от жаркого, сырого климата и от распутства появились между испанцами болезни. Идальго отказывались работать, негодовали на иноземца, строго требовавшего дисциплины. Апостольский викарий Бойль злился на то, что, при недостатке продовольствия, ему дают такую же небольшую долю пищи, как и всем другим; интриговал против Колумба. Многие умирали, проклиная день, в который покинули родину. Колумб думал, что вернее всего может восстановить бодрость духа в своих спутниках новыми походами. Из форта св. Фомы были получены известия, что Каонабо готовится к нападению. Колумб послал Охеду с отрядом войска в этот форт, поручив ему остаться начальником там и послать Маргарите с большей частью воинов в экспедицию по Сибао и соседним местностям. Адмирал советовал Охеде и другим начальникам держать себя с туземцами осторожно, миролюбиво и честно. Туземные носильщики ушли с вещами воинов Охеды; он велел арестовать касика этого племени, сына и племянника касика и, отрезав им уши, отослал их в Изабеллу. Колумб объявил им, что они будут казнены; они просили помилованья. Другой касик поручился, что воровства не будет больше, и Колумб возвратил им свободу. Жители большого селения взяли в плен пять испанцев; но когда подъехал к селению всадник, они так испугались, что все убежали от него одного.

 

Плавание Колумба на Ямайку (1494)

Меж тем как Охеда и его товарищи ходили по средним частям Эспаньолы, Колумб продолжил своё второго плавание дальше, надеясь достичь восточного берега Азии. Он пристал к берегу Кубы и в начале мая вошел в бухту, называющуюся теперь Гуантанамо. Когда он вышел на берег, жители бежали в леса и горы. Но при Колумбе находился переводчик, туземец, взятый на Гуанагани во время первого путешествия, отвезенный в Испанию, крещенный там и выучившийся говорить по-испански. Он уверял спрятавшихся туземцев Кубы, что испанцы имеют миролюбивые намерения, и узнал от них, что на юге лежит большой остров, на котором очень много золота. Колумб поплыл туда и на третий день (3 мая 1494) достиг берега Ямайки. Туземцы в лодках, имевших от 70 до 90 футов длины, подплыли к кораблям Колумба и выказывали враждебные намерения; но испанцы, не пугаясь их, вошли в прекрасную бухту, которую Колумб назвал Santa Gloria (теперь она называется Santa Anna). На берегу собралось множество туземцев. Тела их было разрисованы, они носили пояс из пальмовых листьев. Эти многочисленные толпы хотели не допустить испанцев выйти на берег. Колумб счёл нужным употребить силу. Испанцы стали стрелять из луков, выпустили собак на берег. Туземцы обратились в бегство. На следующее утро явились послы от касиков с уверениями в дружбе и принесли много съестных припасов. Испанцы подарили им несколько безделок. Они были в восторге и предлагали много продовольствия в обмен за несколько других таких же безделок. Остров был покрыт роскошной растительностью. Но и на нём не нашлось таких груд золота, как надеялись испанцы. Через несколько дней Колумб поплыл обратно к Кубе, взяв с собою молодого туземца, пожелавшего ехать с испанцами, чтоб увидеть удивительную землю, из которой приплыли белые люди.

 

Плавание Колумба вдоль берегов Кубы

18 мая 1494 Колумб пристал к берегу Кубы у мыса Санта-Крус и поплыл вдоль берега на юг, чтоб узнать, остров ли эта земля или материк восточной Азии. Плавание было трудное: Колумб встречал мели, подводные скалы, подвергался тропическим бурям. Через несколько дней он увидел группу мелких островов, на которых жили миролюбивые туземцы, питавшиеся ловлей рыбы и черепах. Острова были покрыты прекрасной травой и ароматическими кустарниками, благоухание которых распространялось далеко по морю. Вдоль окраин берегов ходили большие стаи птиц, имевших яркую окраску. Колумб назвал эти острова «Садами Королевы». Он вышел на берег Кубы, чтобы запастись водой. Туземцы сказали ему, что эта местность называется Орнофай, а земля их так велика, что еще никто не обошёл кругом её, что едва ли можно дойти до конца её в 40 месяцев, что на западе лежит земля Магон или Мангон, в которой живут люди с хвостами и носят одежду для прикрытия такого безобразия. Имя «Мангон» напомнило Колумбу китайскую область Маньи или Манджи, о которой говорит Мандевилль, и укрепило в нем убеждение, что он находится неподалеку от восточного берега Азии. В радостном ожидании достичь Азии Колумб плыл вдоль берега Кубы от местности, которую назвал Тринидадой, до Батабано. Каждый вечер доносились на корабли ароматы благоухающих растений. Туземцы, собиравшиеся на берегу, пели песни во славу белых людей, сыновей неба. Теперь эта часть кубинского берега – пустыня; туземцы погибли; местами находят посуду и другие вещи, напоминающие о них.

