Глава 15

 

«ТАКОЙ МАЛЕНЬКИЙ ЧЕРВЯЧОК» (1937 г. – февраль 1938 г.)

 

6

 

К концу года Чемберлен укрепился в своем убеждении, что только политика умиротворения спасет Европу. Даже министр иностранных дел Идеи, несмотря на сомнения, питал эту надежду. «Беседы между лордом Галифаксом и герром Гитлером показали, что если мы хотим общего урегулирования с Германией, именно нам, а не германскому правительству следует предпринять следующий шаг, выдвинув некоторые конкретные предложения», –писал Иден. «Конкретные предложения» сводились к передаче Германии в виде своеобразных взяток территорий, не принадлежавших Англии, а именно – значительной части Африки, находившейся во владении Бельгии и Португалии, а также уступок судетским немцам в Чехословакии. Так дешево купить Гитлера было невозможно. Его беседа с Галифаксом подтвердила, что англичане молчаливо согласятся с любой экспансией на востоке и юго-востоке Европы. В то же время было очевидно, что Фрич, Бломберг и другие военные руководители опасаются, что авантюристическая политика Гитлера приведет к катастрофе. Их пугала мысль об использовании угрозы войны как дипломатического оружия, и столкновение с фюрером казалось неизбежным.

Кризис разразился внезапно из-за бывшей проститутки фройляйн Эрне Грюн – секретаря-машинистки военного министра Бломберга. После короткого знакомства фельдмаршал, будучи шесть лет вдовцом, решил жениться на ней, хотя брак с женщиной, мать которой была прачкой, считался нарушением кодекса офицерской чести.

12 января фельдмаршал и машинистка заключили брак в одном из кабинетов военного министерства, взяв в свидетели Гитлера и Геринга. Однако не успели они уехать в свадебное путешествие, как распространились слухи о прошлом молодой фрау Бломберг. В своих досье берлинская полиция обнаружила, что она не только была проституткой, но и позировала для порнографических изданий. Эти сведения ошеломили Гитлера. Он решил, что Бломберг умышленно привлек его в свидетели, чтобы вынудить в дальнейшем опровергать возможные слухи. Поэтому фюрер поручил Герингу немедленно сообщить фельдмаршалу о прошлом Эрны. Если тот согласится расторгнуть брак, надо будет что-нибудь придумать, чтобы избежать публичного скандала. Если нет – Бломберг будет уволен. Его преемником считался Фрич, который, пожалуй, был еще критичнее настроен против политики фюрера. Предвидя такой оборот дела, Геринг пришел в рейхсканцелярию с досье, врученным ему Гиммлером и Гейдрихом. В нем содержались материалы о том, что Фрич якобы встречается с гомосексуалистами. Это был хороший предлог избавиться от самого упрямого главнокомандующего, и Гитлер с готовностью воспользовался им.

Одним ударом военный министр Бломберг и его вероятный преемник устранялись, а Геринг становился самым подходящим кандидатом на пост главы военного ведомства. Бломберг, узнав об ультиматуме фюрера, холодно отказался аннулировать брак.

Тем временем в военное министерство стали звонить проститутки, воодушевленные успехом Эрны Грюн. Офицерский корпус не мог вынести такого оскорбления своей чести. Общее мнение сводилось к тому, что Бломберг должен немедленно уйти в отставку. Но если он хочет оставаться в офицерском списке, ему необходимо немедленно развестись с женой. Фричу было поручено довести это решение до Гитлера, который сам пришел к тем же выводам. Однако эта история его расстроила. «Он ходил взад-вперед по комнате, заложив руки назад, расстроенный, и бормотал: «Если немецкий фельдмаршал женится на проститутке, все в этом мире возможно», – вспоминал его личный адъютант Видеман.

Гитлер вызвал Хосбаха, чтобы обсудить вопрос о преемнике. Главный адъютант считал подходящей кандидатурой Фрича. Факты гомосексуализма скорее всего были сфабрикованы. Оба долго спорили, и перед уходом Хосбах попросил разрешения сообщить Фричу об обвинениях против него. «Ни в коем случае», – воспротивился Гитлер. Но Хосбах пошел домой к Фричу. Тот с негодованием отверг обвинения. «Если Гитлер хочет, от меня избавиться, – воскликнул он, – пусть скажет хоть одно слово, и я уйду в отставку!»

