Достоевский, Фёдор Михайлович – великий русский писатель. Род. 30 октября 1821 в Москве, ум. 28 янв. 1881. Отец его был штаб-лекарем Мариинской больницы; мать, урожденная Нечаева, происходила из интеллигентной купеческой семьи. Из семерых детей Федор был вторым, старше его был Михаил, впоследствии тоже писатель. Родители-Достоевские воспитывали детей в правилах строгости и аккуратности; отец хотел сделать их образованными и трудолюбивыми людьми, но педагогические приемы его отличались излишней требовательностью и формализмом. Кроме отца, преподавателями были: дьячок, по Закону Божию, и француз. Фёдор Достоевский уже в раннем детстве отличался живостью характера и изобретательностью ума. Необыкновенно подвижный и впечатлительный, он вносил горячность своей натуры во все, за что принимался – будь то организация коллективной шалости или изучение трудного урока. Рано выучившись читать, он пристрастился к чтению, чему немало способствовала замкнутая домашняя жизнь и педантически-тяжелый, даже угрюмый характер отца. (См. статью Достоевский – детство.)

В 1834 Фёдора с братом Михаилом, после подготовительных занятий вне дома, отдают в пансион Чермака, пользовавшийся в свое время известностью в Москве. Братья поступили туда полными пансионерами и только на праздники приезжали домой. Незадолго перед тем отец Фёдора Михайловича приобрёл небольшое имение в Тульской губернии, где семья проводила лето и где началось первое знакомство мальчиков с крестьянским людом. Эти каникулы в деревне всегда производили на Достоевского самое отрадное впечатление, но не отрывали его от чтения, которое, с поступлением его в пансион Чермака, под влиянием уроков словесности, приняло более систематический характер. Пушкин на первом плане, затем Вальтер Скотт, Загоскин, Лажечников, Нарежный, Карамзин, Жуковский – читались и перечитывались постоянно.

Фёдор Михайлович Достоевский

Фёдор Достоевский. Портрет работы В. Перова, 1872

 

В 1836 Фёдор Михайлович лишился матери и сам перенёс серьезную болезнь горла. Как только он выздоровел, отец отвез его в Санкт-Петербург, где Достоевский, после нескольких месяцев специальной подготовки, поступил (1838) в инженерное училище, проникнутое в то время относительно либеральным духом. Он выражался в отсутствии телесных наказаний и стеснительного казарменного режима. Тем не менее, военная дисциплина тяжело отзывалась на болезненном от природы мальчике. Мнительность, перешедшая к нему от отца, заставляла его держаться особняком от товарищей и создала ему репутацию чудака. К тому же литературные интересы, положительно начинавшие захватывать его в это время, плохо мирились с необходимостью заниматься главным образом математикой, к которой у него было мало способности. Однако, молодой Фёдор преодолевал трудности усидчивостью и в 1841 вышел в офицеры, но остался в училище для специальных занятий, а через два года зачислился в инженерную команду. Жизнь его шла и в это время в стороне от людей и молодежи в особенности. С одной стороны его мучили обязательные чертежные работы, с другой – он запоем читал, соединяя Гофмана с Бальзаком, Гёте с Жорж Санд и Шиллером, упивался Шекспиром, Гоголем, Грибоедовым, французскими классиками. Начитанность его была очень велика. Письма Достоевского свидетельствуют о его восторженных увлечениях, например, Корнелем или Шиллером, которого он «вызубрил, говорил им, бредил им». (См. статью Достоевский – инженерное училище.)

К этому же времени относятся и ранние творческие попытки. «Бедные люди» писались Достоевским еще в училище по ночам. Влечение к литературе росло не по дням, а по часам, голова была полна самых разнообразных планов и литературных предприятий, которые, по мнению непрактичного в устройстве своих денежных дел Достоевского, должны были доставить ему славу, обеспеченное положение, гарантию от кредиторов и раздражающих мелочей жизни. Служба ему, как он пишет, «надоела как картофель», и осенью 1844 он вышел в отставку, рассчитывая «адски работать», но пока не имея ни копейки на штатское платье. Продолжая работать над «Бедными людьми» и переводить Жорж Санд, он писал брату: «я чрезвычайно доволен романом моим. Не нарадуюсь. С него-то я деньги наверное получу, а там»...