Корабли Колумба доплыли до такой части моря, в которой было множество рифов и песчаных отмелей. Матросы робели, плывя между ними, и очень испугались, увидев однажды, что море стало белым как молоко. (Такой цвет создавался волнением, подымающим беловатый ил с мелких мест моря). Когда испанцы вышли на берег взять запас воды, стрелок, пошедший на охоту, возвратился с известием, что видел людей в длинной белой одежде, какую носят христианские священники. Колумб нашел в этом новое подтверждение своей мысли, что он доплыл до земель, в которых живут цивилизованные люди. Испанцы внимательно осмотрели эту местность, но не нашли людей в белой одежде. Охотник был обманут своей фантазией. Вероятно, он принял за белую одежду проблески белого цвета, мелькавшие в густом кустарнике, по которому ходили большие белые журавли.

Но Колумб остался при убеждении, что он находится по соседству с царством священника Иоанна, о котором говорили средневековые путешествия, наполненные сказками. Он надеялся, что скоро приплывет в Индию, оттуда хотел плыть в Красное море, перейти Суэцкий перешеек и возвратиться в Испанию Средиземным морем. Спутники разделяли с ним мнение, что они находятся близ азиатского берега, но не имели такого мужества, как он, и требовали возвращения, потому что корабли были повреждены, а съестные припасы истощились. Видя себя в необходимости уступить им, Колумб составил 12 июня формальный акт, говоривший, что, по мнению всех участников его плавания, та земля, вдоль которой экспедиция плыла на протяжении 335 морских миль, и которая, по словам туземцев, простирается на неведомое расстояние – берег Азии. Все присутствующие сказали, что действительно думают так, и подтвердили присягой искренность своих слов. Нотариус засвидетельствовал это и скрепил акт своей подписью. Колумб поплыл назад. Обратное плавание по архипелагу «Садов Королевы» было очень затруднительно. Колумб выходил в некоторых местах на берег Кубы, ставил там деревянные кресты. Вашингтон Ирвинг говорит: «Если бы Колумб плыл еще два или три дня дальше того места, с которого вернулся, то он обогнул бы конец Кубы, и его следующие плавания получили бы другое направление». Но он до конца жизни оставался в убеждении, что Куба не остров, а часть восточного края азиатского материка.

 

Прибытие из Европы брата Колумба, Бартоломмео

Однажды в воскресенье испанцы вышли на берег при устье реки и отслужили под открытым небом литургию; касик и толпа туземцев той местности дивились этому торжественному обряду. Восьмидесятилетний старик, пользовавшийся большим уважением своего племени и самого касика, сказал Колумбу речь, в которой выражал желание посетить страну белых людей. Колумб с трудом убедил его оставить это намерение. Такое же желание выразил один из касиков Ямайки, когда Колумб остановился у берега этого острова. Касик со всем своим семейством приплыл на его корабль, чтобы пуститься с ним в страну белых людей, о которой слышал удивительные рассказы от переводчика. Колумб обещал ему покровительство королевы и короля испанских, но не взял его с собою. Он был очень огорчен отказом. В августе Колумб совершил плавание вдоль южного берега Эспаньолы, подвергался несколько раз бурям, стал на якорь в саонской бухте для отдыха от трудов пятимесячного плавания и мимо острова Моны поплыл в Изабеллу, больной, изнуренный тревогами, лишениями, бессонными ночами, которые проводил в наблюдении за ходом кораблей. С ним бывали обмороки; друзья не надеялись, что он останется жив. В конце сентября эскадра приплыла в бухту Изабеллы, куда незадолго перед тем приплыл с тремя каравеллами из Испании брат Колумба Бартоломмео, прежде живший в Англии. Узнав об открытиях Колумба, он поехал в Испанию; королева приняла его милостиво. Из Испании он поплыл в Новый Свет. Он был опытный моряк, человек твердого характера, сильного ума, но не был таким энтузиастом как брат и лучше его умел соблюдать свои выгоды. Адмирал был очень рад приезду Бартоломмео и назначил его своим наместником (аделантадо).

