Глава 27

 

«И ЗВЕРЯМИ ЗЕМНЫМИ» (апрель 1943 – апрель 1944 г.)

 

1

 

Солдаты СС в варшавском гетто

Солдаты СС в варшавском гетто во время восстания

Большинство немцев, по-видимому, не особенно тревожили репрессии Гитлера в отношении евреев. Они безразлично относились к судьбе людей, вынужденных носить на спине звезду Давида: нацистская пропаганда неустанно убеждала население рейха, что «расовое очищение» благотворно скажется на будущем Германии и всей Европы.

Мало кто знал о лагерях смерти, созданных в Польше. Их окружали запретные полосы шириной в несколько километров с предостерегающими надписями. Тех, кто нарушал запрет, расстреливали на месте. Для обеспечения секретности весь процесс от депортации до умерщвления «врагов рейха» проводился под завесой условных обозначений: массовое убийство именовалось «специальной операцией», центры истребления людей – «Востоком», «трудовыми», «концентрационными» и «транзитными» лагерями, газовые камеры и крематории – «банями» и «моргами».

Слухи о зверствах цинично опровергались. Когда высокопоставленный партийный деятель Ганс Ламмерс представил Гиммлеру записку о том, что евреи подвергаются массовым казням, рейхсфюрер решительно отрицал это. Он пояснил, что приказ об «окончательном решении еврейского вопроса», полученный от фюрера через Гейдриха, предусматривает лишь эвакуацию евреев за пределы рейха. При их перевозках, к сожалению, бывают смертельные случаи по причине болезни и воздушных налетов вражеской авиации. Рейхсфюрер СС также признал, что среди евреев есть и убитые во время бунтов в назидание другим, но заверил Ламмерса, что большинство «размещается» в лагерях на Востоке, и даже принес фотоальбомы, показывающие, как евреи работают сапожниками, портными и т.п. «Таков приказ фюрера, – подчеркнул Гиммлер. – Если вы считаете, что надо принять конкретные меры, скажите об этом ему, а мне дайте фамилии людей, от которых вы получили эти сведения».

Ламмерс отказался выдать этих людей и обратился за разъяснениями к самому Гитлеру. Тот повторил почти то же самое, что Ламмерс услышал от Гиммлера.

«Все чувствовали в этой системе что-то неладное, даже если не знали всех деталей, – признавался на Нюрнбергском процессе бывший гитлеровский наместник в оккупированной Польше Ганс Франк. – Мы просто не хотели это знать! Приятно было жить в такой системе, содержать по-королевски семьи и думать, что все хорошо». И это был человек, который говорил своим подчиненным, что они все сообщники в ликвидации евреев и, как бы это ни было неприятно, она «необходима в интересах Европы». Генерал-губернатор Польши Франк знал, что приказ об «окончательном решении еврейского вопроса» поступил непосредственно от фюрера. Однако средний немец был убежден, что Гитлер к этим зверствам не причастен.

Члены «семейного круга» Гитлера не могли представить, что их фюрер сам приказывал умерщвлять евреев. Ведь Шмундту и Энгелю удалось убедить его не лишать званий некоторых офицеров вермахта – «частичных» евреев. Злодеями казались Борман и Гиммлер, творящие произвол за спиной фюрера. Но они были лишь послушными исполнителями плана «окончательного решения», и Гитлер считал, что это сойдет ему с рук, если он поставит мир перед свершившимся фактом. Конечно, будут протесты, угрозы, но память человеческая коротка. Кто сегодня резко осуждает турок за истребление миллиона армян во время первой мировой войны? Даже члены «семейного круга» могли убедиться в том, что Гитлер – вдохновитель и организатор массовых убийств, когда в июне 1943 года в беседе с Борманом он гордо заявил, что очистил германский мир от «еврейской отравы»: «Для нас это было важным процессом дезинфекции, который мы довели до конца и без которого мы бы сами были задушены и уничтожены. Я их предупреждал, что если они развяжут еще одну воину, я уничтожу эту нечисть по всей Европе, на этот раз навсегда. На это предупреждение они ответили объявлением войны. Мы вскрыли еврейский нарыв, и весь мир в будущем будет нам за это благодарен».

Из 380 тысяч евреев, которые в начале войны были согнаны в варшавское гетто, три года спустя в живых осталось всего 70 тысяч. Оставшиеся поняли, что депортация означает гибель. Еврейские подпольные группы в гетто решили забыть о своих разногласиях и объединились, чтобы вместе воспротивиться дальнейшей эвакуации. К изумлению Гиммлера, они отказались покидать Варшаву, и рейхсфюрер СС приказал ликвидировать гетто.

В три часа утра 19 апреля 1943 года свыше двух тысяч эсэсовцев с танками, огнеметами и динамитом в предвкушении легкой победы ворвались в гетто и неожиданно натолкнулись на ожесточенное сопротивление. Свыше 1500 бойцов заранее тайно подготовили оружие – несколько пулеметов, гранаты, сотню винтовок и карабинов, несколько сот пистолетов и бутылки с зажигательной смесью – и пустили все это в ход. К вечеру они вынудили немцев отступить. День за днем продолжалось это неравное сражение, ошеломившее командира эсэсовской группировки генерала Юргена Штроопа, который никак не мог понять, почему «эти недочеловеки» сражаются за безнадежное дело. Он доложил, что хотя его люди первоначально захватили «значительное число евреев, которые по своей природе трусы», делать это становится все труднее: «Снова и снова боевые группы, состоящие из 20–30 еврейских мужчин, создавали новые очаги сопротивления».

На пятый день отчаявшийся Гиммлер приказал «жестоко и беспощадно» прочесать гетто. Штрооп решил поджигать квартал за кварталом. Согласно его отчету, составленному после ликвидации гетто, евреи до самого последнего момента оставались в горящих домах, а потом прыгали с верхних этажей. «Со сломанными костями, они еще пытались ползти через улицу в уцелевшие здания. Несмотря на угрозу сгореть живьем, евреи предпочитали возвращаться в гущу пламени, но не сдаваться нам».

С отчаянным героизмом сражались защитники гетто в течение четырех недель и, когда положение стало безнадежным, спустились в подземные ходы канализации. Наконец 15 мая стрельба в последних оставшихся очагах сопротивления затихла, и на следующий день в честь победы генерал Штрооп взорвал в «арийской» части Варшавы чудом уцелевшую синагогу. Целый месяц немногочисленные повстанцы отражали армию карателей. Из захваченных 56 065 евреев 7000 были убиты на месте, 22 000 отправлены в лагеря. По официальным, явно преуменьшенным данным немцы потеряли 16 человек убитыми и 85 ранеными.