ГЛАВА VIII

 

Средневековая культура

 

IV. Западноевропейская духовная культура

 

276. Общий взгляд на западную культуру

Византийская и арабская культуры в первой половине средних веков стояли неизмеримо выше западноевропейской, но к концу этой эпохи отношения изменились, и западноевропейская культура опередила культуры, которые хотя и были старше её, но подверглись застою или даже полному упадку. – В VI в. образованность на Западе находилась в самом печальном положении, и попытки поднять ее, сделанные при Карле Великом и Оттонах, не имели особенно важных результатов, хотя и не прошли вполне бесследно. Перед Карлом Великим образование на западе Европы почти совсем погибло, и просветительные меры великого монарха имели лишь то значение, что задержали дальнейшее погружение романо‑германского мира в варварство и невежество. Дело шло тогда не о развитии наук, а об элементарном образовании, даже о простой грамотности – и что особенно характерно – среди самого духовенства, отдельные члены которого были нередко совершенными невеждами. Во время одного из походов своих в Италию Карл Великий набрал там учителей грамматики и арифметики для более отсталых частей своей монархии. Вместе с тем он поощрял устройство школ, которые стали возникать в это время при епископских кафедрах и монастырях. Учреждена была школа и во дворце самого Карла Великого, вообще любившего окружать себя учеными. (При дворе Карла жило нисколько ученых, причем они обозначали себя именами разных писателей древности, а Карла называли Давидом.) Все эти начинания, однако, заглохли, и только во второй половине X в., при Оттонах, снова императорский двор сделался средоточием некоторого образования, и опять оживилась деятельность по устройству школ. Вообще и при Карле Великом, и при Оттонах образование не было еще живою общественною потребностью. Оно было скорее предметом исключительно правительственных забот или просто придворного обихода. Начало более глубокого и широкого культурного движения на Западе относится лишь к XII в.

 

277. Судьба классической литературы в средние века

Как в Византии, так и на Западе, в средние века образованность имела преимущественно характер церковный, и весьма долгое время единственным образованным сословием было духовенство. Если уже в Византии, продолжая заниматься греческими классиками, все менее и менее понимали дух их произведений, то на Западе пришло в упадок и самое элементарное знакомство с древней римской литературой, которая одна могла там быть источником светского образования. Одни видели в знакомстве с этою литературою прямую опасность для спасения души, потому что она была создана язычниками; других она не могла интересовать потому, что, говоря о земном, она отвлекала от помыслов о небесном; третьи в занятиях ею видели лишь средство научиться языку или усвоить литературные формы, а для этого достаточно было очень немногого. Если же, с другой стороны, заинтересовывались и содержанием древних писателей, то плохо или совсем даже неверно его понимали. На римского поэта Вергилия смотрели, например, как на какого‑то чародея, а в лучшем случае как на своего рода языческого пророка, предсказавшего пришествие Спасителя и давшего в своей «Энеиде» аллегорию странствований человеческой души, временно заключенной в теле и обреченной томиться в земной юдоли заблуждений и соблазнов, испытаний и опасностей. Несколько большее знакомство с классическою древностью стало обнаруживаться только в XIII столетии, и лишь в переходную эпоху от средних веков к новому времени, т. е. в XIV и XV вв. возник настоящий интерес к классическому миру, и началось серьезное изучение его умственного наследия.

 

278. Значение XII‑XIII веков в истории западной культуры

Между временами полного упадка образования от VI до XI в. и эпохой так называемого возрождения классической древности в XIV и XV в. с наибольшею силою и проявились все основные черты своеобразной средневековой культуры Запада. Это была эпоха крестовых походов, когда западные народы не только воевали с мусульманами, но и испытывали на себе влияние мусульманской философии и науки, конечно, развивая свою культуру на началах, унаследованных из прежних времен. XII и XIII вв. были временем развития университетов и процветания схоластики, обновления монашества и усиления мистической и аскетической литературы, упорядочения рыцарства и блеска рыцарской поэзии, возникновения готического стиля в архитектуре и вообще художественного расцвета в чисто средневековом духе. Многое из всего этого зародилось еще раньше и продолжало существовать и позднее, но никогда средневековая культура Запада, взятая в целом, не имела столь полного и яркого выражения, как в XII и XIII вв. В XIV в. эта культура уже начала подвергаться, классическим влияниям.

