После расширения в 1931 – 1932 гг. принудительных заготовок в колхозах, наметился резкий спад производства: крестьяне не хотели задарма отдавать весь свой труд государству. Это привело зимой и весной 1932/1933 гг. к массовому искусственному голоду в сельских районах Украины, Дона, Северного Кавказа, Нижней и Средней Волги, Южного Урала и Казахстана. Число умерших от голода, по разным оценкам, от 2 до 5 и даже до 7 млн. чел. Наблюдения во время поездки по югу России и легли в основу стихотворения Осипа Мандельштама «Холодная весна. Голодный Старый Крым…» (см. полный его текст на нашем сайте).

Жена поэта, Н. Я. Мандельштам, пишет

 

Мы приехали с диким багажом: на месяц пришлось взять с собой хлеба. Вся страна сидела на пайке, а на Украине, на Кубани, в Крыму был форменный голод. Раскулачиванье уже прошло, остались только слухи и толпы бродящего народу. Старый Крым в испуге как-то сжался. Ежедневно рассказывали, как ночью проломали стену, залезли в кладовую и вытащили всю муку и крупу. Именно это было предметом грабежа. Целый день к воротам подходили люди. Откуда? С Кубани... С Украины. Они рассказывали, как целиком выселялись громадные станицы, как раскулачивали и усмиряли... Стихотворение о Старом Крыме фигурировало в «деле» О. М. 34 года – клевета на строительство сельского хозяйства. Из этих стихов ясно, что мы приехали в Крым ранней весной, когда цветет миндаль. Обонятельное ощущение – дым – всегда к ночлегу, к дому. Дымок – это мысль о жилье. «Рассеянная даль» была вначале «расстрелянной», но это показалось. О. М. чересчур прямым ходом. Кубань и Украина названы точно – расспросы людей, бродивших с протянутой рукой. Калитку действительно стерегли день и ночь – и собаки, и люди, чтобы бродяги не разбили саманную стенку дома и не вытащили последних запасов муки. Тогда ведь хозяева сами стали бы бродягами.

 

Никита Струве в книге «Осип Мандельштам» отмечает:

 

Весной 1933 года Мандельштам в Крыму может убедиться воочию в ужасных последствиях коллективизации. Если прозаики (Пильняк, Платонов) отразили в своем творчестве то, что можно назвать одним из величайших преступлений против человечества[1], Мандельштам, пожалуй, единственный из всех поэтов, посмел коснуться этой страшной темы в стихах и дать ей соответствующее космическое измерение катастрофы.

 

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.