IV. БОРЬБА ЗА МАЛОРОССИЮ

 

(продолжение)

 

Ордин-Нащокин

Афанасий Ордин-Нащокин

Главным воеводой в занятой русскими части Ливонии по-прежнему остался Ордин-Нащокин. Это был псковский дворянин, отличившийся своей преданностью Московскому правительству в эпоху псковского мятежа. Во время Польской войны мы его видели воеводой в Друе на Западной Двине, где он проявил свои дипломатические способности сношениями с центральным курляндским герцогом Яковом и сообщением в Москву (в Приказ Тайных дел) разных известий и слухов о делах соседних стран. Мы видели также, что в его донесениях с самого начала проглядывает наклонность к примирению с Польшей и явная неприязнь к шведам, и он немало постарался к возбуждению против них Алексея Михайловича. Затем он отличился во время Шведской войны и получил воеводство опять на Западной Двине, именно в Царевиче-Дмитриевом городе (Кукейносе), занимавшем важное стратегическое положение: с одной стороны, сей город был близок к Риге, а с другой по той Двине из Витебска и Полоцка сюда шли съестные и боевые припасы и подкрепления для войск, занимавших соседнюю Ливонию. Отсюда Нащокин продолжает следить за политикой и военными событиями разных стран и доносить обо всем царю. Но его донесения иногда неверны, так как нередко основывались на пустых слухах и ложных сообщениях, и большей частью односторонни, т. е. направлены более или менее в пользу поляков. Особенно живую переписку он поддерживал с польным литовским гетманом Винцентием Гонсевским, который коварно льстил ему и царю, явно стараясь возбудить их против шведов; причем гетман не забывал о своих личных интересах, т. е. о своих маетностях в области, занятой русскими, а также о получении от царя возможно более всяких милостей. Донесения Нащокина тем более оказывали, влияние в Москве, что вновь разразившееся в 1658 году моровое поветрие в Литве и Ливонии сильно затруднило получение оттуда известий; сам царь жаловался на недостаток сих известий в грамотах к своим воеводам. Из тех же донесений видим, что возвышение незнатного Нащокина и возрастающее доверие к нему царя вызывали зависть и недоброжелательство со стороны других воевод. Нащокин, выставляя на вид свою усердную службу, не раз жалуется Алексею Михайловичу на интриги завистников, особенно на псковского воеводу Ив. Андр. Хованского. Он называет псковичей «искони шатким народом», и, между прочим, сетует на распространяемые из Пскова слухи о враждебных намерениях польского короля, каковые слухи удержали псковских воевод от похода на шведов; последних допустили разорить Печерские и Гдовские посады; а после, когда пришел Гонсевский в Лифляндию и потеснил шведов до самой Перновы, тогда эти слухи оказались ложными.

Гонсевский (и великий литовский гетман Сапега), продолжая льстить, тем не менее отказывался принести присягу на подданство царю как в. князю Литовскому, и это обстоятельство Нащокин со слов самого Гонсевского оправдывает тем, что польный гетман хотел послужить государю на предстоявшем Варшавском сейме (по делу об избрании на польский престол), в котором он не мог бы участвовать, если бы уже дал Присягу на московское подданство. (На этот Варшавский сейм Нащокин послал с Гонсевским собственного сына Воина в качестве московского агента). Мало того, несмотря на прошлую неудачу, он, конечно, под влиянием того же Гонсевского, пытается побудить царя к новому походу на Ригу в соединении с поляками и сообщает, будто мещане Рижские ждут только прихода большого царского войска, чтобы сдать ему город. Разумеется, в сущности поляки надеялись с помощью Москвы отвоевать назад Ригу со всей Ливонией. А между тем, по донесениям псковских воевод, которым подчинен был полузавоеванный Юрьевский уезд, раздраженная своим разорением и грабительствами московских ратных людей, местная Чухна изменяла русским и подводила на них неприятельские партии, так что эти партии прекращали сообщение Пскова с Юрьевом. Мещане юрьевские тоже колебались в верности, тайно давали вести шведам, и многие юрьевцы убегали в шведские отряды. Жалобы Нащокина на таких знатных людей, как псковский воевода кн. Хованский, по-видимому, не имели успеха; но другие, менее значительные люди, не желавшие подчиняться неродовитому Нащокину, подвергались суровым взысканиям. Например, тот же Гонсевский написал Нащокину, что воевода борисоглебский (динабургский) Федор Баскаков приказывает насильно, именем царским, выводить в свой город мещан из соседних Литовских мест; слух о чем может де отвратить и дальних жителей от подданства царю. На убеждения и отписки Нащокина Баскаков отвечал дерзко и ставил их ни во что. Афанасий Лаврентьевич в феврале 1658 года послал в Приказ Тайных дел жалобу на ослушание Баскакова государеву указу; а в марте капитан Захаров из Царевиче-Дмитриева ездил в Борисоглебск, и, по государеву повелению, чинил Баскакову наказанье: «за ослушанье бил батоги в съезжей избе при многих начальных людях солдатского строю». В апреле свое расположение и доверие к Ордин-Нащокину царь выразил пожалованием его в думные дворяне, каковое пожалование сопровождалось милостивой царской грамотой (рескриптом), которая хвалит его за многие службы, радение великому государю, за «исполнение заповедей Божьих и смелое стояние против городов Свейского короля»[1].



