Писатель Иван Васильевич Киреевский (1806-1856) был одним из основателей славянофильского учения.

Война 1812 года очень рано разбудила в Киреевском чувство патриотического воодушевления, которое в нем к тому же поддерживал и развивал поэт Жуковский, одно время ставший как бы вторым отцом для Киреевского. Нельзя не отметить, наконец, также и того влияния, какое оказал на молодого Киреевского его отчим А. А. Елагин, женившийся в 1817 г. на его матери. Елагин был очень образованным человеком и горячим поклонником немецкой философии (Канта, позднее Шеллинга), особенно модной в то время. Юный Иван Киреевский чувствовал себя уже «философом в 15 лет» и, действительно, серьезно увлекся философией, с жадностью набросившись на отцовскую библиотеку.

В 1822 г. Елагины переехали в Москву, и в их доме, в качестве домашних учителей, мы видим цвет московской профессуры (Снегирева, Мерзлякова, Цветаева и др.). В то же время Иван Васильевич Киреевский посещает публичные лекции профессора Павлова, занимается языками и сближается с блестящей плеядой московской молодежи, так наз. «архивными юношами», в Архиве Иностранной коллегии – Веневитиновыми, Титовым, Шевыревым, Соболевским и др. Вскоре Киреевский становится членом образовавшегося в их среде литературно-философского кружка «любомудров». Романтическая закваска, бродившая в нем с детства, развилась и укрепилась в Иване Киреевском еще более. Уже в 1827 г., в письме к А. Кошелеву, Киреевский писал: «мы возвратим права истинной религии, изящное согласим с нравственностью, возбудим любовь к правде, глупый либерализм заменим уважением законов и чистоту жизни возвысим над чистотою слога... Вот мои планы на будущее». Романтик Киреевский разрывал, таким образом, с наследием декабристов, либерализмом и рационализмом XVIII века.

Иван Киреевский

Иван Васильевич Киреевский

 

Оставалось только предварительно совершить паломничество в философскую Мекку – в Берлин, к «немцам», где гремели тогда Гегель, Шеллинг и др. Результатом «европейского» крещения Киреевского явилось прежде всего его «западничество», хотя Запад и не увлек его слепо («немцы» ему не понравились). Однако Киреевский, подобно Чаадаеву, решительно признал тогда превосходство западного общечеловеческого «просвещения» над русским и отнесся даже с явным осуждением к «одинокому, китайски отделенному» от всего мира, «просвещению» России. В это время Иван Васильевич Киреевский горячо приветствовал реформу Петра Великого: «ибо благоденствие наше зависит от нашего просвещения, – говорил он, – а им обязаны мы Петру». Вернувшись в таком настроении из-за границы и приступив к издание журнала, Киреевский не только дал ему название «Европеец», но и в первой же статье своей выступил с апологией западного просвещения, сделав одновременно резкий выпад против тех, кто «говорят нам о просвещении национальном, самобытном, не велят заимствовать, бранят нововведения и хотят возвратить нас к коренному и старинно-русскому».

Однако первое литературное начинание Ивана Васильевича Киреевского окончилось неожиданным крахом: за статью Киреевского «Девятнадцатый век» «Европеец» был закрыт на втором же номере, а автор статьи был обвинен в пропаганде революционных идей, после чего он был вынужден сойти с литературного поприща на 12 лет. Киреевский углубляется в самого себя и отдается среди обеспеченного досуга философским «резиньяциям». Попытка Киреевского в 1840-х гг. получить кафедру в московском университете кончается неудачей, как и попытка стать редактором погодинского «Москвитянина» в 1845 г. Тот же злой рок преследует Ивана Киреевского при новой попытке сотрудничества в так называемых «Московских сборниках». Издание было запрещено при выходе первой же книжки в 1852 г., а Киреевский получил строгий выговор и должен был снова умолкнуть. Когда же в 1856 г. явилась, наконец, возможность печататься в славянофильской «Русской Беседе», то в первой же книжке журнала, где появилась его первая статья, читатели прочли и некролог Киреевского. Он умер в Петербурге 11 июня 1856 от холеры.

Все отмеченные выше неудачи в жизни Ивана Васильевича Киреевского, вместе с насильственным отстранением его от любимого дела, литературы, глубоко отозвались на его душевном мире. В нем обострилось мистическое чувство, таившееся в его сердце с ранних лет. Уже вернувшись из-за границы с щемящим чувством тоски по родине, Киреевский встретил в лице своего брата Петра горячего русофила и самого нетерпимого пропагандиста славянофильских идей. Вскоре после запрещения «Европейца» Киреевский сближается с Хомяковым и попадает в самый водоворот идейных течений эпохи. Киреевский все теснее постепенно примыкает к славянофильству и, наконец, становится одним из «отцов» этой доктрины, стремясь подвести под нее идеалистическое основание «откровенной» философии Шеллинга. С течением времени религиозный мистицизм все сильнее овладевает Киреевским, и он начинает увлекаться беседами со старцами Оптиной пустыни, идеализировать православие, самобытное русское «просвещение», обличая вместе с тем рассудочную, «гнилую», пораженную «французской болезнью» образованность Запада. Постепенно философия Ивана Васильевича Киреевского приобретает характер целостной доктрины, которую, однако, ему не удалось облечь в законченные формы стройной системы. Среди разновременных статей Киреевского наиболее существенное значение имеют: «Девятнадцатый век» (1832), «В ответ А. С, Хомякову» (1838), «Обозрение современного состояния литературы» (1845), «О характере просвещения Европы и его отношении к просвещению России» (1852) и «О необходимости и возможности новых начал для философии» (1856).

 

Литература об И. В. Киреевском

«Полное собрание сочинений Киреевского» под ред. М. Гершензона, т. 1 – 2 (1911 г.)

Д. Писарев, «Русский Дон Кихот» (Сочинения, т. II);

А. Н. Пыпин, «Характеристики литературных мнений 1820 – 1850 гг.»

И. Г. Виноградов, «И. В. Киреевский и начало московского славянофильства» («Вопросы философии и психологии», 1891 г.)

М. Гершензон, «Исторические записки»

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.