 

Коварство Маргарите и Бойля

Над головой Колумба собиралась гроза, которой он не предчувствовал. Педро Маргарите, которого он отправил собрать сведения о центральной части Эспаньолы, не исполнял инструкций, данных адмиралом. Колумб велел ему поступать с туземцами дружелюбно, но держать себя осторожно, не дозволять солдатам уходить далеко отдельными маленькими отрядами. Маргарите поступил совершенно иначе. Он остановился в плодородной Королевской Равнине, притеснял туземцев, дозволял солдатам грабить их, отнимать у них жён и дочерей. Диего Колумб напоминал ему о приказаниях своего брата, но Маргарите пренебрегал ими: он был человек знатный, имел сильные связи при дворе и, надеясь на них, не хотел повиноваться иноземцу. Он составил с Бойлем и другими недовольными замысел тайно уехать в Испанию. Приезд Бартоломмео помог исполнению этого намерения. Маргарите, Бойль и их сообщники сели на корабли Бартоломмео и поплыли в Европу. Они надеялись оправдать свой самовольный отъезд клеветами на Колумба.

 

Борьба Колумба с туземцами

Пример ослушания, показанный Маргарите и его сообщниками, уронил дисциплину испанских солдат; они ходили грабить туземцев, всячески оскорбляли их. При всем своем страхе перед оружием и лошадьми европейцев туземцы стали нападать на солдат, бродивших порознь; убили нескольких, стали смелее. Гуатигуано, один из второстепенных касиков, подвластный Гуарионеху, касику Королевской Равнины, убил десять испанцев, зашедших в его селение на реке Ягуе, и зажег дом, в котором лежали 40 больных испанцев. Но самым опасным врагом европейцев был хитрый и отважный Каонабо, смертельно ненавидевший белых людей. Колумб велел Маргарите арестовать его; это осталось неисполненным. Каонабо напал на форт Святого Фомы, в котором находилось 50 испанцев под начальством Алонсо Охеды, и целый месяц держал это укрепление в осаде. Но воины его стали расходиться; он вынужден был отступить и задумал возобновить дело в более широком размере, вошел в сношения с четырьмя другими сильнейшими касиками соседних областей, убеждал их соединиться для изгнания иноземцев, напасть на город Изабеллу; трое из них вступили в союз с ним. Но Гуаканагари отверг его предложение, пошел к Колумбу, который был тогда болен, и сообщил ему все.

Колумб видел, что необходимо взять под стражу Каонабо. Это было дело очень трудное, но Охеда взялся за него и поехал с 10 всадниками к Каонабо, рассеял недоверие касика своими любезностями и предложил ему попробовать ездить верхом. Каонабо сел сзади Охеды; спутники Охеды тотчас привязали касика к Охеде. Туземцы не смели подойти к лошадям, которых испанцы подымали на дыбы. Охеда с привязанным к нему касиком и другие всадники поскакали по направлению к Изабелле и через 50 часов езды приехали в город. Колумб велел заковать в цепи и стеречь Каонабо. Но и под стражей карибский касик держал себя гордо. Когда входил Колумб, и все вставали, Каонабо продолжал сидеть и делал вид, что не замечает Колумба. Он вставал только перед Охедой, которого уважал за отважный поступок.