 

279. Общее образование

До возникновения университетов, в которых изучались, главным образом, богословие, право и медицина, в средневековых школах преподавались лишь так называемые свободные искусства (artes liberales), названные так еще в древности, потому что изучение этих предметов считалось занятием, достойным свободного человека. Эти artes liberales делились на два отдела, низший и высший. Первый назывался тривий (trivium) и заключал в себе грамматику, риторику и диалектику; второй носил название квадривия (quadrivium) и состоял из арифметики, геометрии, астрономии и музыки. Это деление предметов общего образования на тривий и квадривий, их содержание и способ их преподавания оставались неизменными в течение целых веков. Так как общее образование сначала можно было получить лишь в монастырских и епископских школах, то и самому изучению свободных искусств был придан церковный характер. Например, астрономия должна была служить при определении дня празднования Пасхи (составление пасхалии) и вообще для лучшего понимания календаря и т. п. Сведения, сообщавшиеся в школах, отличались скудностью и устарелостью, так что в деле общего образования господствовала одна рутина. Когда возникли университеты, изучение тривия и квадривия получило значение подготовки к слушанию лекций по высшим наукам, но и сами artes liberales тоже вошли в состав университетского преподавания.

 

280. Университеты

Университеты стали возникать в XII столетии в Италии (Болонья и Салерно), а в XIII в. были преобразованы в университеты ранее существовавшие школы в Париже, Оксфорде и Кембридже. Парижский университет возник в самом начале XIII в., а в середине того же столетия духовник Людовика IX Сорбонн основал при нем общежитие для богословов, от имени которого получил свое название Сорбонны и сам богословский факультет парижского университета. Высшее учебное заведение французской столицы сделалось образцом для большей части новых университетов во всей Европе, их матерью‑кормилицей (alma mater), и потому приобрело громадный авторитет в самой церкви; отсюда, например, в эпоху великого раскола вышла идея соборной реформы церкви. В Германии первый университет возник в Праге в середине XIV в., но в начале XV в, вследствие ссоры между немцами и чехами часть пражских профессоров и студентов переселилась в Лейпциг. Около этого времени (с середины XIV по начало XVI века) в Германии было основано еще несколько университетов. В конце XIV и начале XV в. оксфордский и пражский университеты сделались центрами оппозиции против церковной порчи (Уиклиф и Гус). Так как языком преподавания была повсеместно латынь, и так как и профессора, и студенты нередко переезжали из одного города в другой, то между средневековыми университетами разных страт существовала некоторая связь. Отдельные университеты славились разными факультетами. Богословие процветало в Париже, Оксфорде и Праге. Наоборот, Болонья и Орлеан в особенности славились преподаванием права и т. д. Когда возродилось изучение классической древности, то оно тоже нашло приют в некоторых университетах (в Германии, например, в Эрфурте в конце XV и начале XVI в.). Впоследствии (в XVI столетии) университеты играли большую роль и в реформе церкви.

