Рассмотрим вопрос о причинах Северной войны (см. статьи Северная война – таблица и Северная война – кратко). Для развития промышленных и умственных сил своего народа русский царь Петр I желал открыть европейской образованности ближайший путь в Россию посредством Балтийского моря и, тем сблизив свое государство с просвещенным Западом, включить его в систему держав европейских. Но это море, так необходимое для Петра, было недоступно: шведы, присвоив господство над древними владениями Ливонского ордена (Лифляндией и Эстляндией) и над русскими землями, прилегавшими к Финскому заливу, Ингрией и Карелией, отрезали Россию от вод прибалтийских. Царю оставалось одно средство проложить дорогу к Балтийскому морю – оружием.

 

Внешняя политика Петра I. Северная война

 

Вот главная, истинная причина упорной борьбы его со шведским королём Карлом XII. Не оскорбительные поступки рижского губернатора, вскоре преданные забвению, даже не права прежних московских государей на Ингрию, уступленные Швеции договорами Столбовским и Кардисским, вооружали Петра против Карла: он требовал того, что было необходимо для России, без чего она не могла достигнуть высокой, указанной им цели. Швеция не уступала: война была неизбежна. Впрочем, есть повод думать, что Петр надолго отсрочил бы ее, если бы важное обстоятельство не побудило его ускорить разрыв. То был союз против Швеции, заключенный королем датским Фридрихом IV с польским королем Августом II. Оба они вооружились по своим причинам.

Фридрих IV, потомок старшей отрасли Ольденбургского дома, господствовавшей в Дании, наследовал родовую вражду к герцогу Голштейн-Готторпскому, потомку младшей отрасли того же дома. Начало распрей между тою и другою линией положено в середине XVI века, когда Фридрих I разделил соединенную дотоле Данию с Голштинией и Шлезвигом между сыновьями, поручив одному наследственную власть в королевстве датском, другому в герцогстве Голштинском, с тем, чтобы обе части составляли одно государство, и чтобы в то же время владетели той и другой, король и герцог, имели все права самостоятельные. Столь неопределенные отношения порождали бесконечные споры, которые неоднократно обнаруживались кровопролитною войною. Король старался подчинить себе герцога; герцог отстаивал свои права и обыкновенно поддерживал себя союзом со Швецией, постоянной соперницей Дании. В конце XVII века герцог построил в своих владениях крепости, но так как они были срыты по приказанию короля, то он удалился в Швецию и просил защиты у Карла XII. Карл, воспитанный вместе с ним и незадолго пред тем отдавший ему руку сестры своей, вступился за него. Король датский, готовясь к войне, спешил укрепить союз, заключенный еще отцом его (Христианом V) с Августом II, чтобы тем легче смирить герцога и дать отпор шведам.

Август II, курфюрст Саксонский, избранный в польские короли при содействии Петра I, встретил в Польше неприязненную партию, желавшую видеть на престоле французского принца Конти. Для обуздания своих недоброжелателей, еще более для присвоения своему дому наследственной, неограниченной власти над Польшею он хотел окружить себя саксонским войском. Но так как, по законам Речи Посполитой, иноземное войско допускалось в пределы ее только в случае внешней войны, то Август искал предлога к разрыву с кем-либо из соседей и, ссылаясь на данное при воцарении обязательство возвратить отторгнутые от Польши земли, решился воевать со Швецией, отнявшей у поляков Лифляндию. Эта война казалась ему тем удобнее и выгоднее, что в Лифляндии в то время господствовало всеобщее неудовольствие на шведское правительство.

При Карле учреждена была комиссия для разбора поземельных прав лифляндского дворянства, которое, пользуясь благосклонностью прежних королей и неясностью законов, приобрело богатые поместья и тем лишило казну значительных доходов. Комиссия, не обратив внимания на давность владения, определила, чтобы дворянство довольствовалось только теми землями, которыми исстари владело, и чтобы все, принадлежавшее когда-либо орденскому капитулу, гермейстеру, архиепископу и епископам, возвращено было казне.

Такое распоряжение произвело в Лифляндии всеобщий ропот. Дворянство отправило к королю четырех депутатов с жалобой: они раздражали Карла излишней смелостью, и, преданные суду как мятежники, были приговорены к смертной казни. Из числа их один, Рейнгольд Паткуль, спасся бегством, поступил на службу Августа II и, уверив его в легком завоевании Лифляндии, убедил поспешить с войной. Воспламененный местью к шведскому правительству, он столь же усердно подстрекал датского короля и вскоре стал душой тайного союза, заключенного в 1698 году между Фридрихом IV и Августом II против Швеции.

Для вернейшего успеха союзники старались склонить на свою сторону и российского государя, зная, что царь очень желал приобрести хотя бы один приморский пункт при Финском заливе. При личном свидании с Августом в местечке Раве, на пути великого посольства из Вены в Москву, Петр обнаружил намерение объявить Карлу XII разрыв и, по возвращении в столицу, заключил с саксонским министром договор, которым обязался начать войну со Швецией немедленно по примирении с Оттоманской Портой (Турцией), о чем посланник его Возницын вел переговоры в Карловиче. Но так как здесь заключено было перемирие только на два года, то Петр отправил в Константинополь думного дьяка Украинцева для условия о прочном мире, чтобы обратить все свои силы на запад.

Северная война (начало). Карта

Северная война (начало). Карта

 

Украинцев успешно исполнил поручение государя, заключив с Портой мир на 30 лет, с тем, чтобы Азов с его округом остался за Россией и чтобы взятые русскими войсками турецкие крепости были срыты. На другой день после обнародования мира с Турцией Петр объявил разрыв Швеции и двинул свою армию к Нарве, между тем как Август уже осадил Ригу, а Фридрих вступил в Голштинию.

Так началась 21-летняя война, известная под именем великой войны Северной, ознаменованная блестящими победами, высокими талантами главных ратоборцев, еще более достопамятная своими следствиями: она изнурила как Швецию, так и Польшу до изнеможения и возвеличила Россию, включив ее в систему держав европейских.

 

По материалам работ выдающегося дореволюционного историка Н. Г. Устрялова.