Туземцы были раздражены тем, что Каонабо захвачен в плен. Маникоатех, брат Каонабо, занял его место и готовился отмстить испанцам. Анакоана, любимая жена пленного касика, знаменитая красавица, убедила своего брата Бегечио, касика Харагуи, обширнейшей и многолюднейшей из соседних областей присоединиться к брату её мужа. Они склоняли на свою сторону и Гуаканагари, но он остался верен Колумбу, открыл ему все замыслы врагов. Племя, подвластное Гуаканагари, не было воинственно, потому не могло оказать сильной поддержки испанцам, но важно было то, что туземцы не все соединились против них. Колумб выздоровел. Из Испании пришли четыре корабля с воинами и съестными припасами; они привезли Колумбу любезное письмо от Изабеллы и Фердинанда. Адмирал ободрился. Он послал в Испанию своего брата Диего с грузом продуктов Вест-Индии и с 500 пленных туземцев для продажи в невольничество (Изабелла не дозволила обратить их в рабство). Весною 1495 Колумб с 200 пеших солдат, одетых в латы, и с 20 всадниками пошел через горы прежней своей дорогой на Королевскую Равнину, на которой собралось многочисленное войско туземцев. Шпионы их разузнали о приближении и о числе белых людей. (Число они обозначали количеством зерен маиса, взятых в горсть.) Касики полагали, что легко победят неприятелей, которых так мало. Но туземцы были нагие, имели своим оружием только булавы, деревянные копья и стрелы, потому не могли устоять против воинов, одетых в латы, имеющих огнестрельное оружие. Очень сильно помогли победе испанцев большие собаки, приученные по крику хозяев бросаться на туземцев, опрокидывать на землю и терзать их. Колумб по совету брата разделил своих солдат на несколько отрядов, велел им напасть на туземцев с разных сторон; они шли с барабанным боем, при звуках труб. Туземцы оробели, когда пехота дала залп, а Охеда со всадниками поскакал прямо в середину их. Все войско касиков обратилось в бегство и рассеялось по разным направлениям. Это сражение испанцев с туземцами происходило на том месте, где впоследствии был построен город Сантьяго.

Первой победой испанцев была решена судьба Эспаньолы и всей Америки. Побежденные просили пощады, обещались повиноваться Колумбу. Он обложил их податью: каждый взрослый туземец обязан был давать каждые три месяца столько золотого песку, сколько помещается в маленький бубенчик, (это составляло ценность около 50 франков), а если не имеет золотого песку, то приносить арробу (25 фунтов) хлопка. Заплативший дань получал испанскую медную монету, которую должен был носить на шее; не имевшие этой квитанции подвергались наказанию. Несравненно больше была дань, наложенная на касиков. Маникоатех, брат Каонабо, обязался давать каждые три месяца чашку из тыквы насыпанную золотым песком; это составляло около полутора фунта золота. Гуарионех, касик Королевской Равнины, население которой не имело много золота, вызывался возделывать большой участок земли и отдавать хлеб с него в дань; но Колумб требовал дани золотом, потому что только оно ценилось испанским правительством. Убедившись, что Гуарионех действительно имел мало золота, Колумб уменьшил наполовину ту дань, какую первоначально наложил на него. Даже Гуаканагари должен был платить дань. Для сбора её Колумб построил новые укрепления; важнейшими из них были форт Магдалена и форт Консепсион на Королевской Равнине. Туземцы были принуждены теперь изнурять себя работой, чтобы собрать средства для уплаты дани; они не имели привычки к труду, тосковали о прежней беззаботной, счастливой жизни. Довольно долго они утешали себя надеждою, что белые люди возвратятся в свою небесную родину, «Турей», как они называли ее. Увидев, что испанцы устраивают себе жилища еще прочнее прежних, туземцы хотели голодом принудить их удалиться, бросили возделывать землю, уничтожили то, что выросло на нивах, ушли в горы и леса. Но этим они только увеличили свои бедствия. Испанцы имели запасы продовольствия и начали засевать покинутые нивы, а туземцы, ушедшие в горы, умирали от голода и болезней. Уцелевшие вернулись на прежние места и покорились неотвратимой судьбе. Пляски у них прекратились, они пели жалобные песни о счастливых временах, когда еще не появлялись белые люди.

Бедствия туземцев усугубились страшным ураганом, подобного которому не помнили старики; он принёс страшные опустошения. Гуаканагари ушел в горы от ненависти своего народа и от испанского угнетения, и умер в нищете.

