Поход Василия Уса к Воронежу и Туле в 1666

Донской казак времен восстания Василия Уса

Донской казак времён восстания Василия Уса в полном вооружении

Известный казацкий атаман эпохи восстания Разина. Василий Ус поднял мятеж против московского правительства раньше самого Стеньки. Весной 1666 из-за неурожаев в некоторых уездах на Дону начался голод. Казаки, жившие по Хопру и Иловле, выбрали Уса атаманом. В мае 1666 Василий Ус с отрядом из 700–800 вооружённых казаков пошёл на север, якобы с целью «просить назначения на царскую службу». 10 июня 1666 ватага Уса подошла к Воронежу. Тамошний воевода Василий Уваров, подозревая людей Уса в бунтовских намерениях, преградил им дальнейший путь на север. Василий Ус на переговорах с воеводой притворно-смиренно просил пропустить к царю в Москву депутацию из 6 своих людей. Прибыв в столицу, та 22 июня подала Алексею Михайловичу челобитье с просьбой послать казаков на войну с поляками и выдать жалованье. Однако русско-польская война 1654–1667 уже оканчивалась, и пополнения в армии более не требовались. Правительство предписало отряду Василия Уса немедленно вернуться на Дон и по пути не сманивать за собой служилых людей.

Но ещё до возвращения депутации из Москвы Василий Ус и его люди 26 июня пошли от Воронежа дальше на север. По дороге к ним примкнули солдаты и драгуны Белгородского полка и немало беглых крестьян. Ус вступил в Скопинский уезд, где население волновалось вследствие недавнего повышения податей, предпринятого по необходимости расходов на войну с поляками. Здесь к отряду Василия Уса присоединилось много крестьян из деревни Горловой и села Хворощево. Бунтовское движение стало быстро разрастаться, охватив не только Скопинский, но и соседние с Тулой уезды: Дедиловский, Крапивенский, Каширский, Серпуховской, Соловской. Ус разбил лагерь в восьми верстах от Тулы, на Упской гати.

Сюда и приехала ранее посланная казаками в Москву депутация с царским распоряжением Василию Усу идти обратно на Дон. Часть отряда считала нужным исполнить волю правительства, но Ус настаивал на том, чтобы не смиряться. Он добился решения о посылке в столицу новых делегатов во главе с ним самим. Под влиянием Уса на казацком круге была составлена ещё одна челобитная, где царя просили «взять на службу» уже не одних вышедших с Дона казаков, а и всех соединившихся с ними беглых крестьян и солдат – и выдавать им всем регулярное жалование. Число людей в лагере Василия Уса постоянно росло благодаря постоянному притоку местного бунтовского элемента. Ус рассылал повсюду агентов, распространявших слухи, что всем пришедшим к нему будет выдаваться  10 рублей деньгами (огромная по тогдашней цене рубля сумма!), оружие и конь. В середине июля войско Уса насчитывало 1500 человек, а к концу месяца – уже восемь тысяч. Казалось, что начинают повторяться события Смутного времени и восстания Болотникова.

Большое скопище казаков и беглых надо было кормить, и люди Василия Уса стали грабить соседние уезды. Особенно страдали усадьбы бояр и помещиков. Некий Игнатий Жариков, по прозвищу Заворуй, беглый крестьянин князя И. Голицына явился с казаками к своему бывшему хозяину, собрал односельчан и стал рассказывать им о привольной жизни в лагере Уса, где нет никаких бар. Крестьяне пограбили усадьбу Голицына, забрали 10 свиней, 20 баранов, много лошадей, холсты для одежды, хлеб, кур и сыры. Грабители ушли к Василию Усу, пообещав княжескому приказчику вскоре вернуться и «вотчину разорить без остатку». Подобные случаи стали быстро множиться.

Грабежи воров Уса сопровождались и убийствами. Мелкие дворяне в панике побежали из Венева, Дедилова, с реки Соловы, спасаясь с женами и детьми в тульский кремль. А их холопы и крестьяне шли к Василию Усу на Упу. В восьми верстах от Тулы собралось большое вооружённое войско. Тульский воевода Ивашкин пытался завязать переговоры с Усом и приглашал его выборных в Тулу, однако воровской атаман от сношений с властями отказался.

