Биография протопопа Аввакума

 

Протопоп Аввакум

Протопоп Аввакум. Старообрядческая икона

Аввакум, протопоп города Юрьевца-Поволожского – один из главных вождей русского старообрядчества XVII века. Аввакум родился до 1610 г. Происходя из бедной семьи, отличаясь большой начитанностью и строгим, но жизнерадостным нравом, он приобрел известность довольно рано как ревнитель православия, занимавшийся изгнанием бесов. Строгий к самому себе, он беспощадно преследовал всякое беззаконие и отступление от церковных правил, и по этой причине около 1651 должен был бежать от возмутившейся паствы в Москву. Здесь Аввакум, слывший ученым и лично известный царю, участвовал при патриархе Иосифе (ум. 1652) в "книжном исправлении". Но Никон, ставший патриархом после Иосифа, заменил прежних русских справщиков людьми, приглашёнными с Украины, отчасти и из Греции. Они повели исправление русских церковных книг в ненациональном духе, ввели те "новшества" в богослужебных текстах и обрядах, которые и послужили причиной раскола. Аввакум занял одно из первых мест среди ревнителей старины и был одной из первых жертв преследования противников никониаанства. Уже в сентябре 1653 г. его бросили в тюрьму и стали увещевать, но безуспешно. Тогда Аввакума сослали в Тобольск, а затем, по царскому указу, за брань на Никона удалили ещё дальше – на Лену. Отсюда протопоп Аввакум был послан в далекую Даурию священником при отряде ратных людей, которых повел туда енисейский воевода Пашков, чтобы поставить там новые остроги. Пашков основал остроги Нерчинский, Иркутский, Албазинский и начальствовал в том краю около пяти лет. За эти годы Аввакум перенес много мучений от этого жестокого воеводы, который нередко держал его в тюрьме, морил голодом, бил, угнетал работами. Необузданный на язык протопоп своими обличениями часто навлекал на себя воеводскую злобу.

Любопытные подробности дает рассказ Аввакума о жизни русских в этой неприютной стране, об их столкновениях с туземцами. Однажды Пашков вздумал послать своего сына Еремея в соседние Мунгальские владения для грабежа, и дал ему 72 казака да 20 человек инородцев. Перед началом похода суеверный воевода, вместо обращения к православному священнику Аввакуму за молитвой, заставил языческого шамана гадать, будет ли поход успешен. Шаман взял барана и начал при его жалобном мычании вертеть ему голову, пока не оторвал совсем. Потом принялся прыгать, плясать и кричать, призывая бесов, и, выбившись из сил, упал на землю; изо рта пошла пена. Шаман объявил, что люди воротятся назад с великою добычею. Аввакум сильно вознегодовал на веру в варварское гадание и молил Бога, чтобы ни один человек не воротился назад. В своей автобиографии протопоп любит сильно прихвастнуть, нередко повествует о бывших ему явлениях святых, Богородицы и самого Спасителя, о чудодейственной силе своей молитвы. Она оправдала себя и на этот раз. Выступление в поход сопровождалось зловещими признаками: лошади заржали, коровы взревели, овцы и козы заблеяли, собаки завыли. Только один Еремей, иногда заступавшийся за протопопа Аввакума перед отцом, просил молиться о нем, что тот и исполнил с усердием. Люди долго не возвращались. Так как Аввакум не только не таил своего желания гибели отряда, но громко его высказывал, Пашков озлился и решил его пытать. Уже был разложен огонь. Зная, что после того огня люди недолго живут, протопоп прощался с семьёй. Уже шли за Аввакумом палачи, как вдруг едет Еремей, раненый и возвратившийся только сам-друг; он вернул назад палачей. Еремей рассказал, что мунгальские люди побили весь отряд, но один туземец спас его, уведя в пустынное место, где они целую неделю блуждали по горам и лесам, не зная дороги, и как ему, наконец, во сне явился человек в образе протопопа Аввакума, и указал путь. Пашков уверился, что по молитве протопопа был спасен его сын Еремей, и на сей раз не тронул Аввакума. Вообще, судя по всему, протопоп Аввакум был человек не только неукротимого духа, но и железного здоровья, легко переносивший телесные страдания.

В 1660 году на смену Пашкову был послан воеводою Толбузин. Аввакуму было разрешено воротиться в Москву, где о нем не забыли его усердные почитатели. К тому же Алексей Михайлович и боярская партия, первоначально поддержавшая реформы Никона, теперь вступила в резкую ссору с властолюбивым патриархом, который открыто стремился поставить свой авторитет выше царского. В борьбе против Никона царь и бояре на время решили воспользоваться вождями старообрядчества.

