После неудачной Крымской кампании, когда наступила эпоха реформ и широкого общественного оживления, когда подвергались свободной критике все язвы нашего общественного устройства, А. Н. Островский выступил с комедией из чиновничьего быта «Доходное место» (см. её полный текст, краткое содержание и анализ, сделанный А. Солженицыным).

 

Островский. Доходное место. Спектакль Малого театра, 1981

 

Чиновничий мир представлял не менее темное царство, чем купеческий, и был одной из самых тяжких язв русской жизни. Островский приподнял завесу над этим миром взяточников, воров, казнокрадов, плутов мелкого и крупного калибра, миром, где мошенничество въелось в плоть и кровь, где человеку свежему и честному не было иного выхода, как или бросить службу, или самому заняться «неправедным стяжательством».

Наступивший перелом в русской жизни дал возможность обличить это столь недавнее прошлое. В пьесе Островского выдвинуты представители мира старого и нового. Момент взят накануне перелома, повлекшего за собой разгром старого чиновничьего мира, когда, казалось, старый уклад еще всесилен, между тем как реформы были уже у дверей. В центре старого чиновничьего мира представлены Вышневский, Юсов и Белогубов.

 

 

Вышневский. Вышневский – мошенник крупного калибра, цинично хвастающийся своей силой и дерзостью, хищник, презирающий общественное мнение, знающий хорошо, что в жизни прав победитель, удачник, и виноват – побежденный, неудачник. В мутном чиновничьем мирке, открывавшем большой простор для подозрительных сделок и мошеннических операций, он чувствует себя как рыба в воде. Для него служба – исключительно средство обогащения и, не брезгуя никакими случаями, он прямо идет к своей цели и увеличивает свое достояние.

Взяточничество и казнокрадство – вот способы его обогащения. Уверенный в своей безопасности, привыкший к тому, что это исстари было, и надеющийся, что всегда так будет, Вышневский свои взгляды считает как бы освященными старинной житейской практикой. Так было и так делают все – вот на что он опирается. И он считает глупцом того, кто идет против старых и столь полезных для личного обогащения обычаев. Тем сильней было его удивление, когда грянул гром и старому хищнику пришлось уйти с насиженного местечка.

Юсов. У сотоварища Вышневского – Юсова убеждения иного сорта, он хищник более мелкого калибра и в жизни пробивался не с дерзостью и апломбом Вышневского, но потихоньку, с трудом, горбом добывая себе и деньги и положение, и таким образом медленно добрался до местечка, на котором получил возможность брать взятки у просителей и ловко обворовывать казну.

Идеалом его жизни было благосостояние: натерпевшись в жизни голода и унижений, он не знает иных благ, кроме денег. Юсов – типичная «канцелярская крыса», скудная, убогая душонка, потерявшая давно все то, что возвышается над стремлениями к деньгам и чинам. В лице Юсова Островский метко изобразил психологию омертвевших в погоне за рублем людей.

Белогубов. Что касается чиновника Белогубова, то он представляется как бы двойником грибоедовского Молчалина. Он тих, робок, покорен и преисполнен глубокой благодарности к Юсову, который покровительствует ему и учит его ловким приемам воровства и взяточничества. «Под вашим крылом воспитался, – говорит он Юсову, – другой бы того и в десять лет не узнал – всей тонкостей и оборотов, что я в четыре года узнал. С вас пример брал во всем». Белогубов старается как можно лучше подражать Юсову, который, по его словам, вывел его в люди и поучал уму-разуму.

 

 

Жадов. В антагонизме с этим мирком взяточников находится молодой чиновник Жадов. Это – неопытный и наивный молодой человек, одушевленный лучшими намерениями; он возмущен всеми теми, кто его окружает, ибо пошёл на службу с целью принести пользу обществу. Чиновникам старого мира он объявил войну, произносит горячие тирады по поводу злоупотреблений сослуживцев и поучает всех, даже писарей канцелярии.

Но автор показывает, что источник идеализма Жадова неглубок, и что убеждения коренятся не в натуре его, но вычитаны в книжках и выражаются им в выспренней книжной форме. Борьба оказывается неравной. В мирке, где все было сплочено единством взглядов и целей, Жадов является чудаком и оригиналом, над которым вначале только смеются. Но отношение насмешливое переходит во враждебное, ибо в Жадове начинают видеть человека беспокойного, который может навлечь беду.

С такой затаенной враждебностью относится к Жадову Вышневский. Но опасения последнего относительно того, что Жадов может представлять собой силу, неосновательны. Книжные вычитанные теории и собственные убеждения натуры слабой и вялой скоро разлетаются под натиском обстоятельств личной жизни. Жена Жадова начинает жаловаться на отсутствие у неё нарядов и на бедность их жизни вследствие его честности. Теща со своей стороны упрекает зятя в глупости и требует от него, чтобы он стал «как всё люди».

Слабовольный Жадов, сломленный этими неурядицами личной жизни, в горячем монологе прощается с идеалами своей юности и идет к взяточнику Вышневскому просить у него «доходного места». Обстоятельства спасают Жадова. У Вышневского он узнает, что последний за свои деяния смещен и предан суду. Потрясенный этим, Жадов с новой силой решается бороться с соблазнами, отвергает сделку с совестью и радостно возвращается к своей бедной и честной жизни.

В речах и монологах Жадова публика находила отголосок своим настроениям, своим общественным идеалам, и потому пьеса эта имела шумный успех. Но её общественное значение коренится не столько в бледно представленной фигуре положительной – Жадова, сколько в типах отрицательных, в жизненных, обрисованных очень характерно и метко, фигурах чиновников старого мира.

 

Ссылки на другие статьи о творчестве А. Н. Островского см. ниже, в блоке «Ещё по теме...»