Тульские и каширские дворяне слали Ивашкину множество жалоб о том, что казаки разоряют их села и деревни «всяким разорением, животину отымают и насильство всякое чинят, и похваляютца на них всяким дурном и над домами их разореньем... и крестьян подговаривают». Ранее клявшийся в желании положить за царя живот на войне Васька Ус теперь без пощады грабил деревни и тех помещиков, которые тогда сами бились на театре польской войны.

На усмирение крестьян и казаков Василия Уса московское правительство двинуло «выборный» (особый) полк Матвея Кравкова, хорошо вооружённый, насчитывавший 1200 прекрасно обученных солдат. Кракову должен был содействовать и отряд подполковника Жданова в 800 человек. Главным руководителем дела был назначен князь Ю. Н. Барятинский, отличившийся на польской войне. В 1665 он вместе с князем Урусовым возглавлял царские рати, действовавшие в Литве. Это был тот самый Барятинский, который сыграл потом одну из главных ролей в подавлении восстания Разина.

Воеводам поручили по приезде в Тулу, призвать к себе из Упского лагеря 10 человек из «начальных людей», раздать жалование 700 казакам по полтине на человека, но потребовать от них выдать беглых и вернуться на Дон. Просьбу принять на службу Алексей Михайлович вновь отклонил, повторив казакам, что «в полках вам без нужды быть негде». Барятинский кроме того должен был сообщить Василию Усу, что его донцам в Воронеже выдадут «корм» (хлеб, муку, сухари) и дадут суда для плавания по Дону. 700 казаков Уса могли свободно идти на Дон, однако царь настаивал на выдаче остальных мятежников, которые «збежали из полков же и из городов, и боярских холопей и крестьян». Вину за поход Уса правительство возлагало на недавних беглецов в Донскую область из Центральной России, которые «пришли ныне з Дону без ево, великого государя, указу, самовольством, и свою братью, беглых служилых людей и холопий, и слуг боярских, и жон их и детей, к себе ныне позывали, и с ними уездных людей разоряли, и грабили, и всякое насильство чинили».

Царь предписывал вернуть всех беглых «кто откуда сбежал», а также казнить тех, кто, грабя дворянские усадьбы, убивал своих хозяев. Воеводам поручалось сопровождать донцов Василия Уса до Воронежа и по дороге туда останавливаться вдали от населенных мест. Воеводам городов от Тулы до Воронежа (Ефремова, Ельца, Каширы, Крапивны, Дедилова) приказывалось срочно собрать в Туле дворянское ополчение для возможных действий вместе с Барятинским, Кравковым и Ждановым против Упского лагеря Василия Уса.

Солдаты Кравкова прибыли в Серпухов. 22 июля сюда подошел и отряд Жданова. В Тулу в конце июля стали прибывать отряды окрестных помещиков. Барятинский попытался вступить в переговоры с казаками. В лагерь на реку Упу к Василию Усу прибыл от него прапорщик Александр Домановский, пригласивший 20 выборных казаков в Тулу. Однако люди Уса вновь уклонились от переговоров, дав лишь туманный посул прислать в Тулу делегатов. Они потом туда так и не прибыли.

Уже около Серпухова в царские войска стали проникать агенты Василия Уса. Некий дворянин Емельян Нарышкин звал солдат в казачий стан, заманивая их теми же обманными обещаниями дать лошадей, сабли, седла и по 10 рублей на человека. Вскоре агитация за присоединение к казакам Васьки Уса громко и открыто пошла на серпуховском торгу. Агенты Уса кричали там: «И вам, малым людям, делать нечево, побьем вас всех. Казачье войско велико!..»

14 июля 1666 сам Василий Ус с 12 казаками приехал в Москву, чтобы подать царю челобитную, составленную в Упском лагере. Главная цель его визита состояла в том, чтобы ввести власти в заблуждение, удержать их на время от решительных действий и выведать обстановку в столице на предмет возможности расширить начатый бунт. В челобитной царю казаки писали, что двинулись с Дона к Москве якобы по бедности. Они просили царя выдать им «жалование» и обманно уверяли, что никаких насилий и грабежей нигде по пути не чинили и беглых к себе не принимали. Пока Василий Ус вёл переговоры в Разрядном приказе, приехавшие с ним в Москву станичники рассказывали московским дворовым людям о вольной жизни в их стане и сманивали на побеги в лагерь под Тулой. Часть столичной черни действительно устремилась туда. Многие шли и с оружием – к примеру, у одной группы беглецов, поехавшей в упское становище Уса на трёх лошадях, задержавшие её московские сыщики нашли 2 бердыша, карабин и саблю. Число беглых дворовых стало расти так быстро, что правительство учредило на дорогах заставы для их поимки.