Аввакуму пришлось плыть по сибирским рекам один с семьей и несколькими убогими людьми в лодке, терпя нужду и опасности от туземцев. Два раза по пути протопоп зимовал: в Енисейске и Тобольске. Приближаясь к коренной России, Аввакум видел, что богослужение совершается по исправленным книгам и обрядам. В нём разгорелась ревность к обличению «никонианской ереси»; но жена и дети связывали его, и он запечалился. Но супруга протопопа, выведав от него причину печали, сама благословила его на подвиг, и Аввакум стал дерзостно проповедовать везде излюбленные двуперстие, сугубую аллилуйю, осьмиконечный крест на просфорах. Только в 1663 добрался он до Москвы. «Яко ангела Божия прияша мя государь и бояре, все мене рады, – пишет Аввакум в «Житии» (им самим написанной автобиографии). – К Федору Ртищеву зашел, он благословился у меня… три дня и три ночи домой меня не отпускал… Государь меня тотчас к руке поставить велел и слова милостивые говорил: «Здорово ли-де, протопоп, живешь? Еще-де видатца Бог велел!» И я… говорю: «Жив Господь, жива душа моя, царь-государь, а впредь – что изволит Бог!» Он же, миленький, вздохнул, да и пошел, куда надобе ему. И иное кое-что было, да что много говорить!.. Велел меня поставить в Кремле, на Новодевичьи подворьи, и… мимо двора моего ходя, кланялся часто со мною низенько-таки; а сам говорит: Благослови-де меня и помолися о мне!.. А из кареты высунется бывало ко мне, таже и вси бояра, после его, челом, да челом».

Благоволение к Аввакуму, по его словам, простиралось до того, что ему после смерти другого вождя старообрядцев, Стефана Вонифатьева, предлагали сделаться царским духовником, если он покается и примет Никоновы исправления. Но протопоп остался непреклонен и подавал царю челобитные, в которых хулил все сделанное Никоном, приравнивал его к Арию, грозил страшным судом всем его последователям. Челобитные протопопа Аввакума написаны языком замечательно живым, сильным и образным; они должны были производить большое впечатление на умы; не удивительно, что он имел ходатаев даже в самом высшем обществе. Кроме Федора Ртищева и Родиона Стрешнева, он нашел сочувствие в семьях Морозовых, Милославских, Хилковых, Хованских. Особую преданность оказывала ему боярыня Федосья Морозова. По мужу своему Глебу Ивановичу (чрез его брата, известного Бориса Ивановича), она находилась в свойстве с царицей Марьей Ильиничной, а по отцу своему (окольничему Соковнину) приходилась ей в родстве. По влиянию Морозовой, сама царица Мария Милославская и её родственники оказывали покровительство протопопу Аввакуму. Родная сестра Федосьи, княгиня Евдокия Урусова, тоже сделалась духовною дочерью и последовательницей Аввакума. Морозова была уже вдовою, и, владея большим богатством, всеми средствами поддерживала расколоучителя. Она сделала из своего дома подобие монастыря, держала там инокинь, странниц и юродивых. Аввакум, почти поселившийся в ее доме, через последователей и последовательниц распространял старообрядческую проповедь по столице.

Царь оставил было Аввакума в покое, приказав ему только воздерживаться от проповеди и челобитных. Его даже пообещали пристроить справщиком на Печатном дворе. Но протопоп выдержал не более полугода; снова принялся утруждать царя челобитными, а народ смущать проповедью против никонианства. По жалобе духовных властей, Аввакума отправили в ссылку на Мезень (1664). Но он и оттуда продолжал писать послания. В марте 1666 протопопа Аввакума перевели ближе к Москве, чтобы подвергнуть соборному суду.

Аввакум привезен был в Москву, где его 13 мая после тщетных увещаний на соборе, собравшемся для суда над Никоном, расстригли и прокляли в Успенском соборе, в ответ на что Аввакум тут же возгласил анафему архиереям. И после этого не отказывались еще от мысли переубедить Аввакума, расстрижение которого было встречено большим неудовольствием и в народе, и во многих боярских домах, и даже при дворе, где у ходатайствовавшей за протопопа Аввакума царицы было в день расстрижения его "великое нестроение" с царем. Вновь происходили увещания Аввакума уже пред лицом вост. патриархов в Чудове монастыре, но Аввакум твердо стоял на своем. Сообщников его в это время казнили. Аввакум был только наказан кнутом и сослан в Пустозерск (1667). Ему даже не вырезали языка, как Лазарю и Епифанию, с которыми он и Никифор, протопоп симбирский, был сослан в Пустозерск.

14 лет просидел Аввакум на хлебе и воде в земляной тюрьме в Пустозерске, неустанно продолжая свою проповедь, рассылая грамоты и окружные послания. Наконец дерзкое письмо его к царю Федору Алексеевичу, в котором он поносил царя Алексея Михайловича и ругал патриарха Иоакима, решило участь Аввакума и его товарищей. 1 апреля 1681 г. они были сожжены в Пустозерске. Старообрядцы считают Аввакума мучеником и имеют иконы его. Протопопу Аввакуму приписывают 43 сочинения, из которых 37, в том числе и автобиография его ("Житие"), напечатаны Н. Субботиным в "Материалах для истории раскола" (т. I и V). Вероучительные взгляды Аввакума сводятся к отрицанию Никоновских "новшеств", которые он ставит в связь с "римской блудней", т. е. с католичеством. Кроме того, Аввакум в св. Троице различал три сущности или существа, что и дало первым обличителям раскола повод говорить об особой секте "аввакумовщины", которой на самом деле не было, так как взгляды Аввакума на св. Троицу не были приняты старообрядцами.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.