Обитатели ночлежки сидят на пустыре рядом с нею. Настя рассказывает грызущей семечки Наташе книжную любовную историю, уверяя, что она происходила в её собственной жизни: студент Рауль хотел застрелиться из револьвера, так как родители не разрешали ему жениться на ней. Барон хохочет: «Наташка, да ты же в прошлый раз то же самое про Гастона рассказывала! Да ведь всё это – из книжки "Роковая любовь"» [См. полный текст пьесы и её краткое содержание целиком.]

 

Горький. На дне. Спектакль 1952 г.

 

Настя плачет от досады. Лука с сочувственной улыбкой гладит её по голове и уводит. «Видно, вранье-то приятнее правды, – задумчиво произносит Наташа. – Я вот тоже жду кого-нибудь особенного...» – «А я уж ничего не жду, – усмехается Барон. – Всё прошло, кончено!»

«Человека приласкать никогда не вредно, – убеждает остальных вернувшийся Лука. – Всех жалеть надо!» Он рассказывает, как раз сторожил дачу одного инженера. Ночью туда полезли два вора. Выйдя с ружьём, Лука заставил их наломать веток и тут же выпороть ими друг друга. Но после этого воры стали просить у него хлебца – оба были очень голодны. Лука сжалился над ними и приютил в своей сторожке. Так они и прожили у него всю зиму.

Слесаря Клеща не трогает рассказ Луки. Он вскакивает и треплет на себе лохмотья: «Где правда? У меня работы нет, пристанища нет, силы теперь уже нет! А я хотел по правде жить, работать! Будь она проклята, эта правда!»

Клещ в возбуждении убегает. Лука вздыхает: «Да, не всегда правдой душу вылечишь. Знал я в Сибири одного человека, который в праведную землю верил. Дескать, живут в той земле одни хорошие люди. И всё он собирался идти эту праведную землю искать. А потом один ссыльный учёный сказал ему, что на картах нигде такой земли нет. Тут человек этот рассердился – как так? Жил-жил, терпел-терпел, надеясь в землю ту попасть, а её нету? Грабеж!.. И говорит он ученому: «Ах ты… сволочь эдакой! Подлец ты, а не ученый…» Да в ухо ему – раз! Да еще!.. А после того пошел домой – и удавился».

Все задумываются. Подходит Васька Пепел. Он подсаживается к Наташе и уговаривает, чтобы она стала его женой. Васька обещает бросить воровство, которым он стал заниматься сызмалетства, потому что отец его был вор, и самого Пепла все вокруг поэтому звали вором. «Ты, Наташа, девица строгая, хорошая, надежная, – волнуется Васька. – Очень полюбил тебя! Ты никогда меня вором не называла. Давай вместе начнём честную жизнь! Хоть и в Сибирь уедем».

Наташа колеблется. В окне ночлежки как раз появляется её ревнивая сестра Василиса. Пепел, не замечая её, продолжает объясняться Наташе в любви. Его поддерживает и Лука: «Иди за него, девонька, иди! Он – парень ничего, хороший! Ты только почаще напоминай ему, что он хороший парень, чтобы он, значит, не забывал про это!»

«Вот и сосватались! Совет да любовь!» – злобно кричит из окна Василиса. Наташа, увидев сестру, ахает. Из дома выходит Василисин муж, хозяин ночлежки, старик Костылев. «Наташка! Ты что тут делаешь, дармоедка? Сплетни плетешь? А самовар не готов? На стол не собрано?» – «Цыц! – осекает Костылева Пепел. – Она тебе больше не слуга! Теперь она – моя!»

«Тво-оя? Когда купил? Сколько дал?» – хохочут Василиса с Костылевым. Пепел дрожит от гнева. Лука убеждает Пепла уйти, зная, что Василиса хочет натравить его на Костылева.

