Глава четвертая. ВОЛЬНЫЙ СТРЕЛОК

(продолжение)

 

(См. предыдущую статью: Троцкий – суд по делу Совета Рабочих депутатов 1905 г.)

И еще раз Троцкий решил попробовать свои силы в роли организатора, на этот раз уже в качестве «знаменитости». Он отправился в Лондон на очередной партийный съезд, на сей раз тайный.

 

Троцкий. Биография

 

Это был последний съезд, на котором присутствовали и большевики, и меньшевики. В нем принимало участие около 350 делегатов, в шесть раз больше, чем на Учредительном съезде 1903 года. Несмотря на психологическую растерянность, царившую в России, настроение у делегатов было приподнятое.

Лично для Троцкого ситуация складывалась хуже, чем в 1903 году. Теперь обе главные фракции уже приобрели более или менее четкие очертания. Они имели утвердившихся лидеров. В некотором смысле для Троцкого попросту не оставалось места. Возможно, именно его громкая слава делала его неподходящим для обеих фракций. Поэтому «примиренчество», которое обычно связывалось с его именем, теперь по необходимости стало его платформой. Оно позволяло ему говорить «от имени», а не просто как частное лицо. Но ему суждено было остаться единственным представителем этой платформы. По язвительному замечанию Мартова, он везде появлялся со своим собственным складным стулом.

5 съезд РСДРП

Троцкий среди делегатов 5 съезда РСДРП

 

По теоретическим вопросам Троцкий также выработал для себя особую позицию. Он был теперь глашатаем своей патентованной теории перманентной революции. Это давало ему определенное преимущество, компенсировавшее его относительную молодость. Он мог опираться на ту популярность, которую приобрел как оратор в 1905 году. Кроме того, это позволяло ему поучать и большевиков, и меньшевиков с высоты своей «особой» платформы.

Подобно всем русским марксистам после 1905 года, Троцкий оказался неспособным по достоинству оценить тот единственный реальный фактор, который обеспечил победу большевиков в 1917 году – организацию. Марксисты всегда полагали, что они способны предсказать будущее. Если принять справедливость теории перманентной революции, этого вклада Троцкого в марксизм, то становится совершенно очевидно, что в любой чреватой волнениями ситуации подход Троцкого требовал «большевистского» пути, то есть создания организации, призванной направлять (а точнее – творить) нужные события, а не пути «меньшевистского», который, независимо от теоретических посылок, был изначально основан на психологической предрасположенности меньшевиков к пассивной роли.

Однако трудность выбора между этими возможностями состояла в том, что они оставались теоретическими абстракциями. На практике, в чисто человеческом плане, Троцкий не мог преодолеть собственной отчужденности на фоне фракционного раскола. Он оставался в более дружеских отношениях с Мартовым, между тем как политически был настолько близок к Ленину, что по существу ничто не мешало ему присоединиться к ленинской фракции. Но враждебность, которая тлела со времени давнего разрыва с Лениным, делала невозможным установление каких бы то ни было политических контактов. Когда эта враждебность снова всплыла на поверхность во время Лондонского съезда, она окончательно исключила всякую возможность сближения.

 

 

Один из самых жарких споров на съезде разгорелся по вопросу о скандальных «экспроприациях», как завуалированно именовались грабежи на больших дорогах, широко практиковавшиеся ленинской группой. В этих грабежах особенно отличился некий Коба, он же Джугашвили, присутствовавший на съезде под псевдонимом Иванович. Невысокий, смуглый, с покрытым оспинами лицом, этот грузин угрюмо молчал на всем протяжении съезда. Троцкий даже не запомнил, что встречал Кобу в Лондоне. Зато Коба запомнил Троцкого.

Бандитские отряды Ленина опустошали все земли в юго-восточной России, особенно на Кавказе. Меньшевики осуждали эти «эксы», как чистейшей воды грабеж. Их нравственное возмущение вынудило и других делегатов съезда, которые во всем остальном следовали за Лениным, выступить за запрет «экспроприации». Сам Ленин был весьма уклончив в этом вопросе. И не мудрено, – ведь «эксы» были одним из важнейших источников столь необходимых средств!

Троцкий объединился с меньшевиками. Позже он пошел еще дальше и предал все дело огласке в зарубежной социалистической печати Западной Европы.

 

(См. следующую статью – Троцкий в эмиграции перед Первой Мировой войной.)

 


 

А. И. Солженицын о тех же событиях:

«Благодаря побегу – Троцкий успел в Лондон, на 5-й, объединённый, съезд партии. Он нёсся туда на крыльях своей петербургской славы: он был глава едва не состоявшегося революционного правительства России! За революционные недели и потом на суде он сделал несравненно больше любого из депутатов этого съезда. Он создан был вести эту партию, – а вот: не оказалось и вовсе, куда приложиться.

Что он застал тут? Опять две фракции, большевиков и меньшевиков, искусственно сближенные, неискренно соединённые, и каждая со своими лидерами (впрочем, Ленин наглядно потускнел), а Троцкий – опять один, и никому не нужен? (Ещё на съезде – Роза Люксембург, в утешение поддержавшая его теорию перманентной революции, – да в ней-то и была его великая высота, оценила Роза.)

По всему темпераменту и резкости своих действий – Троцкий готов был, конечно, объединиться с большевиками, – у них верная хватка, у них активность. Но не мог согнуть шею под Ленина. А меньшевики – уж слишком идейно размазаны. И оставалось ему быть – «третьим течением», в единственном лице, всюду только от одного себя. (Мартов сострил, что он всюду приходит со своим складным стулом.) Примиритель-объединитель? – но их не примиришь, это от начала ложная задача. А встал вопрос об осуждении большевицких эксов – и Троцкий вместе с меньшевиками осудил их, чем окончательно взорвал Ленина. (А тут как раз, по убыли революции, большое ослабление партийной кассы, не хватало средств делегатам на обратный путь, выпросили под вексель заём у английского либерала.)»

(А. И. Солженицын. Красное колесо. Узел 4. Апрель Семнадцатого. Глава 179.)

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.