 

281. Схоластика

Главною наукою средних веков было богословие, а на философию смотрели, как на служанки богословия (philosophia est ancilla theologiae). Как в Византии или у арабов, совершенно так же и на Западе существовало стремление подкреплять или объяснять догматы веры соображениями от разума, для чего и обращались к учениям древних философов. В философии при этом особенно интересовались диалектикой, т. е. искусством делать умозаключения из данных мнений, сравнивать между собою получаемые таким образом выводы и в случае обнаружения между ними противоречий уметь примирять их между собою. Из школьной диалектики и развилась так называемая схоластика, в которой на первом плане стояло не содержание, а формальная сторона мышления, т. е. строгая последовательность рассуждения и тонкость в определении и различении понятий (откуда известный способ относиться к вопросам знания вообще получил название схоластического). Схоластика, собственно говоря, существовала и в Византии, и у арабов, но нигде она не достигала такого блестящего развития, как на Западе в XII и XIII вв. (хотя зародилась она здесь еще раньше в трудах Иоанна Эригены Скота в IX в.). Греческого языка схоластики не знали и довольствовались лишь латинскими изложениями или переводами одних отрывков из Платона и Аристотеля, но в XII в. на латинский язык стали переводить с арабского самые сочинения Аристотеля и его комментаторов. С этого времени в схоластике произошло большое оживление, и Аристотель сделался главным авторитетом философов, их «учителем» («magister dixit»). Однако это был не настоящий Аристотель, а Аристотель, не всегда верно переведенный и вдобавок по‑своему еще истолкованный арабами и переводчиками с арабского на латинский. Во всяком случае, впрочем, схоластика сослужила свою службу в культурной истории Европы: она поддерживала умственные интересы, изощряла мыслительные способности, вырабатывала приемы правильного рассуждения. Католическая церковь взяла схоластику под свою опеку, строго ограничивши круг вопросов, подлежавших её исследованию, и указавши, какие ответы она должна была давать на эти вопросы. Тем не менее, в схоластике образовались разные направления,и некоторые схоластические философы за свои мнения подвергались церковному осуждению.

 

282. Номинализм и реализм

Западноевропейские схоластики делились на два лагеря – номиналистов и реалистов. Первые совершенно правильно думали, что общие понятия, которыми обозначаются роды и виды вещей (например, человек, дерево и т. п.) суть только простые звуки, слова, имена (nomma), обозначающие эти вещи и не имеющие самостоятельного существования вне нашего ума, тогда как другие, наоборот, утверждали, будто отвлеченные идеи суть некоторые действительности (realia), существующие и вне нашего ума и притом раньше обозначаемых ими вещей (ante rem). Номиналисты следовали Аристотелю, а схоластический реализм был отражением философии Платона, полагавшего, что только идеи имеют истинное бытие, и что все вещи суть лишь копии идей. С обеих точек зрения схоластики старались согласовать между собою библейские тексты, мнения отцов церкви, постановления соборов и папские указы. Некоторые из них при этом сознательно подчиняли деятельность разума учениям, принятым папами за истинные, а другие, наоборот, подвергали эти учения свободному толкованию по указаниям разума. Последнее отношение к вопросам философии получило название рационализма, и церковь всячески боролась с этим явлением. (Среди рационалистов были последователи Аверроэса). Особыми сторонниками католического правоверия были в XII в. Ансельм Кентерберийский, строго подчинявший знание вере, а в XIII в. «ангельский учитель» Фома Аквинский (1224–1274), величайший авторитет средневекового католического богословия. Они были реалистами, и их направление пользовалось признанием и покровительством церкви.

 

