С. А. Раевский, принимавший участие в проведении драмы Лермонтова через цензуру, говорил исследователю жизни и творчества Лермонтова В. X. Хохрякову, что «Маскарад» написан в 1834 году. Однако следует иметь в виду, что Лермонтов окончил юнкерскую школу и вышел в полк в декабре 1834 года и только с этого времени получил возможность наблюдать жизнь петербургской аристократии, в частности, бывать на балах в доме богача Энгельгардта, изображенных во второй сцене «Маскарада». С другой стороны, известно, что 8 ноября 1835 года цензор уже возвратил Лермонтову рукопись драмы «для нужных перемен». Следовательно, окончена она была никак не позднее сентября 1835 года. Поэтому надо считать, что писалась драма в 1835 году. Но возможно, что замысел ее относится к более раннему времени.

Среди материалов Хохрякова сохранился список действующих лиц «Маскарада», не вполне совпадающий с тем, который предпослан известной четырехактной редакции:

 

Евгений Арбенин.

Нина, его жена.

Барон.

Баронесса.

Князь Звездич.

Пехотный полковник.

Шприх.

Казарин.

Хозяйка.

Игроки.

Слуга князя.

Слуга и служанка Арбенина.

 

Оказалось, что это список действующих лиц чернового варианта первой редакции пьесы, совершенно случайно обнаруженного в начале 1930-х годов среди бумаг семьи Якушкиных. Рукопись из якушкинского архива представляет собою копию с многочисленными поправками Лермонтова. Начало ее – две сцены первого акта и начало второго – утрачены. Уцелевший текст начинается со слов Арбенина: «А думаешь: глупец?..», соответствующих 419 стиху дошедшей до нас полностью второй, четырехактной, редакции. Это продолжение диалога Арбенина и Нины, возвратившихся из маскарада. Всего в этой рукописи было девять сцен, разделенных на четыре действия.

Продолжая работу над пьесой, Лермонтов подверг текст переработке, в особенности сцену, в которой Арбенин мстит князю Звездичу. Так же как и якушкинская копия, первая завершенная редакция «Маскарада» кончалась смертью Нины.

 

Лермонтов. Маскарад. Художественный фильм 1941

 

Беловой вариант первой редакции, заключавшей в себе три акта, Лермонтов представил осенью 1835 года в драматическую цензуру III Отделения, чтобы получить разрешение на постановку пьесы на сцене «императорского санкт-петербургского театра». Этот текст до нас не дошел. Содержание его известно только из пересказа цензора Е. Ольдекопа, запретившего ставить пьесу на сцене и потребовавшего от Лермонтова решительных переделок. «Не знаю, – писал Ольдекоп в своем отзыве, – может ли пройти пьеса даже с изменениями; в особенности сцена, когда Арбенин кидает карты в лицо князю, должна быть совершенно изменена. Я не могу понять, как мог автор бросить следующий вызов костюмированным балам в доме Энгельгардтов:

 

Я объявить вам, князь, должна,
Что эта клевета нимало не смешна.
Как женщине порядочной решиться
Отправиться туда, где всякий сброд,
Где всякий ветреник обидит, осмеет,
Рискнуть быть узнанной... вам надобно стыдиться,
Отречься от подобных слов».

 

Выражая мнение главного начальника III Отделения генерала Бенкендорфа, Ольдекоп требовал от Лермонтова переделок такого характера, чтобы пьеса «кончилась примирением между господином и госпожою Арбениными». Главный недостаток пьесы, по словам цензора, состоял в том, что порок оставался в ней ненаказанным.

Желая избегнуть коренной переработки драмы, Лермонтов дополнил ее четвертым актом и, полагая, что возмездие, олицетворенное в образе Неизвестного, будет достаточным «наказанием порока», решил представить новую редакцию на вторичное рассмотрение цензуры. Уезжая в отпуск в Тарханы (около 20 декабря 1835 г.), Лермонтов поручил С. А. Раевскому передать экземпляры пьесы в цензуру и директору императорских театров А. М. Гедеонову.