Василию Усу в Москве предложили ехать на переговоры с Барятинским. Чтобы облегчить примирение с казаками, власти послали вместе с Усом сына боярского Ярышкина. 24 июля 1666 казаки Уса покинули столицу, но во время ночёвки в селе Липицы близ Серпухова они ускакали от Ярышкина и на следующий день явились в Упский лагерь. Там Василий Ус стал возбуждать толпу своих приверженцев, уверяя, что царь не хочет с ними мириться и намерен действовать против них только силой. Стан перешёл на приток Упы, Уперту. На новом месте вооружённые казаки, ожидая близкой схватки с царскими войсками, стали гнать от себя всех бесполезных им теперь безоружных крестьян, не заботясь об их дальнейшей судьбе.

В Тулу на разведку был послан отряд из 15 человек во главе с местным уроженцем Чашкиным, который имел в городе многие связи. Вернувшись, Чашкин сообщил, что в Туле собрано много царских войск. Узнав об этом, Василий Ус, некоторое время помышлявший о походе на Москву, решил возвращаться со своими казаками на Дон, через Ефремов и Елец, но минуя Воронеж и другие крупные города. От Барятинского к казакам прибыл капитан Шатилов, но Ус отказался от сношений с ним, грозя убить.

Разделившись на три части, казаки Уса устремились на юг. Отряд каширских дворян, посланный вдогонку, не смог настичь их. Разорив часть уездов Центральной России, Василий Ус вернулся на родину – так и завершился его известный «поход» 1666 с Дона на север, который свёлся, в сущности, к одним грабежам. Эти грабежи, однако, создали ему в среде буйной донской вольницы большую славу.

 

Василий Ус в восстании Разина

В начале похода Разина с Дона на Волгу 1670 года Василий Ус присоединился к Стеньке со своей ватагой. Где находился Ус в первые годы разинского бунта, неизвестно, но после поступления в войско Разина он сразу стал одним из ближайших его сподвижников – по-видимому, даже вторым по значению вождём мятежа. Васька Ус деятельно участвовал в разинской осаде Царицына. Когда Стенька с главной частью своего войска двинулся вверх по Волге к Симбирску, Василий Ус был оставлен им атаманствовать в занятой казаками Астрахани. Его товарищами здесь были Федька Шелудяк и Иван Терской.

 

Василий Ус во главе казацкой Астрахани (1670–1671)

После разгрома основных сил Разина на средней Волге и бегства Стеньки на Дон Астрахань ещё долго оставалась в руках Василия Уса и Федора Шелудяка. Ушедшего на Дон Ивана Терского заменил Иван Красулин. По отбытии в поход Разина, Василий Ус занялся очисткой Астрахани от «врагов», то есть розыском и избиением людей, заподозренных в приверженности к правительству. Но в Астрахани оставалась еще власть духовная, которая твердо держала государственное знамя. Беспомощный старец, астраханский митрополит Иосиф, окруженный со всех сторон изменою, угрожаемый от Уса насильственною смертью, стоял на высоте своего призвания. Невинные люди, осужденные на казнь, не раз искали убежища в митрополичьих палатах. Мятежники врывались в эти палаты, кричали на митрополита, грозили убить его, однако, пока не решались на это. Иосифу было сонное видение: представилась ему палата вельми чудная и украшенная; сидят в ней трое убиенных мятежниками князей Прозоровских; на их головах сияли золотые венцы и пили они сладкое питье паче меда; но ему, митрополиту, не дали пить и сказали: «Он еще к нам не поспел».

Когда после разгрома Разина под Симбирском в Астрахань пришла царская грамота с увещанием к мятежникам Уса принести повинную. Иосиф велел звонить в большой колокол и созывать народ в соборную церковь слушать там царскую грамоту. Ваське Усу донесли, будто митрополит сочиняет подложные грамоты. Соборный ключарь, по приказу митрополита, прочел с амвона грамоту в присутствии владыки. Тут бросились к нему казаки Уса и вырвали грамоту. «Еретики! Изменники!» – обрушился на них Иосиф. Те осыпали старца бранными словами. «На раскат его! В воду!» – кричали они. Но на сей раз эти угрозы не были приведены в исполнение.