[1] Акт. Моск. Госуд. II. №№ 846 – 1025 с перерывами. Тут любопытны: описка кн. Якова Куд. Черкасского о трудном походе болотами и грязями к Динабургу (№ 885); расспросные речи дядею государя Сем. Лук. Стрешневым одного немца, служившего у Шведов и посланного гр. Делагарди к Нащокину в Друю (857); указ ратным людям сел и деревень не жечь и людей не побивать; от боязни перед ними крестьяне Литва, т. е. Латыши, разбежались по лесам "с женами и детьми и со всеми животы" (870 и 871); о взятии 13 августа приступом Кукейкоса и переименовании его в Царевиче-Дмитриев город (884); о взятии земляных валов под Ригой и отступлении от Риги 5 октября, будто бы вследствие челобитья Бранденбургского курфюрста помириться с Шведским королем (928); о побегах солдат и стрельцов, так как их заставляли с трудом тянуть канатами и бечевой вверх по Двине через пороги большой наряд, русский и голландский (939); во время Виленских переговоров между прочим встречается требование русских уполномоченных от Поляков, что бы те возвратили государев крест, потерянный сотенными головами в бою под "Брестью" (936). Отписка борисоглебского воеводы Ив. Савина о неимении бумаги, так что в съезжей избе писать дел не на чем; а в Друе, Диене, Полоцке и на Курляндской стороне по торговым местечкам бумага "безмерно дорога". Велено послать стопу бумаги и "держать ее на государево дело с бережением" (966). Государь посылает в Борисов боярину В. Б. Шереметеву 110.000 ефимков на жалованье рейтарам и гусарам литовских гетманов Сапеги и Гонсевского, когда гетманы и все их войско учинят присягу ему на подданства (975). Многие шляхтичи жалуются на казаков Чауского наказного полковника Ив. Нечая, которые их маетности грабят, платье, скот и живность отнимают, жен бесчестят, а крестьян уводят. Нечай отписывается, что все это неправда, что Ляхи и Литва сами воруют и что они недруги государевы (984 и 1001). Дети боярские из Полоцка шлют жалобу на то, что под Ригой они лишились и людей, и коней и "в домишки свои приволоклись пеши", без оружия; а на службу в Полоцк "приволоклись не с большими запасенками, в тележенках; а иные многие приволоклись со вьючишками и верхами с сумами"; а в Полоцке и дорогой ценой запасы нельзя купить, за неимением подвозов. Просят учинить милостивый указ, чтобы "на государевой службе от осенней груды и нужи в конец не погибнуть" (1004). Образчики путаных и малообстоятельных известий от Нащокина о делах Польских, Шведских, Цесарских (1016, 1021–23). Грамота Нащокину с пожалованием думного дворянства в Актах Ист. IV. № 118.

Виленские переговоры и акты об избрании Алексея на Польский престол Калишскою радой в С. Г. Г. и Д. IV. №№ 1–6, 8. Др. Рос. Вивл. III. 47. Труды и летописи О. И. и Д. VI. Дополн. к т. III. Дворц. Разр. Спб. 1884. Переговоры Виленские довольно подробно изложены в X. т. Истории России Соловьева со ссылками на Польские дела 1656 года в Московском Архиве М. Ин. Д.

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.