В тот же день Хосбах признался Гитлеру, что нарушил его приказ и виделся с Фричем. К его удивлению, фюрер не взвинтился. Казалось, он поверил Фричу, что тот невиновен, заметив, что, очевидно, нет оснований не назначать его военным министром. Однако несколько часов спустя Гитлер вызвал Хосбаха и разразился руганью в адрес Фрича. Адъютант попросил его не принимать решения до личной встречи с генералом. Фюрер неохотно согласился побеседовать с ним вечером.

В тот же день Гитлеру стало известно, что Геринг убеждал Видемана рекомендовать его военным министром. Но фюрер был непреклонен: «Ни в коем случае! Геринг даже не знает, как провести инспекцию. Я разбираюсь в этом больше, чем он».

В конце дня, когда Гитлер с сожалением сообщил Бломбергу о его увольнении и из вежливости попросил порекомендовать преемника, он услышал такое же предложение: Бломберг рекомендовал Геринга. На этот раз Гитлер был еще более категоричен: Геринг слишком тщеславен и ленив. В таком случае, сказал Бломберг, почему сам фюрер не возьмет на себя пост военного министра? Гитлер не согласился, но и не отказался, он лишь спросил, кто может стать начальником генерального штаба. Бломберг не мог с ходу предложить кандидатуру. Тогда Гитлер спросил, кто руководит его штабом. «Генерал Вильгельм Кейтель», – ответил Бломберг, поспешно добавив, что будущий тесть его дочери не подходит для такого важного поста. «Он лишь человек, руководящий моим ведомством». – «Вот такой человек мне и нужен!» – возразил фюрер.

Генерал вернулся в министерство полностью разбитый и рассказал Кейтелю, что произошло. Он признался, что знал о позорном прошлом своей жены, но не считал это «основанием для того, чтобы навеки выбросить женщину». Бломберг сказал, что расстался с Гитлером дружески, и заверил будущего родственника, что в случае войны снова будет рядом с фюрером. Когда Кейтель высказал мысль о разводе «ради детей», Бломберг возразил, что это брак по любви и он «скорее пустит пулю в лоб, чем сделает это». Генерал вышел из кабинета со слезами на глазах.

К вечеру Кейтеля привели к Гитлеру. Фюрер посетовал на одиночество и сказал, что Кейтель должен быть всегда при нем. Затем он с восхищением отозвался о Бломберге, заметив, что многим ему обязан, и стал сетовать на то, что его обманом привлекли в свидетели на свадьбе. Примет ли офицерский корпус такой скандальный брак? Кейтель был вынужден согласиться, что не примет. Следующим был вопрос о преемнике. Кого бы предложил Кейтель? Как и Бломберг, тот назвал Геринга, но Гитлер снова отверг это предложение. Следующим кандидатом Кейтель назвал Фрича. Фюрер подошел к столу и вернулся с обвинительным актом министра юстиции о совершении этим генералом гомосексуального преступления. Гитлер признал, что он не дал хода компрометирующему документу, так как не мог этому поверить, но вопрос о преемнике на важнейший военный пост в стране требует прояснить это дело раз и навсегда. Он хочет лично поговорить с Фричем и прямо его спросить, виновен ли он.

Встреча с генералом состоялась поздно вечером в библиотеке фюрера. Фрич ничего не знал о деталях приписываемых ему гомосексуальных связей. Генерал простодушно пояснил, что иногда приглашал двух юношей на обед, а позднее давал им уроки по чтению карт, а когда кто-нибудь из них не был достаточно внимательным, он легонько бил растяпу линейкой по заднему месту. Об этих двух юношах Гитлер даже не знал. Не успел Фрич уйти, как возмущенный фюрер излил душу адъютанту: «Представляете, Видеман, оказывается, в этом деле замешаны еще двое! Действительно, все тайное рано или поздно становится явным!»

Когда Кейтель явился к фюреру на следующий день, Гитлер все еще был возбужден и сообщил ему о своем решении отстранить Фрича. Разговор снова зашел о преемнике. На этот раз Гитлер заявил, что сам берет на себя верховное командование, а Кейтель останется его начальником штаба. Он также вынужден выполнить неприятную обязанность – уволить Хосбаха за то, что тот не умеет держать язык за зубами.

