Кроме былины о Садко в Новгороде славились песни о могучем богатыре Василии Буслаеве. Он известен только своей силой, буйством и разгулом. Это – несимпатичный богатырь. [См. Василий Буслаев – краткое содержание былины.]

 

Василий Буслаев. Фильм 1982 г.

 

В детстве мать отдала его учиться грамоте; он легко научился «пером писать», читать и петь в церкви. Но наука не пошла ему на пользу, т. к., он еще смолоду стал проявлять свой буйный, неистовый нрав и сдружился с дурными людьми,

 

Допьяна уж стал напиваться;
А и ходит в городе и уродует;
Которого возьмет он за руку,
Из плеча тому руку выдернет.

 

Делает это он не со злобы, а из озорства, из желания драться.

Потом Василий, или Васька, как его часто называют в былинах, набирает себе дружину, заманивая к себе на службу обещанием всегда сладко есть и пить, без особого труда и работы, – другими словами: есть и пить награбленное.

Набор дружины происходит следующим оригинальным образом. Васька принимает желающих поступить к себе на службу на дворе, где он поит их вином и испытывает силу приходящих к нему, нанося каждому страшный удар по голове «червленым вязом», налитым до половины свинцом. Кто выдерживает это испытание, тот достоин быть дружинником Васьки Буслаева. Первый его дружинник и сподвижник – Костя Новоторженин, удалой молодец, у которого от страшного удара по голове даже «кудри не шелохнулись».

Так и набирает Васька Буслаев себе в дружину двадцать девять буйных молодцев, сам он – тридцатый. С этой дружиной Буслаев предлагает Новгороду «биться о великий заклад», но заклад – другого рода, чем Садко. Василий предлагает всем мужикам новгородским драться с ним и его дружиной, кто кого одолеет? Начинается страшное побоище; Васька «уродует» и буйствует:

 

Началась у них драка-бой великая...
Пошел Василий по Волх-реке.
И идет Василий по Волх-реке,
По той Волховом по улице.
С теми мужиками новгородскими
Он дерется, бьется день до вечера.
Прибили уже много до смерти,
Вдвое, втрое перековеркали,
А уж мужики покорилися,
Покорилися, помирилися.

 

Они просят крестного отца Васьки, «Старчище-Пилигримище», унять своего расходившегося крестника. Но когда Старчище-Пилигримище с церковным колоколом на голове является на место побоища, Буслаев и его убивает.

В описании этого страшного боя видно несомненное отражение знаменитых новгородских драк, происходивших часто после вечевых сходок, а вмешательство Старчища-Пилигримища с церковным колоколом на голове напоминает вмешательство церковных властей, епископов и митрополитов новгородских, нередко приходивших разнимать и мирить воюющих.

Наконец мужики новгородские взмолились к матери Василия Буслаева, чтобы она «уняла свое чадо милое». Матери удалось остановить Ваську: она зашла сзади и положила ему руки на плечи. Он оглянулся, остановился и похвалил мать за догадливость: «а то», говорит, «если бы ты спереди зашла, я б и тебя убил». Этим Васька показывает, что в пылу сражения он совершенно забывается, увлекается: способен не разбирая, и мать убить.

Другая былина рассказывает о путешествии Василия Буслаева с дружиной в Святую землю, в Иерусалим.

 

Смолоду много бито, граблено,
Под старость надо душу спасать.

 

Но и в Святой земле Васька не оставляет своего «буйного обычая». Приближаясь к Иерусалиму, видит он на дороге человеческий череп, «пустую голову» и рядом – камень. Он толкает ногой без всякого уважения «пустую голову» и прыгает через камень, не обращая внимания на слова мертвой головы, которая предсказывает, что тот, кто будет через этот камень скакать, сломит себе «буйную голову».

Подойдя к Иордану, несмотря на общее уважение к святому месту, к реке, в которую благочестивые люди раз в год, в день Крещения, погружаются в одежде и с молитвою, – Буслаев без всякого благоговения со своей дружиной купается в Иордане нагишом.

Но наступает предел его разгульному буйству. Возвращаясь в Иерусалим, Васька видит опять на дороге череп человеческий и рядом – роковой камень. Васька предлагает своей дружине скакать через камень, говоря, что он сам будет скакать задом.

Разбежался Васька задом, споткнулся, пал на камень и убился насмерть, «сломил себе буйную голову». Дружина похоронила его подле мертвой головы.