Миновала зима. В апреле 1671 пришла весть, что Кагальницкий городок разорен самими донцами, а Разин схвачен и отправлен в Москву. Митрополит узнал, что за Волгою стоят татары, которые привезли из Москвы новую царскую грамоту. Иосиф стал говорить казакам Уса, чтобы они сами отправились за этой грамотою, чтобы потом не обвинять, что он подложно сочинил её. «Великий государь милостив и вины вам отдаст», – прибавлял он. Василий Ус с есаулом Топорком стали с ним перебраниваться. Иосиф назвал дерзкого есаула окаянным еретиком и замахнулся на него посохом.

На следующий день, в Страстную субботу, привезли грамоты в собор и начали их читать. Казаки Василия Уса не захотели слушать, вышли из собора и составили круг. Митрополит пошел за ними и велел читать грамоты в кругу. Казаки снова начали кричать, что грамоты сочинил сам митрополит со своими попами. «Вся смута от митрополита, – шумели казаки. – Он переписывается и с московскими боярами. По его письмам Терек и Дон от нас отложились. Ох, тужит по нем раскат!». Старец, обратясь к астраханцам, увещевал их исполнить государеву волю: схватить донских воров и посадить в тюрьму до указу, а самим принести свои вины. Такое требование привело Василия Уса и казаков в бешенство. Они готовы были броситься на старца; но уважение к нему народа пока сдержало их порыв.

 

Поход Федора Шелудяка вверх по Волге и убийство казаками Уса митрополита Иосифа

Когда прошла Святая неделя, казаки принялись допрашивать соборного ключаря и некоторых митрополичьих дворян, с пытками добиваясь признания, что грамоты подложные. Ключаря казнили. Остаток уважения к великому духовному сану мешал наложить руку на самого митрополита. Василий Ус сделал попытку возобновить бунт в среднем Поволжье и отправил туда войско под начальством Федора Шелудяка. Остановившись в Царицыне, Шелудяк отовсюду получал неблагоприятные для воров известия об усмирении мятежа. И на астраханцев трудно было полагаться, пока здесь сохранялась церковная власть в лице митрополита, который неустанно убеждал свою паству отложиться от воров. Шелудяк собрал круг, на котором решено было убить митрополита и воеводу Семена Львова, все еще остававшегося в живых. С этим решением он послал к Василию Усу, прибавив, что по письмам Иосифа и Львова не только отложились Терек и Дон, но и произошла самая поимка Разина.

Утром 11 мая 1671 казаки Уса позвали Иосифа в свой круг. Старец облачился в святительские ризы и с крестом в руке, в сопровождении священников, при звоне большого колокола отправился. Василий Ус объявил присланное Шелудяком обвинение на митрополита в переписке с Доном и Тереком. Иосиф ответил, что с ними не переписывался. «А хотя бы и переписывался, – заметил он, – то ведь это не с Крымом и не с Литвою». Затем он снова начал увещевать казаков и Василия Уса отстать от воровства и принести повинную. Круг зашумел. Некоторые хотели сорвать с владыки облачение. Некий казак Мирон попытался заслонить собою митрополита, говоря: «что это, братцы, хотите руку поднять на такой великий сан!» Но казак Алешка Грузинов бросился на Мирона и с помощью других вытащил из круга, тут его изрубили. Однако, мятежники после его слов не решились сами разоблачать владыку, а велели это сделать священникам. Иосиф сам снял с себя митру, сказав: «Уже пришел час мой».

По приказу Василия Уса владыку подвергли жестокой огненной пытке, допрашивая о переписке. Не получив ответа, стали спрашивать, сколько у него казны. «Всего полтораста рублей», – проговорил страдалец. Обожженного, изувеченного старца повели к раскату на казнь. Проходя мимо убитого Мирона, он осенил его крестным знамением. Алешка Грузинов и его товарищи взвели старца на раскат, посадили на край и стали толкать. Митрополит ухватился за Алешку и едва не увлек его с собою. Когда раздался стук упавшего на землю тела, и воры увидали предсмертные судороги владыки, на них напал ужас, и несколько минут они стояли в молчании. Очнувшись, они привели в круг Семена Львова, подвергли его пытке и отрубили ему голову.