283. Абеляр

Среди номиналистов особенно прославился в XII в. французский схоластик Абеляр (1079–1142). Он происходил из рыцарской семьи, но избрал умственную деятельность. Абеляр учился, а потом и сам учил в Париже, где его лекции посещались массою слушателей. Это был человек большой учености, обладавший сильным умом и увлекавший своих учеников красноречивым изложением. Личная жизнь его сложилась несчастливо. Он влюбился в одну красивую, умную и образованную девушку, Элоизу, которая сама полюбила талантливого схоластика, но в их отношения вмешался опекун Элоизы, и оба они пошли в монастырь. Абеляр проповедовал, что к истине ведет исследование, которое само вызывается сомнением, а потому требовал большего простора для деятельности разума. В своей книге «Да и нет» (Sic et non) он привел много примеров того, как разные авторитеты, признававшееся католическою церковью, один другому противоречили, т. е. где одни говорили да, другие говорили нет. Поэтому Абеляр желал, чтобы спорные вопросы подлежали свободному исследованию. Против этого вооружился знаменитый клервоский аббат, св. Бернар, проповедник второго крестового похода. Он находил требование Абеляра опасным, потому что раз каждый стал бы думать по‑своему, единства церкви не могло бы существовать. По его мнению, весь вопрос был лишь в правильном понимании того, в чем же заключается настоящее мнение церкви. Абеляр был осужден собором, собравшимся в 1141 г. в Сансе, но перенес дело на суд самого папы. Смерть, однако, помешала ему добиться пересмотра этого процесса. Пример Абеляра показывает, что свободное отношение к философии было небезопасным. Некоторые схоластики даже прямо обвинялись в ереси. (В сущности, и такие богословы, как родоначальник идеи соборной реформы Жерсон или обличавшие порчу церкви Уиклиф и Гус, были схоластиками).

 

284. Проповедь аскетизма

Схоластика давала духовную пищу людям, обладавшим развитыми умственными интересами, люди же, более склонные к нравственному самосовершенствованию, проповедовали аскетизм, и с их точки зрения вся христианская нравственность сводилась к удручению плоти и отказу от мира, как будто все должны были сделаться монахами. Таким образом, аскетизм стал возводиться в единственный принцип нравственной жизни. В таком именно смысле в средние века писалось немало моральных трактатов. В XII в. на этом поприще особенно выдвинулся св. Бернар, а в конце XII и начале XIII папа Иннокентий III («О презрении к миру»). Из среды нищенствующих монахов выходили проповедники, отрицавшие даже труд, потому что он предпринимается ради материального благосостояния. Заботы о здоровье и удобствах жизни, любовь и семья, светская наука и литература и т. д. с этой точки зрения также объявлялись греховными.

 

285. Средневековая мистика

Схоластика со своими сухими определениями и строгими различениями, со своим формализмом и рассудочностью не могла также вполне удовлетворять людей, склонных к мечтательности, к поэтическому настроению, к сердечным движениям любви, благоговения и восторга. Среди таких людей начали развиваться совсем иные стремления, нежели у схоластиков, все укладывавших в логические формулы, – стремления, родственные аскетизму, но нашедшие самостоятельное выражение в мистике, которая тоже отразилась в конце средних веков на целом ряде литературных произведений. Мистики стремились к непосредственному общению с Богом, развивая в себе религиозность до высших ступеней её проявления в экстазе, когда человек как бы выступает из самого себя и чувством, и мыслью возвышается до единения с Божеством. Мистицизм процветал преимущественно в Германии XIV и XV вв., где и развилась в это время целая мистическая литература. Иногда мистики навлекали на себя неудовольствие церковных властей за то, что отступали от католического правоверия. Эккарт вызывался на суд папы, но умер по дороге в Авиньон (1329), а сочинения его были формально осуждены за свою пантеистическую окраску. Самым замечательным мистическим писателем конца средних веков был Фома Кемтйский (из города Кемпена, 1380–1471), автор знаменитой книги «О подражании Христу», пользующейся и теперь уважением христиан разных исповеданий. В XIV столетии германские мистики устроили даже благочестивые общежития без монашеских обетов, известные под именем братств общей жизни. (Основателем их был Герхард де Грот из нидерландского города Девентера).

 

286. Состояние научной литературы

Умственные силы средневекового общества главным образом проявлялись в схоластической, аскетической и мистической литературе, тесно связанной с церковною жизнью. Светская научная литература была развита очень мало. Естествознание находилось в пренебрежении, и в этой области арабы стояли гораздо выше европейцев, которые у них только и могли кое‑чему научиться. (Начало самостоятельного развития естественных наук на Западе относится лишь к XVI–XVII вв.). Средневековой человек мало интересовался природою, довольствуясь самыми элементарными и скудными о ней знаниями, к которым примешивалось вдобавок множество весьма неверных представлений и самых грубых суеверий. Для естествознания в средневековых университетах не существовало и соответственного факультета, если не считать изучения медицины.

