«Слепой рыбак» (1986)

Не могу не остановиться на этом… рассказе, окрестил автор, — нет, конечно, очерке, но каком! Он есть изнывающая любовная боль к нашему нынешнему русскому захудалью, к стонущей обречённости нашей земли и жизни.

Для формы очерк соединён, перемежён с излюбленным рыболовством — бодрая бригада ребят-газовиков на своём грузовике, поездка их к глухим озёрам, на ранневесеннюю ловлю, а там и приставший слепой беспомощный рыбак, да вот и одиночка — сам автор. — При весеннем паводке здешняя цепь озёр соединяется в единую сплавную систему и сюда нагрянывают сплавщики-мелиораторы, но сейчас ещё нет их.

А есть — на холме село Мурыжиха, с молчаливой многоглавной церковью, в ней ещё несколько семей, «избывающих тут остатние годы, а больше — одинокие старушки — бессменные сторожа и хранители умолкшей русской деревни и заросших пашен, когда-то родливых полей. Остальные деревушки кругом пусты, развалены». А в Мурыжихе «ещё жил и отворялся раз в неделю магазинишко, переименованный в магазин товаров повседневного спроса… от ранешнего магазина в нём остались хомуты и узды для изведённых лошадей, да детские салазки, хотя детей здесь давным-давно не водилось… Бабы забыли, как и что варить, разучились ткать и шить», а копейку на выпивку добывали сдачею потребсоюзу клюквы, грибов и лекарственных трав. Да ещё каким летом приезжали дикие туристы в поисках икон, прялок, самоваров и другой старины. — Заходи в избу — «никто не вернулся с войны на это подворье — ни отец, ни сыновья… Не орал из деревень петух, не мычали коровы, и сама родливая земля, обездороженная, теснимая со всех сторон кустами и бурьяном, сиротски ёжилась… О русская земля! Где предел твоему величию и страданию!..»

Виктор Астафьев, писатель, фото

Виктор Петрович Астафьев, автор рассказа «Слепой рыбак»

 

Очерк перемежается двумя-тремя рыбацкими эпизодами, среди рыбаков кроме слепого и инвалидный майор. Находятся абзацы для тихо отпразднованной с хозяйками подошедшей Пасхи (в лампадах чадит подсолнечное масло, а мелкие яйца — не от своих кур, крашены отваром луковой шелухи).

А я, отступая от обычной формы вот этих моих этюдов о писателях, не могу удержаться, не выписать дальше из Астафьева целый абзац его вдохновенный, ибо кто когда прочтёт «Слепого рыбака» — и услышит этот умолкший голос?

 

«Что с нами стало? Кто и за что вверг нас в пучину зла и бед? Кто погасил свет добра в нашей душе? Кто задул лампаду нашего сознания, опрокинул его в тёмную, беспробудную яму, и мы шаримся в ней, ищем дно, опору и какой-то путеводный свет будущего. Зачем он нам, тот свет, ведущий в геенну огненную? Мы жили со светом в душе, добытым задолго до нас творцами подвига, зажжённым для нас, чтоб мы не блуждали в потёмках, не натыкались лицом на дерева в тайге и друг на дружку в миру, не выцарапывали один другому глаза, не ломали ближнему своему кости. Зачем это всё похитили и ничего взамен не дали, породив безверье, всесветное во всё безверье. Кому молиться? Кого просить, чтоб нас простили. Мы ведь умели и ещё не разучились прощать, даже врагам нашим…»

 

В эту весеннюю ночь автор «долго сидел на крыльце избы… Душа доверчиво внимала этой вешней ночной тишине». А «на утре ощутил нежное прикосновение к губам первого весеннего дождя, в котором ивовой цветочной пыли было больше, чем влаги».

…А утром — послышалось и увиделось, как перегонщики (один — с транзистором, повешенным на грудь), «парни на лошадях с молодой дикарской безжалостностью секли в кровь бессловесную скотину, как секли пленных иноземцев-русичей раскосые воины, налетевшие в уремье из пыльных степных земель. Телята и бычки, выросшие под крышей, непривычные к табуну, прячась от кнутов, сбивались в кучу, всплывали друг на дружку». Это — гнали молодой скот на откорм, на заброшенные пастбища, пустующие луга.

 

Отрывок очерка о Викторе Астафьева из «Литературной коллекции», написанной А. И. Солженицыным.

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.