Прекрасная богиня Сив, жена Тора, сидела однажды перед зеркалом, расчесывая свои длинные и густые белокурые волосы. Все богини в Асгарде прекрасны, но ни у одной нет таких чудесных волос, даже у самой Фрейи, богини любви. Сив часто оставалась дома одна. Муж ее Тор, могучий сын Одина, защищал Асгард от великанов. И вот беспутный Локи в отсутствие Тора решил навестить его жену. Строен и красив был Локи. Богине нравились его полушутливые ухаживания, но и она, как другие асы, опасалась его злого языка и переменчивого нрава.

И в этот раз Сив любезно приветствовала Локи и завязала с ним веселую беседу. Сив смеялась от всего сердца, слушая шутки самого остроумного из асов, но шутки эти становились все более вольными, все откровенней говорил Локи о своей страсти, и вот уже обнял он смутившуюся богиню... Резко оттолкнула Сив своего поклонника и заговорила насмешливо, думая охладить его пыл:

– Что это, Локи? Ты думаешь, ни одна женщина не устоит перед тобой? А давно ли ты сам превращался в женщину? Тебе и сейчас больше к лицу наше платье, вот только длинных кос не хватает.

Локи улыбнулся как ни в чем ни бывало:

– Таких волос, как у тебя, у меня все равно не будет. Но отчего ты вдруг рассердилась? Я только хотел помочь тебе уложить волосы.

– О, Локи, не надо хитрить!

– Клянусь тебе, Сив! Я и не знал, что ты так красива, пока не увидел тебя с распущенными волосами. Твоя обычная прическа не очень тебе идет. Вот если б ты иначе уложила волосы...

– А как, Локи? – спросила доверчивая Сив. – Ты и вправду можешь сделать лучше?

– Ну, конечно, милая Сив! Давай, я сначала сам расчешу твои чудесные волосы.

От плавных движений его рук Сив охватила сонная истома. Сквозь сон слышала она, как Локи шепчет заклинания. Затем раздалось щелканье ножниц. Сив открыла глаза и увидела в зеркале, как последние пряди волос падают с ее головы.

– Вот эта прическа тебе к лицу, милая Сив, – воскликнул Локи, смеясь.

Сив закричала, а ее коварный поклонник отбросил ножницы и выскочил из комнаты.

Когда домой вернулся Тор, Сив безутешно рыдала. В ярость пришел сын Одина, узнав, какую шутку сыграл с его женой Локи. Он тотчас же бросился на поиски его, а схватив, хотел уже переломать ему все кости. Локи поспешно упал на колени и взмолился:

– Нет, Тор, не надо! Я все исправлю! Я верну волосы твоей жене!

– Как ты их вернешь? Не болтай попусту!

– Ах, постой! Послушай! Я пойду к черным альвам и они сделают волосы из золота. Ты же знаешь, какие мастера есть среди цвергов (гномов)! Волосы будут как живые, они сразу же прирастут к голове Сив. Вот увидишь, Тор, они будут лучше прежних!

– Поклянись, что ты это сделаешь, Локи!

Локи с готовностью поклялся и сразу же направился в подземную страну черных альвов, Свартафахейм. Гномы славятся своими мастерами, но Локи не был уверен, что даже они смогут создать такие волосы, какие он пообещал Тору. Чего только не пообещаешь, чтобы спасти свою жизнь!

Лучшими друзьями Локи среди гномов были три брата, сыновья Ивалда. К ним он и явился со своей просьбой. Рассказав о данной им клятве, Локи сделал вид, что убит горем:

– Напрасно я поклялся! Горе тому, кто нарушает клятву, но кому под силу сделать волосы из золота, которые росли бы, как живые?

– Кому под силу? Да хоть бы и нам... – ответил старший из братьев. Сыновья Ивалда тут же принялись за работу. Как и рассчитывал Локи, гордость их была задета, все свое умение решили они показать богам.

Вскоре старший брат подал Локи золотые волосы, тонкие и легкие, как шелк.