 

287. Средневековое правоведение

Из светских наук особым почетом пользовалось в университетах, равно как в обществе и в государстве право, под которым разумелось преимущественно право римское. Главным предметом изучения был именно Corpus juris Юстиниана. Началось это изучение в Болонье, где в конце XI и начале XII в. преподавал юриспруденцию первый настоящий знаток римского права Ирнерий. Впрочем, первые юридические лекции и сочинения были только толкованиями отдельных слов или фраз в своде Юстиниана, и лишь позднее эти отрывочные комментарии стали связываться в более цельные изложения, получившие название глосс. Отсюда болонские профессора римского права в XII – XIII вв. носили прозвание глоссаторов. К своему источнику, т. е. к своду Юстиниана юристы относились с таким же почтением, с каким богословы относились к папским декретам, а философы – к Аристотелю, т. е. это было отношение чисто догматическое. Для них римское право было самим «писаным разумом» (ratio scripta), и изучали они его чисто схоластически, без малейших попыток к филологическому или историческому толкованию. Глоссаторы оказали сильное влияние на рецепцию римского права, т. е. на принятие некоторых его положений в самую жизнь путем судебной практики и законодательства. Эта рецепция происходила в разных странах не одновременно (во Франции в XIII в., в Германии в XIV–XV вв.), но везде она оказалась враждебною феодальному порядку. Например, французские легисты на основании учения римских юристов о том, что по естественному праву все люди рождаются свободными, всячески способствовали освобождению крестьян от крепостной зависимости.

 

288. Политические теории средних веков

В связи с занятиями схоластического и юридического содержания находилась и средневековая политическая литература, состоявшая большею частью из публицистических сочинений, которые писались сторонниками духовной или светской власти в разные времена происходившей между ними борьбы. Защитники притязаний духовной власти, в сущности старались только развить и доказать папскую теорию о том, что церковь выше государства, и что папы могут распоряжаться императорскою и королевскими коронами. Но у них явились противники, отстаивавшие независимость государственной власти и черпавшие иногда свои доказательства из учения римских юристов о том, что власть государя имеет свой источник в перенесении на него народом всех своих прав и своего миродержавства (imperium). Особенно умножилось число защитников светской власти в XIV в., т. е. в эпоху упадка папства. Спор Филиппа IV Красивого с Бонифацием VIII и борьба императора Людовика Баварского с Иоанном XXII вызвали целую полемическую литературу против притязаний папства. Самым видным из этих полемистов был ученый юрист Марсилий Падуанский (1280–1343), автор «Защитника мира». И сторонники, и противники папской теории одинаково стояли на схоластической точке зрения. Они принимали на веру подлинность «Константинова дара», и противники папских притязаний только доказывали, что Константин не имел права дарить папе светскую власть над Римом, но отнюдь не сомневались в истинности дарственной грамоты, бывшей на самом деле подложною. Исторические знания в средние века были весьма жалкие.

 

289. Средневековая историография

Вообще почти вся историческая литература на Западе в средние века состояла из летописей и житий святых, авторами которых были преимущественно духовные липа. Лишь изредка появлялись писатели, заслуживающие название историков. Таковы были в эпоху основания варварских государств Кассиодор и Иордан (Иорнанд) у остготов, Григорий Турский у франков, Беда Достопочтенный у англосаксов, а позднее историк Карла Великого, его друг и министр Эйнгард, другой его сподвижник Алкуин и Павел Диакон, историк лангобардов. С эпохи Карла Великого вообще начинается развитие летописной литературы на Западе. Эпоха крестовых походов выдвинула целый ряд историков преимущественно из французов, каковы Вильгельм Тирский, Вильгардуэн, бывший участником четвертого крестового похода, Жуанвиль, сопровождавший Людовика IX в его походе, и т. д. У некоторых летописцев конца средних веков замечается переход к настоящему историческому изложению. Этого еще нельзя сказать о хронике Фруассара, но уже Филипп де Комин (1446–1509), историк Людовика XI, один из образованнейших людей своего времени, может быть назван не простым летописцем.

