Как и многие другие современные ему русские писатели Андрей Белый прославился под псевдонимом. Его настоящее имя – Борис Николаевич Бугаев. Он родился в Москве в 1880 г. – в том же году, что и Блок. Его отец, профессор Бугаев (профессор Летаев в сочинениях сына), был выдающимся математиком, корреспондентом Вейерштрасса и Пуанкаре, деканом факультета Московского университета. Сын унаследовал от него интерес к самым трудным для понимания математическим задачам.

Андрей Белый в молодости

Андрей Белый в молодости

 

Он учился в частной гимназии Л. И. Поливанова, одного из лучших педагогов России того времени, который внушил ему глубокий интерес к русским поэтам. В юности Белый встречался с великим философом Владимиром Соловьевым и рано стал знатоком его мистического учения. Белый сблизился с племянником Соловьёва, поэтом Сергеем. Оба они были проникнуты экстатическим ожиданием апокалипсиса, вполне реально и конкретно верили, что первые годы нового, XX-го, столетия принесут новое откровение – откровение Женской Ипостаси, Софии, и что ее пришествие полностью переменит и преобразит жизнь. Эти ожидания еще усилились, когда друзья узнали о видениях и поэзии Блока.

 

Поэты России ХХ век. Андрей Белый

 

В это время Андрей Белый учился в Московском университете, что заняло у него восемь лет: он получил диплом по философии и по математике. Несмотря на его блестящие способности, профессура смотрела на него косо из-за его «декадентских» писаний – некоторые даже не подали ему руки на похоронах отца. Первое из «декадентских» писаний (прозаическое) появилось в 1902 г. под раздражающим названием Симфония (Вторая драматическая). Несколько исключительно тонких критиков (М. С. Соловьев – отец Сергея, Брюсов и Мережковский с Гиппиус) сразу распознали тут нечто совершенно новое и многообещающее. Это почти зрелое произведение дает полное представление как о юморе Белого, так и о его изумительном даре – писать музыкально организованную прозу. Но критики отнеслись к этой «симфонии» и к тому, что за ней последовало, с негодованием и злобой, и на несколько лет Белый заменил Брюсова (которого начинали признавать) в качестве главной мишени нападок на «декадентов». Его обзывали непристойным клоуном, чьи ужимки оскверняют священную область литературы. Отношение критики понятно: почти во всех произведениях Белого бесспорно есть элемент дурачества. За Второй симфонией последовала Первая (Северная, героическая, 1904), Третья (Возвращение, 1905) и Четвертая (Кубок метелей, 1908), а также сборник стихов Золото в лазури (1904) – и все встретили такой же прием.

В 1905 г. Белый (как и большинство символистов) был захвачен волной революции, которую он пытался объединить с соловьевским мистицизмом. Но вырождение революции в уголовную анархию вызвало у Белого подавленность, как и у Блока, и он потерял веру в свои мистические идеалы. Подавленность излилась в двух стихотворных сборниках, появившихся в 1909 г.: реалистическом – Пепел, где он подхватывает некрасовскую традицию, и Урна, где он рассказывает о своих блужданиях по абстрактной пустыне неокантианской метафизики. Но отчаяние Белого лишено угрюмой и трагической горечи Блока, и читатель поневоле относится к нему не так серьезно, тем более, что сам Белый поминутно отвлекает его своими юмористическими курбетами.

Все это время Белый писал прозу том за томом: писал блестящие, но фантастические и импрессионистские критические статьи, в которых объяснял писателей с точки зрения своего мистического символизма; писал изложения своих метафизических теорий. Символисты высоко его ценили, но широкой публике он был почти не известен. В 1909 г. он опубликовал свой первый роман – Серебряный голубь. Это замечательное произведение, которому вскоре предстояло оказать огромное влияние на русскую прозу, вначале прошло почти незамеченным. В 1910 г. Белый прочел ряд докладов в Петербургской «поэтической Академии» о русской просодии – дата, с которой можно отсчитывать само существование русской просодии как отрасли науки.

