Катя с Аркадием сидели в саду усадьбы Никольское. Заметно было, что они сильно сблизились друг с другом.

Аркадий держал в руках книгу Гейне. «Я не люблю Гейне ни когда он смеется, ни когда он плачет, – говорила Катя. – Я его люблю, когда он задумчив и грустит». – «А мне нравится, когда он смеется», – отвечал Аркадий. – «Это в вас еще старые следы вашего сатирического направления... Погодите, мы вас переделаем».

«Однако ведь не только я, но Анна Сергеевна во многом соглашалась с Базаровым», – возражал Аркадий. – «Сестра, – проговорила Катя, – находилась под его влиянием, так же как и вы». – «Я знаю, что вам он никогда не нравился». – «Он чужой мне, да и вам тоже. Он хищный, а мы с вами ручные».

«Слово "ручной" для меня даже обидно, – почесался Аркадий. – Я хотел бы быть сильным, энергическим...» – «Этого нельзя "хотеть", – посмотрела на него Катя. – Вот ваш приятель этого и не хочет, а в нем это есть. А над моей сестрой никто не может взять влияния надолго. Она очень дорожит своею независимостью. Я заметила, что она сейчас гораздо больше расположена к вам, чем в первый ваш приезд».

«Вы очень наблюдательны, – заметил Аркадий. – Вы недаром одной крови с Анной Сергеевной; вы так же самостоятельны, как она; но вы более скрытны. Вы одинаково умны; у вас столько же, если не больше, характера, как у ней...»

Они помолчали. «Катерина Сергеевна! – вдруг вырвалось у Аркадия. – Вам это, вероятно, всё равно, но знайте, что я вас не только на вашу сестру – ни на кого в свете не променяю».

Он быстро ушёл, как бы испугавшись своих слов. Катя задумалась и покраснела.

Появилась Анна Сергеевна. «Ты тут одна? – осведомилась она у сестры. – А Аркадий ушёл? Тебе из города привезли ботинки, примерь их: твои прежние износились... Вообще ты не довольно этим занимаешься, а у тебя еще такие прелестные ножки! И руки твои хороши... только велики; так надо ножками брать. Но ты у меня не кокетка».

Катя брела к дому, думая: «Прелестные ножки?.. Ну, он и будет у них».

...Слуга сообщил, что приехал Базаров. Аркадий бросился к другу.

Евгений без особых эмоций рассказал ему о своей дуэли с Павлом Петровичем. «Вот что значит с феодалами пожить, – заключил он свой рассказ. – Сам в феодалы попадешь и в рыцарских турнирах участвовать будешь».

Базаров объяснял, что направляется домой, а сюда, к Одинцовым, завернул... «чёрт знает зачем».

«Но ты же не думаешь расстаться со мной навсегда?», – заволновался Аркадий. – «Будто это так огорчит тебя? – глянул на него Евгений. – Это ты уже расстался со мною. Ты такой свеженький да чистенький... Должно быть, твои дела с Анной Сергеевной, птенчик, идут отлично».

«В своих предположениях ты ошибаешься», – покраснел Аркадий. – «Я всё думаю, не проститься ли нам? – цедил Базаров. – С тех пор как я здесь, я препакостно себя чувствую, точно начитался писем Гоголя к калужской губернаторше». – Аркадий удивился: «Ты даже не поговоришь с Анной Сергеевной?».

Базаров пока остался. Одинцова встретила его напряжённо, но когда он сказал, что «опомнился и забыл прежние глупости», она облегчённо вздохнула и предложила Евгению «остаться приятелями». «Я хандрила, но когда приехал Аркадий Николаевич, опять вошла в свою настоящую роль – роль тетки, наставницы, матери. Поначалу я находила Аркадия Николаевича довольно незначительным. Но теперь я его лучше узнала и убедилась, что он умен... А главное, молод... не то, что мы с вами, Евгений Васильич».

«Вероятно, для вас не осталось тайной, что он был в вас влюблен?» – выговорил Базаров с холодной усмешкой.

Одинцова сделала вид, что удивлена. Сказав: «Вы ошибаетесь, Евгений Васильич», – она, однако задумалась...

Аркадий же сидел в глуши сада, тоже погружённый в думы, с просветлённым лицом. Он, кажется, решался на что-то...

 

См. полный текст этой главы, краткое содержание всего романа «Отцы и дети», его подробный анализ, биографию И. С. Тургенева и статьи Образ Базарова, Отношение Тургенева к Базарову.

© Автор статьи – Русская историческая библиотека. Для перехода к краткому содержанию следующей / предыдущей главы «Отцов и детей» пользуйтесь кнопками Вперёд / Назад ниже.