 

290. Зарождение национальных литератур на Западе

В средние века на Западе сочинения научного характера писались исключительно на латинском языке, который отчасти был языком и общей литературы. Но наиболее важные поэтические произведения средних веков были написаны на национальных языках германского и романского корня. Ранее всего народный язык стал делаться органом литературы у англосаксов (еще в VII–VIII вв.), потом у немцев (в IX в.), затем у французов (в X в.), позже всего у итальянцев, которые дольше других могли обходиться без письменности на родном языке, так как латынь оставалась им понятною дольше, чем какому‑либо другому народу. Древнейшие произведения литературы на национальных языках были или библейского, или героического содержания. Самые старые англосаксонские поэты, Кедмон (VII в.) и Киневульф (VIII в.), в своих поэмах излагали эпизоды Ветхого и Нового завета, как это делал неизвестный автор древненемецкой поэмы IX в. «Спаситель» (Гелианд), причем в христианские сюжеты они нередко вносили черты старогерманских воззрений и быта. В ранних героических поэмах особенно заметны и следы германской мифологии. Таковы англосаксонские песни о герое Беовульфе (напоминающие наши былины об Илье Муромце), преимущественно же скандинавские песни Эдды (т. е. бабушки) о богах, героях и храбрых викингах, записанные большею частью в XII в. Героический эпос ранней эпохи имел чисто народный характер, хотя на его обработке и сказывалось влияние книжной литературы.

 

291. Феодально‑рыцарская поэзия

После Карла Великого, когда произошло раздробление отдельных стран на множество мелких феодальных владений, и сама поэзия на национальных языках приняла феодальный характер. В эпоху крестовых походов на Западе явились поэты и вместе с тем певцы, которые складывали поэтические рассказы о храбрых воинах и их подвигах и декламировали их в замках сеньоров, переезжая с места на место. На севере Франции они получили название труверов и воспевали преимущественно подвиги (gesta) Карла Великого и его сподвижников (паладинов) в так называемых chansons de geste. Любимым их героем был Роланд, павший в битве в Ронсевальской долине (самая старая поэма о нем относится к концу XI в.). Под влиянием французского феодального эпоса сложился и немецкий, процветавший в XII – XIII вв., но заимствовавший свое содержание из старых, чисто народных преданий. Самым замечательным произведением немецкого эпоса является поэма о Нибелунгах, повествующая о временах великого переселения народов. Более поздние произведения этой поэзии феодальных времен уже отражали на себе рыцарский быт и, в свою очередь, оказывали влияние на образование рыцарских идеалов. В последнем отношении замечательны рыцарские романы о приключениях (romans d`aventures), среди которых наиболее характерны поэмы о британском короле Артуре и рыцарях Круглого Стола. Поэтические предания об этом герое восходят к очень отдаленному времени, и с ними соединились еще многие сказания, заимствованные из книжных источников. Латинская литература средних веков была очень богата разными легендами, которые подвергались также поэтической обработке на национальных языках. С преданием об Артуре, собиравшем за своим круглым столом рыцарей, соединилось сказание о св. Граале, т. е. чаше, в которую Иосиф Аримафейский собирал остатки драгоценной крови Христа: рыцари Круглого Стола сделались служителями св. Грааля. В этом цикле сказаний проявились многие черты рыцарского и аскетического быта, фантастические подвиги и приключения, мистический идеализм и символизм. Впоследствии рыцарские поэмы стали переделываться в прозаические романы. На юге Франции развилась в ту же эпоху крестовых походов лирическая поэзия трубадуров, по образцу которых в Германии явились миннезингеры (певцы любви). Трубадуры воспевали преимущественно рыцарскую любовь к даме сердца и писали свои стихи на особом, провансальском языке. Вся эта поэзия, развившаяся преимущественно в эпоху борьбы с неверными и расцвета рыцарской жизни, получила название романтической. Романтика – синоним фантастичности, стремления в туманную даль, неудовлетворенности чувства и полного пренебрежения в действительности. В эту же эпоху развилась и средневековая драма из церковных мистерий,т. е. представлений в лицах таких событий священной истории, каковы страсти Господни, а из мираклей, т. е. представлений в лицах же чудесных эпизодов из житий святых.