В 1911 г. он женился на девушке, которая носила поэтическое имя Ася Тургенева и действительно была родственницей знаменитого писателя. В следующем году молодая пара познакомилась с известным немецким «антропософом» Рудольфом Штайнером. Штайнеровская «антропософия» есть грубо конкретизированная и детализированная обработка символистского мировоззрения, которое считает человеческий микрокосм параллельным во всех деталях вселенскому макрокосму. Белый и его жена были заворожены Штайнером и четыре года прожили в его магическом заведении в Дорнахе, близ Базеля («Гетеануме»). Они принимали участие в строительстве Иоганнеума, который должен был быть выстроен только адептами Штайнера, без вмешательства непросвещенных, т.е. профессиональных строителей. За это время Белый опубликовал свой второй роман Петербург (1913) и написал Котика Летаева, который был опубликован в 1917 году. Когда разразилась Первая Мировая война, он занял пацифистскую позицию. В 1916 г. ему пришлось возвратиться в Россию для военной службы. Но от посылки на фронт его спасла революция. Как и Блок, он попал под влияние Иванова-Разумника и его «скифского» революционного мессианизма. Большевиков Белый приветствовал как освободительную и разрушительную бурю, которая разделается с одряхлевшей «гуманистической» европейской цивилизацией. В его (очень слабой) поэме Христос воскрес (1918) он, еще более настойчиво, чем Блок, отождествляет большевизм с христианством.

Как и Блок, Белый очень скоро потерял веру в это тождество, но, в отличие от Блока, не впал в унылую прострацию. Напротив, именно в самые худшие годы большевизма (1918–1921) он развил бурную деятельность, вдохновленную верой в великое мистическое возрождение России, нарастающее вопреки большевикам. Ему казалось, что в России на его глазах возникает новая «культура вечности», которая заменит гуманистическую цивилизацию Европы. И действительно, в эти страшные годы голода, лишений и террора в России происходил удивительный расцвет мистического и спиритуалистического творчества. Белый стал центром этого брожения. Он основал «Вольфилу» (Вольная философская ассоциация), где свободно, искренно и оригинально обсуждались самые жгучие проблемы мистической метафизики в их практическом аспекте. Он издавал Записки мечтателя (1919–1922), непериодический журнал, смесь, в которой содержится почти все лучшее, что было опубликовано в эти тяжелейшие два года. Он преподавал стихосложение пролетарским поэтам и с невероятной энергией читал лекции чуть не каждый день.

За этот период, кроме множества мелких произведений, им были написаны Записки чудака, Преступление Николая Летаева (продолжение Котика Летаева), большая поэма Первое свиданье и Воспоминания о Блоке. Вместе с Блоком и Горьким (которые тогда ничего не писали и потому в счет не шли) он был крупнейшей фигурой русской литературы – и куда более влиятельной, чем те двое. Когда возродилась книжная торговля (1922), издатели первым делом стали печатать Белого. В том же году он уехал в Берлин, где стал таким же центром среди писателей-эмигрантов, каким был в России. Но его экстатический, беспокойный дух не позволил ему оставаться за границей. В 1923 г. Андрей Белый вернулся в Россию, ибо только там ощущал соприкосновение с жадно ожидавшимся им мессианским возрождением русской культуры.

Петров-Водкин. Портрет Андрея Белого

Портрет Андрея Белого. Художник К. Петров-Водкин, 1932

 

Однако все его попытки наладить живой контакт с советской культурой оказались безнадёжными. Коммунистические идеологи Андрея Белого не признавали. Ещё в Берлине он порвал с Асей Тургеневой, а по возвращении в СССР сожительствовал с Анной Васильевой, на которой в 1931 официально женился. У неё на руках писатель и умер 8 января 1934 в Москве после нескольких инсультов.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.