На следующий день Василий Ус и другие атаманы на кругу составили запись, на которой казаки и посадские люди обязывались дружно стоять против изменников-бояр. Священники неволею подписались под этим приговором за себя и за своих духовных детей. Но это не могло рассеять тяжелого впечатления от мученической кончины митрополита. Тело его священники перенесли в собор и пока похоронили в приделе.

 

Смерть Василия Уса и взятие Астрахани ратью Ивана Милославского

Поход посланного Василием Усом Шелудяка вверх по Волге сначала имел некоторый успех. К нему пристали не только жители Царицына, но также саратовцы и самарцы, и он в главе большого полчища в июне дошел до Симбирска. В Симбирске воевода Петр Шереметев отбил приступы мятежников; но после принял от них грамоту, что они воюют против изменников-бояр, из которых главные – Юрий Долгорукий и Богдан Хитрово. Мало того, Шереметев вошел с атаманами в переписку о принесении повинной и о посылке за царским указом. За это он подвергся царскому выговору. Меж тем казацкое полчище отступило к Самаре и большею частью рассеялось. Шелудяк ушел в Астрахань, где принял главное начальство: Василий Ус вскоре после убийства митрополита Иосифа и сам умер, как говорят, заживо съеденный червями.

В конце августа, под Астрахань приплыла царская рать боярина Ивана Милославского, отличившемуся обороною Симбирска от Разина. Он послал мятежникам увещания о сдаче с обещанием помилования. Но казаки и астраханцы приготовились к отчаянной обороне. Приведший кним на помощь с Дону остатки ватаг Разина, атаман Алешка Каторжный укрепился на нагорной стороне Волги и отсюда препятствовал сообщениям Милославского с верховыми воеводами. Тогда последний тоже велел возвести земляной городок на нагорном берегу. 12 сентября на него напали соединенные шайки Шелудяка и Каторжного, но были отбиты. После того воры ограничились обороною Астрахани. Она продолжалась три месяца. Милославский старался склонить жителей к покорности убеждениями и ласковым обхождением с перебежчиками. На помощь ему явился черкесский князь Каспулат Муцалович, вассал Московского государя. К Астрахани прекратился подвоз съестных припасов, и осажденным грозил голод. В городе началось разъединение: умеренные стали склоняться к сдаче, хотя непримиримое казачество свирепствовало и стращало коренных жителей. Видя неминучую беду, Шелудяк вошел в сношения с князем Каспулатом; но тот выманил его из города и схватил. Василия Уса уже не было в живых. Астраханцы, оставшись без предводителя, 26 ноября сдались.

Милославский при звоне колоколов, вступил в город и обошелся с побежденными очень мягко, никого не казнил и не преследовал. Даже Шелудяк свободно проживал на его дворе; Алешка Грузинов был отпущен из города, Иван Красулин тоже оставлен на свободе. Впрочем, воевода действовал небескорыстно и собрал с мятежников обильную дань из награбленных ими богатств. В Москве были не совсем довольны таким образом действия, но благоразумно выждали время, пока Астраханский край успокоится. А следующим летом сюда был прислан князь Яков Одоевский судить главных мятежников. Шелудяк, Красулин и Грузинов были повешены, менее значительные бунтовщики разосланы по другим волжским городам. Владыка Парфений, назначенный митрополитом в Астрахань, устроил торжественное погребение убиенному Иосифу. Распространились слухи о разных знамениях, являвшихся месте его совершённого по приказу Василия Уса убийства.

 

Итоги восстаний Василия Уса и Разина

Успокоением Астраханского края окончилась смута, поднятая Степаном Разиным во главе голутвенного казачества против московских государственных порядков. Она приняла большие размеры потому, что нашла себе обильную пищу среди закрепощенного крестьянства, утесненного поборами посадского люда и угнетенного тяжелою службою стрелецкого войска, т.е. среди тех низших обездоленных слоев, из которых наиболее смелая и свободолюбивая часть и уходила именно в это казачество. В этой борьбе государства со своими противниками много было потрачено энергии и свирепости с той и другой стороны; но в итоге смута Разина обнаружила только крепость московского государства и окончательно утвердила его самодержавный строй, вместе с помещичьим крестьяновладельческим служилым сословием. Эта победа государства была также и дальнейшим его шагом в деле централизации, в более тесном подчинении окраин и вообще областей центральному московскому правительству.



© Авторское право на данную статью «Василий Ус» принадлежит владельцу сайта «Русская историческая библиотека». Её электронное и бумажное копирование без согласия правообладателя запрещено!

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.