Декрет о создании Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА) на добровольных началах был подписан Лениным 28 января 1918 года. До формирования регулярных частей прошло почти четыре месяца. Между тем, начиная с 1922 г., день рождения Красной Армии отмечается 23 февраля.

История возникновения этого праздника заслуживает того, чтобы на ней остановиться. Долгое время в ходу была официальная версия, согласно которой в этот день молодые красные формирования получили боевое крещение: они остановили наступающие германские войска под Нарвой и Псковом. В середине шестидесятых годов это было опровергнуто в печати (статья С. Найды). С тех пор 23 февраля отмечается как день всенародного подъема для отпора врагу. Таким образом, вернулись к толкованию, существовавшему до 1938 года.

Перечислим кратко события того далекого периода. 10 февраля 1918 произошел срыв советско-германских переговоров в Брест-Литовске. В этот день Лев Троцкий заявил на них, что советское правительство не будет подписывать с немцами мир, однако не станет и продолжать войны – и распустит свою армию. Российскому населению большевики объясняли: узнав, что мы окончательно прекратили боевые действия, немецкий пролетариат заставит своё правительство тоже прекратить их – так и будет остановлена мировая бойня.

Однако ничего подобного не произошло. 18 февраля германские войска двинулись в наступление. Сил у немцев было мало, их главные войска находились на западном фронте, во Франции. Однако остатки частей русской армии, которые были разложены большевиками в предшествующие месяцы их пропаганды против Временного правительства, а теперь ещё и узнали о том, что в Бресте их обещали «распустить» совсем, откатывались на восток, не принимая боя.

Обстановку тех дней наглядно живописует писатель Александр Покровский:

 

…Началось наступление германских войск по всей линии совершенно разваленного настоящими ленинцами Восточного фронта.

Двинск был захвачен 18 февраля, Минск – 20-го, Полоцк – 21-го, Режица – 22-го.

Стремительно. Противник продвигался вглубь нашей территории, в основном… на поездах, а кое-где и на мотоциклах. Никакого сопротивления.

Гениальный ход германского генштаба – сесть в товарняк из шестнадцати вагонов, поместить в него полроты солдат, шестнадцать пулеметов, пару пушек и эскадрон кавалерии, после чего отправиться на захват городов. Всех.

Причем, заметьте, в этом деле участвовали только добровольцы.

К примеру, Двинск захватили примерно полсотни бойцов.

А что же делали в этот момент большевики? То же, что и всегда, призвав население к героическому сопротивлению – ни шагу назад – они стали готовиться к бегству.

19 марта в Минске на станцию с самого утра свозили оружие и продовольствие.

К 18.00 прибыл грузовик с ящиками и мешками – там содержалось то, что большевики вывозили в первую очередь – деньги, тринадцать миллионов рублей, – все, что смогли собрать в городе.

В десяти вагонах этого прекрасного эшелона разместилось самое дорогое – сердце революции.

На этот раз сердце состояло из местных начальников с охраной и штабом, возглавляемым комиссаром области Мясниковым (девичья фамилия Мясникян).

Когда-то он был помощником присяжного поверенного, а потом станет первым секретарем Закавказского крайкома РКП(б).

Но железнодорожный пролетариат Минска был устроен не так просто, чтоб сразу же присоединить им паровоз.

Рабочие потребовали свою долю – жалование за последние месяцы, и выторговали себе 450 тысяч рублей.

Но, получив деньги, не захотели выпускать из города некоторых комиссаров, которых заподозрили в крупных хищениях.

Только пулеметы на крышах вагонов убедили рабочих, и они дали им паровоз.

Утром 20-го большевики убыли в Смоленск, а в это время к Минску уже подходила вражеская кавалерия, все мы помним каким количеством.

После Минска немецкие войска за 20 часов смогли одолеть 117 верст, двигаясь в сторону Москвы. Ночью 19 февраля Ленин с Троцким уже слали телеграммы в Берлин о том, что согласны на мир на любых условиях, на ЛЮБЫХ УСЛОВИЯХ.

Но германское командование не спешило. Кто ж откажется от такой войны?

20 февраля Совнарком призвал все местные советы и войсковые организации приложить максимум усилий к воссозданию армии – о, как! 20-го!

И при этом Советы не отдали приказ об отмене демобилизации [той же армии], нет, напротив, они продолжали лихорадочно расформировывать то, что еще осталось.

