Едва молодой Павел Петрович вышел в офицеры, как из-за красоты и самоуверенности стал баловнем общества. Женщины от него с ума сходили, мужчины ему завидовали. Он славился смелостью и ловкостью (ввел гимнастику в моду между светскою молодежью), но прочел всего пять или шесть французских книг. На двадцать восьмом году от роду он уже был капитаном. Блестящая карьера ожидала его, но вдруг всё изменилось.

 

Отцы и дети. Глава 7. Краткое содержание

 

Павел Петрович встретил в свете княгиню Р., которая славилась взбалмошностью и причудами. Все дни она проводила в развлечениях, а ночью истово молилась и ломала руки. Поражал её загадочный взгляд, задумчивый, даже когда язык княгини лепетал самые пустые речи.

Павел Петрович страстно влюбился в неё. Он быстро достиг в страсти цели, но в той женщине, даже когда она отдавалась безвозвратно, всё еще будто оставалось что-то заветное и недоступное, куда никто не мог проникнуть. Любовь ее отзывалась печалью. От новых любовников она вскоре начинала чувствовать ужас и недоумение.

Испытав всё это на себе, Павел Петрович подарил ей кольцо с вырезанным на камне сфинксом. «Этот сфинкс – вы!» – сказал он. Она ответила, что это лестно.

Вскоре княгиня бежала от него за границу. Павел Петрович вышел в отставку, несмотря на просьбы приятелей, на увещания начальников, отправился вслед за ней и четыре года провёл в чужих краях, то гоняясь за княгиней, то с намерением теряя ее из виду. Вскоре они окончательно расстались: княгиня бежала от него в Бадене.

Павел Петрович вернулся в Россию, попытался зажить старою жизнью, но уже не мог попасть в прежнюю колею. Он состарился, поседел. Сходить по вечерам в клуб, желчно поскучать там, равнодушно поспорить в холостом обществе стало для него потребностью. О женитьбе он не думал. Десять лет прошло таким образом, бесцветно, бесплодно и страшно быстро.

Княгиня между тем умерла, прислав ему перед смертью то самое кольцо. Она провела по сфинксу крестообразную черту и велела ему сказать, что крест – разгадка.

Павел Петрович, одинокий холостяк, вступал в то смутное, сумеречное время сожалений, похожих на надежды, надежд, похожих на сожаления, когда молодость прошла, а старость еще не настала. Он уехал в деревню к брату, и уже не покидал её. Стал читать – всё больше по-английски. Выезжал только на выборы, где большею частью помалчивал, лишь изредка дразня и пугая помещиков старого покроя либеральными выходками и не сближаясь с представителями нового поколения. И те и другие считали его гордецом; и те и другие его уважали за его отличные аристократические манеры.

Аркадий упомянул ещё Базарову, что дядя не раз выручал его отца деньгами.

«Известное дело: нервы, – пробрюзжал Базаров, ничуть не впечатлившись. – Человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви и когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, этакой человек – не мужчина, не самец. Нет, брат, это всё распущенность, пустота! И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения. Это всё романтизм, чепуха, гниль, художество».

 

См. полный текст этой главы, краткое содержание всего романа «Отцы и дети», его подробный анализ, биографию И. С. Тургенева и статьи Образ Базарова, Отношение Тургенева к Базарову.

© Автор статьи – Русская историческая библиотека. Для перехода к краткому содержанию следующей / предыдущей главы «Отцов и детей» пользуйтесь кнопками Вперёд / Назад ниже.