 

Прибытие уполномоченного испанской королевы Агуадо

Доверие испанского правительства к Колумбу поколебалось. Маргарите и Бойль, по приезде в Испанию, представили положение колонии в самом мрачном виде, обвиняли Колумба в ошибках и несправедливостях, говорили, что нельзя ожидать от новых земель таких доходов, которые вознаградили бы за издержки экспедиций, что поселение, основанное на Эспаньоле, будет убыточно для Испании. Королева сначала не придавала значения их словам, но они имели при дворе сильных друзей, которые мало-помалу внушили ей недоверие к Колумбу. Изабелла решила послать в Эспаньолу уполномоченного для исследования положения дел и назначила для этой поездки Хуана Агуадо, которого сам Колумб прежде рекомендовал ей как человека умного и надежного. Вместе с тем были ограничены полномочия Колумба: Изабелла решила, что число тех поселенцев на Эспаньоле, которые находятся в королевской службе, не должно превышать 500 человек, потому что содержание более многочисленной колонии слишком тяжело для правительства. Но она разрешила всем желающим ехать в новые земли без особого дозволения, если они удовлетворятся получением продовольствия на один год, не будут требовать никакого другого жалованья и обяжутся отдавать в казну треть добываемого ими золота и десятую долю всех других продуктов. Под этими условиями переселенцы могли плыть на королевских кораблях; а право посылать свои корабли было предоставлено всем желающим, с подчинением надзору двух королевских чиновников и с обязанностью отдавать в казну десятую долю прибыли.

Агуадо приехал в город Изабеллу в октябре 1495. Грамота, данная ему, объявляла «всем находящимся в индийской службе», что он вступит в сношения с ними. Таким образом, характер его поручения не был определен в точности. Он был человек надменный, стал говорить повелительным тоном. Когда он приехал, адмирала не было в Изабелле. Бартоломмео поссорился с ним. Он держал себя как верховный правитель, вступил в непосредственные сношения с касиками, принимал жалобы на Колумба. Молва стала говорить, что прислан новый адмирал на место прежнего, что теперь правитель колонии этот новый адмирал. По возвращении Колумба в Изабеллу разъяснилось, что правителем остается он, но Агуадо продолжал вмешиваться в дела, собирать у туземцев обвинения против Колумба. Когда Агуадо собрался ехать в Испанию, Колумб решился ехать вместе с ним, чтоб оправдываться перед правительством. Ураган, о котором мы говорили, нанес всем кораблям, кроме «Ниньи», большие повреждения, потому отплытие замедлилось до весны.

 

Открытие золотых рудников

Эта отсрочка имела для Колумба ту выгоду, что он поехал в Испанию с известием об открытии богатых золотых рудников. Молодой человек, уроженец Арагонии Мигель Диас, нанес товарищу рану и, боясь наказания, бежал с несколькими другими испанцами в горы. Беглецы долго блуждали по пустым местам, пришли к речке Осаме, увидели селение (на том месте, где стоит теперь город Сан-Доминго). Жители приняли их дружелюбно, владетельница той области полюбила Мигеля Диаса, уговорила его остаться у неё. Он нашел близ Гайны местность более богатую золотом, чем все другие известные испанцам на Эспаньоле, и сообщил об этом Колумбу. Люди, посланные Колумбом, нашли, что в земле той долины действительно много золота, построили там укрепление, стали добывать золото, нашли вырытые в земле ходы, казавшиеся похожими на шахты покинутых рудников. Колумб увидел в этом открытии подтверждение своей мысли, что найденная им земля составляет часть Азии, и предположил, что местность, где находятся рудники, Офир, из которого привозили золото корабли Соломона.

 

Возвращение Колумба и Агуадо в Испанию (1496)

Назначив своего брата Бартоломмео наместником (аделантадо), Колумб 10 марта 1496 отплыл в Испанию. На другой каравелле плыл Агуадо; с ними возвращались 225 испанцев, отплывших три года тому назад из Кадиса с надеждой обогатиться в новых землях и разочаровавшихся в этом. Колумб взял с собой 30 туземцев, в том числе Каонабо, его брата и племянника; Каонабо держал себя с прежней гордостью. Колумб пристал к берегу Гваделупы запастись дровами и съестными припасами; карибы встретили испанцев стрелами и дротиками, но были прогнаны ружейными выстрелами. Испанцы взяли в плен жену касика, женщину очень сильную, сражавшуюся искусно; Колумб повез ее в Испанию. Плавание было затруднительно. Пассатный ветер задерживал его; съестные припасы истощались; матросы тревожились; кормчие не могли определить, где находятся корабли. Только Колумб сохранил, как всегда, твердость духа, и его определение пути оказалось правильным. После утомительного трехмесячного плавания, корабли вошли 11 июля (1496 г.) в кадисскую бухту. Каонабо умер во время плавания.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.