21 февраля в Выборгском районе Петрограда открылся первый пункт по вербовке добровольцев в Красную армию.

Тогда же был учрежден чрезвычайный штаб Петроградского военного округа во главе с управляющим делами Совнаркома Бонч-Бруевичем, а Ленин к этому времени уже написал свое несравненное «Социалистическое отечество в опасности!». [«Всем Советам и революционным организациям вменяется в обязанность защищать каждую позицию до последней капли крови… В… батальоны должны быть включены все работоспособные члены буржуазного класса, мужчины и женщины, под надзором красногвардейцев; сопротивляющихся – расстреливать… Неприятельские агенты, спекулянты, громилы, хулиганы, контрреволюционные агитаторы, германские шпионы расстреливаются на месте преступления».]

Столицу объявили на осадном положении, ввели военную цензуру – очень своевременный ход – и, главное, распорядились о расстреле всякой «контры» на месте.

[Большевицкий «главнокомандующий»] прапорщик Крыленко… первым делом занялся «организацией братания» и убеждения немецких солдат в «преступности их наступления».

В это время германские части подходили к Пскову. Именно под Псковом, а потом и под Нарвой, как будет впоследствии учить нас история КПСС, и были одержаны первые победы, в ознаменование которых и был учрежден праздник – День Советской Армии и Военно-Морского Флота.

В Пскове располагался штаб Северного фронта, находились склады военного имущества, боеприпасов, продовольствия.

23 февраля большевики опомнились, объявили Псков на осадном положении…

К вечеру 24 февраля немцы, в количестве почти двести человек, без боя овладели городом.

Ну, и где же они – наши первые победы?

24 февраля немцы с ходу взяли Юрьев и Ревель (то есть, Тарту и Таллин). В 1915 году мощнейшая группировка Гинденбурга не смогла осуществить такой прорыв…

После сообщения о падении Пскова Бонч-Бруевич чуть дар речи не потерял, говорят, что в первые минуты он нес какую-то околесицу – ему сообщили по телеграфу, что немец идет на колыбель революции.

25 февраля он уже требовал разбудить заводскими гудками спящий город и срочно приступить-таки к записи добровольцев в Красную армию.

А газета «Правда» в этот день писала: «Все к оружию! Сливайтесь немедленно в красные социалистические батальоны и идите победить или умереть!».

Что и говорить, «сливаться»-то мы умеем. На вербовочных пунктах Петрограда, не покладая рук, ежедневно (кроме выходных и праздничных дней) с 10-ти и аж до 15 часов (а кое-где и до 16-ти) записывали в Красную армию.

Кандидатам требовалась рекомендация от партийных, солдатских или фабричных комитетов.

Безработица подхлестнула энтузиазм. За патриотизм платили 15 рублей в сутки.

При приеме спрашивали: «Товарищ! Вы знаете нашу платформу?». «Та, чего там, – слышалось в ответ, – пятнадцать рублей!».

Петроград в те дни сидел без хлеба. На карточках. Грабежи, мародерство, расстрел на месте, опять грабежи и опять мародерство.

Ленин кричал во все концы о посылке хлеба, обещая в противном случае «околеть».

А город к тому времени заметно пустел…

Героический товарищ Дыбенко [«народный комиссар по морским делам» ленинского Совнаркома] возглавил балтийских матросов, так здорово расстреливающих мирные демонстрации.

1 марта Дыбенко ворвался в Нарву, где до 3 марта матросы расстреливали окаменевших от страха сограждан и распределяли между собой «добытый в бою» спирт.

Он быстро кончился и Дыбенко, прихватив с собой городские телефонные аппараты, убыл вместе с братвой из города.

Паническое отступление Дыбенко с товарищами продолжалось сутки, а потом, утомившись, нарком по «морде» (по морским делам), бросив все, удалился в Гатчину.

4 марта небольшой немецкий отряд занял Нарву без боя.

Опытный боевой генерал Парский организовал оборону Ямбурга (Кингисепп), но германская армия уже прекратила наступление…

Советское правительство окончательно созрело к переносу столицы в Москву.

Собственно, эти мысли посещали тогдашнее советское руководство, начиная с падения Пскова, с 25 февраля, потому как в Петербурге, из-за непрерывных грабежей и шляющихся по улице одичавших пьяных революционных матросов и солдат, совершенно невозможно было находиться.

