Лучшая и главная часть творчества Ивана Андреевича Крылова, это его басни; они никогда не устареют и устареть не могут; в них проявилось художественное творчество и огромный, самобытный талант автора. Недаром Плетнев, написавший его биографию, сказал по поводу первой басни («Дуб и трость»), написанной в 1806 году: «Для нас Крылов родился в 40 лет».

Невозможно перечислить и проанализировать все басни Крылова (см. краткие содержания многих из них на нашем сайте): так они разнообразны и богаты по темам, сюжетам и смыслу. При общей их оценке надо сказать, что главные художественные достоинства басен заключаются, во-первых, в языке и художественности формы, а во-вторых, в поразительной выпуклости и реализме.

Брюллов. Портрет Крылова

Портрет Ивана Андреевича Крылова. Художник К. Брюллов, 1839

 

Крылов говорит чисто-русским, народным языком; он часто употребляет уменьшительные формы слов, – «куманек», «светик», – или такие выражения и обороты речи, которые свойственны лишь простонародному, бытовому языку: «невеста-девушка смышляла жениха», «отколе ни возьмись», – «тихохонько медведя толк ногой», «случись тут мухе быть». Или же он пользуется народными оборотами речи, с пропуском глагола или другого слова: – «навстречу моська им. – Увидевши слона, ну на него метаться». – «И с возом бух – в канаву».

Некоторые выражения Крылова вошли в употребление, как поговорки, что доказывает, насколько они удачны: «чем кумушек считать трудиться, не лучше ль на себя, кума, оборотиться»; – «рыльце в пушку»; – «ларчик просто открывался»; названия некоторых басен стали служить обще-употребляемыми эпитетами: «Демьянова уха», «Тришкин кафтан».

 

Баснописец Иван Андреевич Крылов

 

Странно, что среди такого чисто русского языка басен встречаются иногда мифологические, античные имена Юпитера, Афины, Апеллеса, Нептуна; правда, встречаются они не слишком часто, и это единственное, чем Крылов в своих баснях отдал дань классицизму.

Реализм басен – удивителен, некоторые картины описаны с такой, если можно так выразиться, – выпуклостью, живостью, что их одновременно и видишь и слышишь. Как радуется «дворовый верный пес, Барбос» («Две собаки») своей старой знакомой, Жужу, увидав ее в окне:

 

«К ней ластится, как будто бы к родне,
Он с умиленья чуть не плачет
И под окном
Визжит, вертит хвостом
И скачет...».

 

Так и видишь этого лохматого, простоватого Барбоса.

Интересно, между прочим, сравнить одну из самых известных басен «Ворона и лисица» с одноименной басней: «Le Corbeau et le Renard» Лафонтена, который так тонко передает изящный французский язык XVII-го века. У Крылова же ворона и лиса – русские, в этом не ошибешься. С каким реализмом описана хитрая лиса, которой хочется покушать, ее осторожные, ловкие приемы!

 

«Плутовка к дереву на цыпочках подходит,
Вертит хвостом, с вороны глаз не сводит
И говорит так сладко, чуть дыша:
Голубушка, как хороша!»

 

Каким чисто народным выражением заканчивает автор свою басню – «с ним была плутовка такова»!

Еще одна характернейшая черта басен Крылова – уменье остроумными намеками, как бы мимоходом, задевать и высмеивать человеческие недостатки, даже если эти недостатки не относятся к главному сюжету басни. Так, в басне «Лжец» приятель говорит хвастуну-лжецу, что с моста, по которому «лжец ни один пройти не смеет», обрушились в воду «два журналиста, да портной»; намек на то, что часто журналистов и портных обвиняют во лжи. В басне «Кот и повар», рассказывая, как «повар-грамотей с поварни побежал своей в кабак», оставив кухню на попечение кота, Крылов как бы мимоходом иронизирует по поводу ханжества повара: «он набожных был правил и в этот день по куме тризну правил»...

Басни Крылова часто дают учить наизусть маленьким детям, но в сущности многое в них непонятно в детском возрасте; многому может научиться и взрослый человек, вникая в эти живые, тонко-остроумные и часто глубокие по мысли образы и картины.

В заключение сказанного приведем несколько слов из трогательного письма младшего брата Крылова, который восхищается талантом Ивана Андреевича и говорит: «читал я басни других писателей (Измайлова), но в сравнении с твоими, как небо от земли: ни той плавности в слоге, ни красоты нет, а особливо простоты, с какою ты имеешь секрет писать, ибо твои басни и грамотный мужик и солдат с такою же приятностью читать может... Как ты, любезный тятенька, пишешь, так это – для всех: для малого и для старого, для ученого и простого, и все тебя прославляют»...

Вот как трогательно и удивительно верно характеризует и восхваляет Лев Андреевич Крылов замечательные произведения своего знаменитого брата!