– Это еще не все, Локи, – сказал средний брат. – Я сделал корабль Скидбланднир. Его можно свернуть и он уместится в сумке. А когда понадобится, разверни его и спусти на воду – куда бы он ни поплыл, для него тут всегда подует попутный ветер.

Младший же брат Ивалди протянул Локи копье:

– Я даю ему имя Гунгнир. Ни камень, ни железо для него не преграда.

Обрадовался Локи, поблагодарил цвергов и, вместо того, чтобы сразу же вернуться в Асгард, пошел похвалиться этими сокровищами перед гномом по имени Брокк, над которым и раньше любил насмехаться. Брат Брокка, Эйтри, был кузнецом, не уступавшим в мастерстве сыновьям Ивалди, и Брокк им очень гордился.

– Эй, Брокк! – крикнул Локи, подойдя к его дому. – Взгляни на эти вещи! Разве сделает твой братец хоть что-нибудь подобное?

Оба брата вышли взглянуть на золотые волосы, корабль и копье, и, пока они разглядывали чудесные вещи, Локи громко восхвалял мастерство сыновей Ивалди и дразнил Эйтри. Локи часто попадал в беду из-за своего легкомыслия, вот и на этот раз – Локи и сам не заметил, как поклялся своей головой, что Эйтри никогда не сравняться мастерством с сыновьями Ивалди.

– Побьемся об заклад, Эйтри! Я готов дать отрезать себе голову, если ты сделаешь что-нибудь лучше этих вещей!

– Что ж, я принимаю твои условия, Локи! – отозвался Эйтри. – Возвращайся в Асгард. Скоро мой брат принесет на суд богов то, что сделаю я.

Пожалел тут Локи о своих неосторожных словах, но взять их обратно уже не мог. Сделал он вид, что уходит, а сам стал подглядывать за кузнецами.

Эйтри положил в кузнечный горн свиную кожу и велел брату непрерывно раздувать огонь. Сам Эйтри вышел из кузницы, повторив:

– Ни на миг не прекращай работу, а то ничего не выйдет.

Брокк усердно раздувал огонь кузнечными мехами, когда невесть откуда появилась в кузнице большая муха. Она принялась кусать руку гнома, мешая ему работать. Конечно, это был сам Локи, решивший не дать цвергам выиграть заклад. Но как он ни старался, Брокк не бросил раздувать огонь, пока не вернулся Эйтри. Братья достали из горна вепря с золотой щетиной, который сразу же ожил.

Во второй раз положил Эйтри в горн кусок золота. Брокк опять взялся за кузнечные меха, а Эйтри вышел, предупредив, что и на этот раз нельзя прерывать работу. Локи тут же начал жалить Брокка в шею, но и это не остановило гнома. Когда Эйтри вернулся, готово было золотое кольцо.

Локи еще не знал свойств кольца и вепря, но испугался не на шутку: как бы не оказались они чудеснее корабля, копья и золотых волос. Он видел лишь один выход – помешать кузнецам закончить третье изделие и тут же явиться звать их на суд богов. Тогда братья смогут показать лишь две вещи, а значит, они уступят братьям Ивалди.

Тем временем Эйтри положил в горн железо и ушел. На этот раз решил Локи ужалить Брокка прямо в глаз, но пожалел его и ужалил в веко, так, что потекла кровь. Вскрикнул Брокк и схватился за глаз... Кузнечные меха опали, но тут вернулся Эйтри. Он вынул из горна молот и сказал:

– Чуть было не пропала работа. Рукоять вышла слишком короткой. Иди теперь в Асгард и требуй голову Локи, Брокк.

Муха вылетела из кузницы, и вот уже Локи, снова принявший свой облик, поспешил на небо. Он явился в Асгард чуть раньше Брокка и рассказал богам обо всем, что с ним приключилось. Один, Фрейр и Тор сели на судейские троны, чтобы выслушать обе стороны и вынести решение.

Локи отдал Тору волосы для Сив, Одину – копье Гунгнир, а Фрейру – корабль Скидбланднир, рассказав богам о чудесных свойствах этих вещей. Тут явился и Брокк. Он достал кольцо и протянул его Одину, говоря:

– Это кольцо Драупнир. Каждую девятую ночь оностанет ронять восемь капель золота и каждая капля превратится в кольцо такого же веса.