С 27 февраля большевики прекратили всякие выплаты населению и организациям Петрограда и закрыли Государственный банк.

8 марта в Москву перебрался наркомат юстиции, 9 марта – ВЧК, прихватившая с собой 2 миллиона рублей, а 10 марта в путь пустился сам вождь мирового пролетариата. Про деньги и золото не забыли – его прихватили с собой.

А что же еще можно сказать о 23 февраля? Чем еще знаменит этот день в истории?

Утром 23 февраля 1918 года [большевики в Петрограде получили новый германский ультиматум]. На ответ отводилось 48 часов.

Советское правительство должно было признать независимость Курляндии, Лифляндии, Эстляндии, Финляндии, Украины и вывести свои войска с их территории, заключить мир с Украиной, передать Турции Анатолийские провинции, демобилизовать армию, разоружить флот в Балтийском и Черном морях и в Ледовитом океане, признать невыгодный для России русско-германский торговый договор 1904 года, предоставить Германии право наибольшего благоприятствования в торговле до 1925 года, разрешить беспошлинный вывоз в Германию руды и иного сырья, прекратить агитацию и пропаганду против держав Четверного союза.

 

Персидские лучники
Персидские лучники

 

В тот же день будущего торжественного праздника, 23 февраля 1918, состоялось «историческое заседание» большевицкого ЦК, где наконец окончательно возобладала точка зрения, высказанная Лениным ещё раньше: принять любые германские условия. 3 марта был подписан позорный Брестский мир. По его условиям от России была отторгнута территория площадью 780 тыс. кв. км. с населением 56 миллионов человек (треть населения Российской империи) и на которой находились (до революции): 27% обрабатываемой сельскохозяйственной земли, 26% всей железнодорожной сети, 33% текстильной промышленности, выплавлялось 73% железа и стали, добывалось 89% каменного угля и изготовлялось 90% сахара; располагались 918 текстильных фабрик, 574 пивоваренных завода, 133 табачных фабрики, 1685 винокуренных заводов, 244 химических предприятия, 615 целлюлозных фабрик, 1073 машиностроительных завода и проживало 40% промышленных рабочих. По финансовому соглашению шайка большевицких самозванцев обязывалась выплатить Германии, в качестве компенсаций ущерба и расходов на содержание российских военнопленных, огромную контрибуцию — 6 млрд марок (2,75 млрд рублей) — в том числе 1,5 млрд золотом (245,5 т чистого золота) и кредитными обязательствами, 1 млрд поставками товаров. Существует мнение, что выводом России из войны и подписанием мирного договора ленинцы выполнили ранее взятые на себя обязательства перед Германией за её поддержку в захвате ими власти в России.

------------------------

В феврале следующего, 1919 года питерские работницы в письме к Ленину предложили отметить «памятную декаду» конца февраля 1918 праздничным днем в честь «зарождения Красной Армии». Ленин согласился, не проявив, впрочем, особого энтузиазма. Ввиду трудного положения праздник назначили на воскресенье, которое в том году приходилось на 23 февраля. Как видим, выбор даты был в достаточной степени случаен.

Праздник не отмечался в 1920 и 21 годах, ему, возможно, еще не придавали особого значения. Но с 1922 он вошел в официальные «святцы». Теперь, после победы в гражданской войне, стихийно зародившийся праздник пришелся как нельзя более кстати.

Так или иначе, День Красной Армии был необходим. Однако выбрать для него любую, самую случайную победу в войне гражданской – междуусобной, внутренней – не позволяла идеология. Красная Армия обязана была родиться в боях с внешним врагом – не с соотечественниками. Исходя из той же идеологической установки, главным врагом объявили Антанту, а Колчака, Деникина, Юденича, Врангеля – ее агентами, ставленниками. В дальнейшем сталинская историография довела этот тезис до логической стройности: вся гражданская война превратилась в отражение чужеземной агрессии в виде трех походов Антанты. Война, таким образом, лишилась характера гражданской, становилась оборонительной, но от привычного словосочетания не отказались, возможно, по недосмотру. Так и утвердилось 23 февраля, потому что на заре советской власти другого эпизода, связанного с наступлением захватчиков, не было.

Потом повод для праздника усовершенствовали. В 1938 появилась формулировка об отпоре немецким захватчикам под Псковом и Нарвой, в 1942 Сталин заявил о «разгроме отборных немецких корпусов и дивизий».

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.