В повести «Тамань» (см. её краткое содержание и полный текст) Лермонтов (см. его краткую биографию) искусно сочетает романтический ореол повествования с чисто реалистической обрисовкой характеров и быта контрабандистов.

Вот как он рисует портрет плывущего в лодке Янко.

 

Медленно поднимаясь на хребты волн, быстро спускаясь с них, приближалась к берегу лодка. Отважен был пловец, решившийся в такую ночь пуститься через пролив на расстояние двадцати верст, и важная должна быть причина, его к тому побудившая! Думая так, я с невольном биением сердца глядел на бедную лодку; но она, как утка, ныряла и потом, быстро взмахнув веслами, будто крыльями, выскакивала из пропасти среди брызгов пены; и вот, я думал, она ударится с размаха об берег и разлетится вдребезги; но она ловко повернулась боком и вскочила в маленькую бухту невредима. Из нее вышел человек среднего роста, в татарской бараньей шапке; он махнул рукою, и все трое принялись вытаскивать что-то из лодки; груз был так велик, что я до сих пор не понимаю, как она не потонула.

 

Здесь описание разбушевавшейся стихии служит средством раскрытия облика контрабандиста Янко, для которого «везде дорога, где только ветер дует и море шумит».

Так же просто, как о чём-то обыденном, говорится об удали Янко.

 

– Что, слепой? – сказал женский голос, – буря сильна. Янко не будет.

– Янко не боится бури, – отвечал тот.

– Туман густеет, – возразил опять женский голос с выражением печали.

– В тумане лучше пробраться мимо сторожевых судов, – был ответ.

– А если он утонет?

– Ну что ж? в воскресенье ты пойдешь в церковь без новой ленты.

 

Выразителен и портрет подруги Янко – контрабандистки-девушки (см. Характеристика Ундины):

 

Решительно, я никогда подобной женщины не видывал. Она была далеко не красавица, но я имею свои предубеждения также и насчет красоты. В ней было много породы... порода в женщинах, как и в лошадях, великое дело; это открытие принадлежит Юной Франции. Она, то есть порода, а не Юная Франция, большею частью изобличается в поступи, в руках и ногах; особенно нос много значит. Правильный нос в России реже маленькой ножки. Моей певунье казалось не более восемнадцати лет. Необыкновенная гибкость ее стана, особенное, ей только свойственное наклонение головы, длинные русые волосы, какой-то золотистый отлив ее слегка загорелой кожи на шее и плечах и особенно правильный нос – все это было для меня обворожительно. Хотя в ее косвенных взглядах я читал что-то дикое и подозрительное, хотя в ее улыбке было что-то неопределенное, но такова сила предубеждений: правильный нос свел меня с ума; я вообразил, что нашел Гетеву Миньону, это причудливое создание его немецкого воображения, – и точно, между ими было много сходства: те же быстрые переходы от величайшего беспокойства к полной неподвижности, те же загадочные речи, те же прыжки, странные песни.

 

Образу жизни контрабандистов соответствует и бытовая обстановка их жизни. «Я взошел в хату, – рассказывает Печорин, – две лавки и стол, да огромный сундук возле печи составляли всю мебель. На стене ни одного образа – дурной знак! В разбитое стекло врывался морской ветер».

Признавая силу, ловкость, отвагу контрабандистов, верный жизненной правде Лермонтов, обнажает их скудный духовный мир. Контрабандистов никак нельзя назвать мирными и честными людьми. Их главные стремления и заботы сводятся к наживе и обману.

Храбрец Янко и очаровательная девушка становятся жестокими, когда дело доходит до дележа краденого добра. Несчастный слепой мальчик получает от них только медную монету. Янко отказывается увезти его с собой и девушкой в безопасное место, хотя знает, что Печорин может выдать слепца властям. Ненужной теперь старухе Янко приказывает передать, «дескать, пора умирать, зажилась, надо знать и честь». Что же касается возлюбленной Янко – она не останавливается и перед убийством: делает неудачную попытку утопить Печорина, заманив его притворными выражениями любви.

Контрабандистов «Тамани» что-то роднит обрисованными в повести «Бэла» (см. её краткое содержание и полный текст) с горцами (см. Горцы у Лермонтова). Как Казбич, Азамат и Бэла, Янко и его верная спутница живут свободно, легко нарушая правила и условности закона и морали.