[Стихотворение Анны Ахматовой «Молюсь оконному лучу…»], впервые напечатанное в 1961 году, более полвека после того, как было написано, не случайно, по воле автора, удостоилось права стоять во главе последнего прижизненного собрания стихотворений. В нем налицо все элементы ее поэтики. Строгое ограничение времени и пространства; комната обозначена окном – характерный для поэта мир, одновременно отгороженный, запертый и открытый вовне; рукомойник – признак обыденности, интимности, вещности; психологическое время четко очерчено: с утра до ночи определенного дня, не похожего на другие; непосредственность и сила чувства; неудача и боль – непоправимые, полное одиночество; но одновременно преображение, преодоление через молитву и свет; взаимопроникновение внешнего и внутреннего: комната становится храминой, рукомойник – престолом, страдание превращается в веселье; повышенное религиозное чувство, но выраженное целомудренно: Бог не назван, трансцедентное символизировано вечерним лучом, страдание пережито и сублимировано.

 

Молюсь оконному лучу –
Он бледен, тонок, прям.
Сегодня я с утра молчу,
А сердце – пополам.
На рукомойнике моем
Позеленела медь,
Но так играет луч на нем,
Что весело глядеть.
Такой невинный и простой
В вечерней тишине,
Но в этой храмине пустой
Он словно праздник золотой
И утешенье мне.

 

Построение – строго классично. Стихотворение, хотя и слитно, но делится легко на три части, четко разграниченные резким противительным союзом «но». Язык прост, классичен, почти не метафоричен. Выделяется лишь напряженность, онтологический переход от меньшей сущности к большей через страдание. И передана эта напряженность, в частности, обилием кратких составных сказуемых и тремя рифмами заключительных строк.

 

Анна Ахматова. Молюсь оконному лучу... Исполняет Вера Пенькова (Семёнова)

 

Тридцать лет спустя, в 1939 году, почти в тех же словах, теми же интонациями, Ахматова воспоет [в поэме «Реквием»] трагедию другого рода: приговор сыну и неизбывное одиночество. Та же обстановка: дом, открытый на внешний мир; те же обыденные прозаизмы, здесь обозначающие жесты; то же страдание, по крайней мере, если судить по интенсивности; то же одиночество, но и то же торжество, то же превращение страдания в праздник, изнутри, усилием воли и духа, но и участием природы (вместо солнечного луча здесь шелест деревьев); то же преодоление трагедии через свет. Композиция столь же строга и стройна, если не строже: три отчетливых строфы, энергичный противительный союз, отделяющий последнюю, смелый перенос, подводящий к заключению.

Пройдет еще двадцать лет: нагромождение несчастий, наслоение воспоминаний, смещение временных планов осложнят, разнообразят поэтические приемы Ахматовой. У «Поэмы без героя» – «тройное дно». Тем не менее, в лирических стихах мы найдем неизбежно ту же поступь, то же восприятие реальности: через психологическое переживание, локализованное во времени и в пространстве, означенное пейзажем или предметами, – победа бытия над небытием, онтологическая прибавочная ценность, данная страданием, переданная языком почти не обновленным, хотя все таким же трепещущим.

 

По книге Никиты Струве «Осип Мандельштам».

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.