Затем Брокк указал на вепря:

– Я дарю его тебе, Фрейр. Имя ему Гуллинбурсти («Золотая щетина»). Он может бежать по воде и по воздуху быстрее коня. И в самой непроглядной тьме, в самой стране Мрака, его щетина озарит твою дорогу.

Одину не хотелось признавать победителями цвергов. Он любил Локи, своего приёмного сына.

– Это прекрасные подарки, – сказал Один, – но все же золотые волосы не хуже твоего кольца, а корабль – твоего вепря. Самый же лучший подарок для нас – копье Гунгнир. Мы ведь должны постоянно сражаться с великанами, и ничто нас так не радует, как хорошее оружие.

Тут Брокк показал богам железный молот:

– Я отдаю его Тору. Это молот Мъёлльнир. Он может бить по любой цели – велика она или мала,близка или далека. Мъёлльнир никогда не промахнется и всегда будет сам возвращаться в твои руки, Тор. А когда захочешь, он так уменьшится, что ты сможешь носить его за пазухой.

Тор радостно схватил молот и, взмахнув им в воздухе, крикнул:

– Вот это подарок так подарок! Лучше не бывает!

Остальные боги переглянулись. Теперь даже Один не мог поспорить с тем, что Мъёлльнир – лучшее из всех сокровищ, сделанных гномами.

Когда Локи понял, что проиграл, он попробовал откупиться, но гном не хотел брать за его голову никакого выкупа.

– Тогда поймай меня! – крикнул Локи и бросился прочь. Он заранее надел свои волшебные башмаки, несшие его с невиданной быстротой по воздуху.

Гном стал просить Тора поймать обманщика:

– Не дай свершиться клятвопреступлению, Тор! Ты один можешь схватить Локи.

Богам уже приходилось нарушать клятву, а это не дозволено даже им. Тор бросился вслед за Локи и, крепко держа за руки, привел его в Асгард.

Брокк достал из-за пояса топорик и приготовился отрубить Локи голову, но тот закричал, глядя на Одина:

– Спаси меня, великий! Я проиграл только свою голову, гном не имеет права трогать мою шею!

Один обрадовался, что может спасти приемного сына:

– Брокк, это правда! Ты не должен касаться шеи Локи своим топором. И не вздумай как-нибудь еще нанести ему ущерб. Ты имеешь право – лишь забрать его голову.

– Как же я могу забрать голову, не трогая шеи?

Цверг понял, что его обманули, и не захотел уйти не отомстив:

– Пусть будет так, как решил Один! Но я хочу, чтобы лживый рот Локи был зашит. Если он это заслужил, пусть шило моего брата само проткнет в его губах дырки, а я продену сквозь них ремешок из кожи.

Лишь помянул он это шило, откуда ни возьмись, оно появилось и проткнуло несколько дырок в губах Локи. Боги изумленно молчали, и сам Локи, не сопротивляясь, позволил Брокку зашить ему рот. Но лишь только цверг спрятал иглу, Локи вырвал ремешок, так что кровь залила ему подбородок и шею. Один тут же исцелил его раны, а Сив подала ему кубок вина. Новые волосы уже росли на ее голове, и богиня все простила Локи. Говорят даже, что с этих пор она полюбила его больше, чем это могло бы понравиться ее мужу, но Тор, к счастью, стал еще чаще уходить из дома, чтобы сразиться с великанами. Ведь теперь у него был молот Мъёлльнир.

Вот как случилось, что волосы Сив по-прежнему самые красивые в мире, и даже лучше тех, что были у нее раньше. Впрочем, какие волосы были у нее раньше, уже никто не помнит – вся эта история произошла очень давно. Некоторые утверждают, что волосы Сив всегда были золотыми, а сыновья Ивалди выковали точно такие же, как те, что отрезал Локи. Как бы там ни было, с тех пор в Мидгардской поэзии золото стали называть «волосами Сив».

 

По пересказу скандинавских мифов, сделанному Е. Л. Кувановой.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.