Костылев смеётся над Лукой: «Ну что, старичок. Ты, говорят, опять хочешь идти странствовать? А человек должен на одном месте жить… Нельзя, чтобы люди вроде тараканов жили… Куда кто хочет – туда и ползет. Бродяга – бесполезный человек. Хороший человек должен иметь пачпорт, а у тебя его нет. Убирайся с моей квартиры, а то ведь у моей жены дядя – полицейский».

Василиса уводит Костылева пить чай, обзывая Луку «грибом поганым». Картузник Бубнов советует Луке уходить с ночлежки: «Я и сам, может, от каторги спасся тем, что вовремя ушел. Жена у меня с одним меховщиком связалась… Мастер, он, положим, был хороший: ловко собак в енотов перекрашивал, а кошек – в кенгурий мех. Я с этим мастером раз дрался – он у меня половину бороды выдрал и ребро сломал. Я обозлился и однажды жену по башке железным аршином тяпнул. Хотел её вообще укокошить, но вовремя спохватился – ушёл! Правда, пришлось мастерскую свою на жену оставить, но я бы её всё равно пропил».

Входят Сатин с Актёром. Актёр решил бросить пить. Он хвалится, что сегодня мёл улицу, заработал два пятиалтынных – и не пропил их! Лука посмеивается. Сатин рассказывает о своей молодости: «Я был рубаха-парень, плясал великолепно, играл на сцене, любил смешить людей. Но потом сел в тюрьму почти на пять лет: убил из-за родной сестры одного подлеца в запальчивости. В тюрьме карточному шулерству и научился».

Возвращается Клещ с опущенной головой. Жалуется Сатину: «Чтобы жену похоронить, все инструменты продал; не знаю, как теперь работать!» Сатин советует ему не унывать: «Да ты ничего не делай! Просто – обременяй землю!»

Из окна Костылевых раздаются крики. Там Василиса и Костылев бьют Наташу, а она истошно вопит. Сатин, Актёр и Лука бегут в дом. Лука кричит, чтобы позвали Пепла. Вскоре обратно на улицу из дому выбегает толпа людей, в которой Сатин и Татарин пытаются оттеснить Василису от избиваемой ею Наташи. Прибегает дядя их обеих – полицейский Абрам Медведев. Василиса орёт: «Жизни решусь, а растерзаю!» Бегущая сзади Квашня причитает: Василиса вылила Наташе на ноги кипящий самовар.

Из проулка выбегает Васька Пепел. «Абрам, держи этого грабителя!» – кричит Костылев, указывая на Ваську. Пепел подскакивает и сильным ударом сваливает Костылева на землю.

«Убили! Помер! – не своим голосом вопит Василиса, глядя на лежащего мужа. – Васька убил! Васька!» Пепел бросается и на неё, но его удерживают Сатин с Кривым Зобом. «Что, Вася, мил друг? От судьбы – не уйдешь! – торжествует Василиса. – Полиция, полиция!» – «Да это ты всё подстроила, – рвётся Пепел к ней. – Ты и раньше подговаривала меня его убить!»

«А-а… я поняла! – восклицает Наташа, услышав это. – Ты, Василий, был заодно с моей сестрой! Люди добрые! Она – его любовница… они – заодно! Она его подговорила мужа убить… муж им мешал… и я – мешала. Вот – изувечили меня!»

«Наталья, что ты!» – изумляется Пепел. – «Вот так черт! – качает головой Сатин. – Держись, Василий! Утопят они тебя!»

Василиса ведёт полицейских. Наташа мечется в беспамятстве: «Люди добрые! Сестра моя и Васька убили! Берите их, судите… Возьмите и меня в тюрьму, Христа ради!»

 

© Автор статьи – Русская историческая библиотека. Для перехода к краткому содержанию предыдущего / следующего действия пьесы пользуйтесь расположенными ниже кнопками Назад / Вперёд. См. также полный текст «На дне», краткую и подробную биографии Максима Горького.