Весной 1845 роман, по указанию Д. В. Григоровича, был отдан Некрасову. Поэт был в восторге от произведения «нового Гоголя» и передал рукопись Белинскому. На критика она произвела весьма сильное впечатление. «Вам правда открыта и возвещена, как художнику, досталась, как дар – сказал он Фёдору Михайловичу. – Цените же ваш дар, и оставайтесь верны ей, и будете великим художником». Это был самый памятный момент всей юности Достоевского, о котором он с умилением вспоминал и на каторге. «Я вышел от него в упоении, – рассказывал позже писатель. – Я всем своим существом вспоминал, что в жизни моей произошел торжественный момент, перелом навеки»...

Достоевский понял свое призвание и окончательно вышел на литературный путь. Литература в это время, по его выражению, «кипела». На её поприще трудились Гончаров, Некрасов, Тургенев, о ней говорил на всю Россию Белинский. Возбужденный успехом, Достоевский работает с лихорадочной поспешностью. Он пишет повесть за повестью, на которых явно заметно влияние Гоголя, с одной стороны, и Гофмана – с другой. Реальный и мистический элементы, в своеобразном сочетании, как ни у какого другого писателя, уже тогда становятся отличительной чертой творчества Достоевского. На страницах «Отечественных Записок» появляются вслед за «Бедными людьми», «Двойник», «Господин Прохарчин», «Хозяйка», «Белые ночи», «Неточка Незванова». Страдание, любовь и обиды – вот психологическая канва романиста; узор создается людьми «с судорожно напряженной волей и внутренним бессилием». (См. статью Достоевский – ранние произведения.)

В 1849 литературная деятельность неожиданно была прервана. 22 апреля 1849 Достоевский был арестован по делу Петрашевского, этому «заговору идей», о котором, по свидетельству барона Корфа, сама комиссия затруднялась судить: «ибо, если можно обнаруживать факты, то как же уличать в мыслях, когда они не осуществились еще никаким проявлением, никаким переходом в действие?». Тем не менее, Достоевскому было вменено в вину участие в собраниях у Петрашевского, где в одну из пятниц он читал письмо Белинского к Гоголю. Фёдор Михайлович был посажен в Петропавловскую крепость, а через 8 месяцев по выслушании смертного приговора и помилования, сослан в каторжные работы, откуда через 4 года отправлен рядовым в один из сибирских батальонов.

Достоевский с редкой твердостью вынес это страшное испытание. Он дал себе слово выйти из каторги не калекой, а здоровым человеком и сделал все, чтобы предохранить себя от физической и нравственной гибели в той невозможной атмосфере каторжной жизни, которая родила «Записки из мертвого дома» и в которой человек подвергается ежеминутной возможности быть оскорбленным, битым, опозоренным. Чтение Евангелия и физический труд до некоторой степени поддерживали его. Однако здесь усилились и проявления его душевной болезни (эпилепсии), к которой он был наклонен еще в молодости. В одном из писем 1854 Достоевский признавался, что четыре каторжных года считает «за время, в которое был похоронен живой и закрыт в гробу». (См. статью Достоевский на каторге.)

Как бы то ни было, Достоевский через 5 лет после ареста возвратился к литературе и оставался верен ей до самой смерти. Но обстоятельства были тяжелы и во вторую эпоху его жизни. В 1857 он женился на вдове и взял на себя воспитание её сына. Нужны были средства, а их не было; Достоевского поддерживала надежда на литературный талант, но некоторое время он томился неизвестностью, позволять ли ему печатать. «Если печатать не позволят еще год, я пропал, – пишет он по этому поводу. – Тогда лучше не жить»! Разрешение печатать было дано около 1858, и для Достоевского наступают новые терзания: он должен слишком много писать, постоянно торопиться, – не успев отделать одно произведение, приниматься за второе. (См. Достоевский в Семипалатинске.)

 

Пророчества Достоевского. Читает Людмила Сараскина

 