Находясь в Тарханах, Лермонтов продолжал беспокоиться о судьбе «Маскарада». «Я опасаюсь, – писал он Раевскому 16 января 1836 года, – что моего «Арбенина» снова не пропустили, и этой мысли подало повод твое молчание». Действительно, в январе 1836 года драма Лермонтова была снова отклонена. Во вторичном своем докладе Ольдекоп указывал, что «автор не подумал вовремя воспользоваться» указаниями, сделанными ему цензурой. «В новом издании, – писал он, – мы находим те же неприличные нападки на костюмированные балы в доме Энгельгардтов (ст. 16 – 46), те же дерзости против знатных дам высшего общества (18). Автор захотел прибавить другой конец, не тот, который был ему назначен [т. е. не воспользовался советом примирить Арбенина с Ниной]. ...Драматические ужасы прекратились во Франции, – с негодованием заключал цензор, – нужно ли вводить их у нас, нужно ли вводить их отраву в семьях? Дамские моды, употребляемые в Париже, переняты у нас; это невинно, но перенимать драматические уродства, от которых отвернулся даже Париж, это более чем ужасно, это не имеет имени».

Возвратившись в Петербург, Лермонтов приступил к работе над третьей редакцией «Маскарада». Настойчивое стремление видеть свою драму на сцене побудило его на этот раз учесть требования цензуры. Поэт коренным образом переработал сюжет, действительное отравление Нины превратил в мнимое, сумасшествие Арбенина заменил отъездом его в деревню, ввел в пьесу новое лицо – олицетворение добродетели, – Оленьку. Перерабатывая драму, Лермонтов старался сохранить хотя бы характер Арбенина. Устранив из пьесы почти все, что разоблачало маскарад великосветской жизни, Лермонтов вынужден был переменить и название. Новую пятиактную драму он озаглавил «Арбенин». Все эти перемены, разрушившие первоначальный замысел, были закончены Лермонтовым 28 октября 1836 года. Однако поставить драму III Отделение не разрешило даже и в этой редакции.

В своих показаниях по делу о стихах на смерть Пушкина Лермонтов писал: «Драма «Маскарад» в стихах, отданная мною на театр, не могла быть представлена по причине (как мне сказали) слишком резких страстей и характеров и также потому, что в ней добродетель недостаточно награждена».

«Пришло ему на мысль, – писал в своих воспоминаниях о Лермонтове А. Муравьев, хорошо знавший обстоятельства этого дела, – написать комедию вроде «Горя от ума», резкую критику на современные нравы... Лермонтову хотелось видеть ее на сцене, но строгая цензура III Отделения не могла ее пропустить».

Следует отметить, что Лермонтов и в тексте и в заглавии писал не «Маскарад», а «Маскерад». Но напечатана пьеса была под названием «Маскарад» (СПб. 1842), под этим названием вошла в репертуар русского театра, и написание «Маскерад» в заглавии не сохраняется.

Открытые балы-маскарады в доме В. В. Энгельгардта (на углу Невского проспекта и Екатерининского канала, ныне д. № 30) – балы, на которых бывали члены царской семьи и сам Николай I, пользовались в петербургском светском обществе первой половины 30-х годов огромным успехом. «Там женщины есть... чудо... – сообщает князь Звездич Арбенину. – И даже там бывают, говорят...» Этот намек на самых знатных посетительниц маскарадов Арбенин прерывает словами: «Под маской все чины равны. У маски ни души, ни званья нет, есть тело...» Понятно, почему III Отделение вознегодовало и настоятельно требовало изменения именно этих строк.

Фамилию Арбенина Лермонтов перенес в «Маскарад» из юношеской драмы «Странный человек». Эта же фамилия повторяется в прозаическом наброске «Я хочу рассказать вам...». Фамилии двух других действующих лиц Лермонтов заимствовал из повести А. Марлинского «Испытание» (1830), в которой фигурируют графиня Звездич и ротмистр фон Штраль. Однако у Марлинского Лермонтов заимствовал только фамилии. В основу же драмы, возможно, положил действительное происшествие. Указание на это находится в отзыве цензора. Очевидно, Лермонтов изобразил действительный случай или случай настолько жизненный, что цензор «узнал» его.

Высказывалось предположение, что в лице Шприха описан третьесортный литератор, агент III Отделения А. Элькан, изображенный под той же самой фамилией Шприх в повести О. Сенковского «Предубеждение» (1834).

 

По материалам работ Ираклия Андроникова.

На нашем сайте вы также можете прочитать статьи Лермонтов «Маскарад» – краткое содержание и Лермонтов «Маскарад» – анализ
Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.