Видеман был ошеломлен. Он подошел к Гитлеру и сказал: «Мой фюрер! Вы несправедливо обошлись с одним человеком». – «С кем?» – «С полковником Хосбахом». – «Да, Видеман, вы правы. Передайте ему, что я сожалею, но не могу изменить решение. Я дам ему рекомендательное письмо, в котором напишу о его превосходных качествах». Но великодушное настроение скоро прошло, и письмо так и осталось ненаписанным. «Этот парень всегда мне лгал, – заявил фюрер, – и я позабочусь, чтобы он никогда больше не работал в генеральном штабе».

На следующей неделе Гитлер занялся проблемами, связанными со скандалами вокруг имен Бломберга и Фрича. Он приказал гестапо провести полное расследование, а затем продолжил подбор преемника на пост главнокомандующего сухопутными силами. Фюрер остановился на генерале Вальтере фон Браухиче, не состоявшем в партии, но сделал вид, что его первым кандидатом был член партии фон Райхенау. Представитель армии генерал Герд фон Рунштедт решительно запротестовал. Для офицерского корпуса Райхенау был не только ярый нацист, но и военный радикал, не подходящий для какого-либо важного поста. Рунштедт, в свою очередь, предложил кандидатуру Бека, но Гитлер не согласился. Его следующим кандидатом был, конечно, Браухич. На этот раз Рунштедт подтвердил, что кандидат фюрера приемлем для армии.

Но это не было концом всей истории. Браухич сообщил, что не может занять столь высокий пост, если не будет урегулировано одно очень важное для него личное дело. Он ведет бракоразводный процесс с женой, которая требует значительной суммы, а он и так в долгах. Гитлер не только дал генералу 80 тысяч марок, но и уговорил его жену согласиться с условиями развода. Для фюрера это была хорошая сделка. Теперь сухопутными войсками командовал человек, целиком ему обязанный. Кроме того, женщина, на которой Браухич собирался жениться, фрау Шарлотта Шмидт, была ярой нацисткой. Благодаря манипуляциям и решимости Гитлера, а также из-за нерешительности большинства генералов кризис в конце концов разрешился.

Удивительно, но бунт в армейской верхушке не распространился дальше столицы. Если не считать близких друзей Фрича, мало кто из офицеров знал о скандалах и увольнении Бломберга. Поэтому многие генералы с недоумением прочитали в газетах 4 февраля 1938 года указ о новых назначениях. В этот же день они были вызваны на совещание в Берлин, где Гитлер сообщил им обстоятельства вынужденной отставки Бломберга и Фрича. «Мы были ошеломлены, – вспоминал Хайнц Гудериан. – Эти серьезные обвинения против самых высокопоставленных генералов, которых мы считали людьми кристально честными, поразили нас. Они показались совершенно неправдоподобными, однако первой реакцией было то, что руководитель немецкого государства не мог просто выдумать эти истории».

Ошеломленные генералы послушно восприняли объявление Гитлера о реорганизации вермахта, и вечером решением кабинета он узаконил свое назначение на пост верховного главнокомандующего. Он также представил членам кабинета Кейтеля и Браухича на их новых постах.

Поздно вечером немецкий народ по радио был информирован об этом важном декрете фюрера. Было также сообщено, что Бломберг и Фрич ушли в отставку, шестнадцать генералов уволены, а сорок четыре переведены на другие должности. Наконец, Герман Геринг получил жезл фельдмаршала люфтваффе как «компенсацию» за то, что не стал военным министром. Чистка распространилась и на дипломатическую службу. Министр иностранных дел фон Нойрат был заменен Риббентропом, который считал, что каждый час, не потраченный на подготовку войны против Англии, был часом, потерянным для Германии. По его мнению, соглашений с англичанами достичь нельзя, они не потерпят сильной Германии и «будут драться».

Это был памятный день в немецкой истории. Самые влиятельные диссиденты в вермахте были устранены либо обузданы, а два ведущих военных руководителя страны, Кейтель и Браухич, были всем обязаны фюреру и стали послушными исполнителями его воли.

Гитлер стал верховным диктатором германского рейха и был готов вступить на фатальный путь.

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.