Около середины 1859 Достоевскому разрешено было выехать из Сибири, а затем, после нескольких месяцев пребывания в Твери, поселиться и в Петербурге. Здесь он нашел кружок близких людей, стал много работать и вскоре сделался фактическим редактором журнала «Время», основанного в 1861 его братом Михаилом. Журнальное дело кипело в его руках, и на третий год своего существования «Время» насчитывало четыре тысячи подписчиков – довольно крупную по тому времени цифру. Достоевский приободрился, но ненадолго. В апреле 1863 в журнале была помещена статья Страхова «Роковой вопрос», вызванная польским восстанием. По какому-то странному недоразумению, эта статья, проводившая мысль, что «следует бороться с поляками не одними вещественными, но и духовными орудиями», показалась неблагонамеренной, и «Время» было запрещено Запрет журнала тяжело отозвался на братьях Достоевских. Для Фёдора Михайловича начались прежние мытарства – хлопоты о займах, запродажа не начатой еще работы. Жена медленно умирала, сам он хворал, а приходилось писать, писать к сроку, вымучивая каждую страницу. «Положение мое, – писал он 5 апреля 1864, – до того тяжелое, что никогда не бывал я в таком». Жена вскоре умерла. Через восемь месяцев после прекращения «Времени» Михаилу Михайловичу Достоевскому разрешено было издавать новый журнал, под названием «Эпоха» (прежде предполагавшиеся заглавия «Правда» и «Дело» признаны были неудобными). Но подписка пошла вяло, и журнал едва дотянулся до февраля 1865, введя Фёдора Михайловича, за смертью брата, в значительные хлопоты и долги.

В том же году Достоевский создает одно из капитальнейших своих произведений. – «Преступление и наказание», которое сразу заняло одно из виднейших мест в русской литературе. Через 2 года он вступил во второй брак, доставивший ему семейное счастье, но вслед за тем, теснимый кредиторами, которые грозили посадить его в долговую тюрьму, Достоевский уехал за границу, где провёл четыре года тягостных скитаний, оканчившихся только в конце 1871 возвращением в Петербург. «Преступление и наказание» появилось в 1868 в «Русском Вестнике»; там же были напечатаны «Идиот» и «Бесы». Как ему жилось в эти годы за границей, видно из его писем. «Неужели он (издатель «Зари») не мог сообразить после двух моих писем, что у меня ни копейки нет денег, буквально ни копейки! Если бы он только знал, как я достал два талера, чтобы ему телеграфировать. Разве я могу писать в эту минуту?»... «Я опять в такой нужде, что хоть повеситься», – пишет он в другом письме. Раздражительность и мнительность чередуются в его письмах; его мучит неуважение к его письмам редакторов и издателей, ему кажется, что полиция вскрывает его письма, что ей приказано ждать его на границе, чтобы строжайше обыскать.

С возвращением в Россию начинается для Достоевского самый спокойный период жизни; материальные дела значительно улучшаются, так как и издания сочинений, и продажа отдельных произведений идут чем далее, тем успешнее: последняя запродажа была сделана 1878 в редакции «Русского Вестника», и с тех пор явилась возможность не только жить без долгов, но и подумать об обеспечении детей. С 1873 публицистическая жилка снова заговорила в Достоевском: в этом году он по предложению кн. В. П. Мещерского с чрезвычайною заботливостью редактировал журнал «Гражданин», но затем, по неизвестным причинам, отказался. С 1876 стал выходить его «Дневник писателя», под предварительной цензурой (по неимению залога для бесцензурных изданий), начатый три года назад в «Гражданине». Он представлял собой ряд статей, где автор касался самых разных общественных и литературных вопросов. В течение двух лет издания «Дневник» имел большой успех у публики, затрагивая живым, горячим тоном важнейшие стороны русской жизни. Он обнаружил значительный поворот в миросозерцании Достоевского. В начале 1860-х годов писатель ещё высказывал уважение к Белинскому, который когда-то принял участие в молодом авторе. Теперь, в лице Белинского, пред Достоевским «было самое смрадное, тупое и позорное явление русской жизни», немощное и бессильное «талантишком», человек постоянно витавший в оторванных от жизни мечтах. Будущей настольной книгой всех русских Достоевский называл теперь «Россию и Европу» Н. Данилевского – и пророчествовал о грядущем взятии русскими Константинополя.

К 1880 относятся два крупных события жизни Достоевского: его страстная речь на Пушкинском празднике в Москве, вызвавшая восторг у публики и разошедшаяся в тысячах экземпляров – и появление «Братьев Карамазовых». Литературная слава Достоевского достигла своего апогея. Пушкинский праздник, выдвинувший его на первое место среди тогдашних литераторов, скрасил закат его жизни, но дни Фёдора Михайловича были уже сочтены. В конце января следующего года его не стало. Могила Достоевского находится в Александро-Невской Лавре.

 

Читайте также статьи Достоевский как писатель, Творчество Достоевского – кратко и Достоевский – хронология жизни и произведений.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.