 

292. Литература горожан и сатира

В исходе средних веков, в эпоху развития городского быта, возникла и особая, так сказать, городская литература. В XIII в. впервые появились во Франции так называемые fabliaux, коротенькие стихотворные повести, имевшие своим предметом похождения и чувства людей всех слоев общества в их обыденной жизни. Главным источником для сюжетов фаблио послужили латинские и французские переводы рассказов восточного происхождения (индийских, арабских и т. п.), а потом составители фаблио стали изображать и окружавшую их жизнь, внося в свои произведения сатирическую насмешку над рыцарями, духовными, монахами, крестьянами и пр., и пр. Сатирический элемент характеризует и нравоучительные романы, каким был в конце средних веков, например, весьма популярный Роман о Лисе, существовавший в массе переделок на разных языках. Из Франции фаблио перешли в другие страны и стали переделываться в прозаические рассказы, которые получили в Италии название новелл. Самым замечательным новеллистом в Италии был в XIV в. Боккаччо, автор знаменитого Декамерона, т. е. Десятидневника, сборника веселых новелл, которые в течение десяти дней рассказывают друг другу молодые люди и дамы, удалившиеся за город от чумы. В Англии подобный же сборник в конце XIV в. написал Чосер. (Его Кентерберийские рассказы ведутся представителями разных классов общества). Фаблио и новеллы сделались любимой формой литературы в ту самую эпоху, когда очень много говорили о порче церкви, и потому главным предметом сатирического изображения стали порочные нравы и невежество тогдашнего духовенства.

 

293. Данте

Величайшим поэтом средних веков был Данте Алигьери, живший в конце XIII и начале XIV в. (1265–1321). Он родился во Флоренции и некоторое время занимал одну из высших государственных должностей в этой республике. В его время в разных городах Италии происходила ожесточенная борьба между гибеллинами и гвельфами, и в 1302 г. флорентийские гвельфы изгнали Данте из родного города за сочувствие к гибеллинам. Данте вообще ждал спасения и для Италии, раздираемой междоусобиями, и для всего католического мира от власти императора. Когда Генрих VII, немецкий король из Люксембургского дома, предпринял поход в Рим, чтобы возложить на свою голову императорскую корону и воскресить в Италии времена Гогеншгауфенов, Данте восторженно приветствовал его своим сочинением О монархии, в котором проводил мысль о независимом от папства императорстве. Около двадцати лет прожил Данте жизнью изгнанника‑скитальца и до самой своей смерти (1321) так и не видал больше родной Флоренции. Это был человек, весьма многосторонне и богато одаренный. Овладев почти всеми знаниями своей эпохи, он в то же время отличался необычайным поэтическим даром, и большою начитанностью, как в древнеримской, так и в современной ему романтической словесности. Он прекрасно владел латинским языком, но, понимая, что полнее и ярче, да и для всех вразумительнее можно выражать свои мысли лишь на родном языке, он писал свои поэтические творения по‑итальянски и в них явился настоящим творцом итальянского литературного языка. Вместе с тем Данте был человек, необыкновенно отзывчивый на события современной ему жизни, к которым он умел относиться вполне самостоятельно, проявляя личную свою мысль и личное чувство. Равным образом и в поэзии он прежде всего отличался чисто личным характером своего творчества.

 

294. Божественная комедия

Главное произведение Данте называется Божественной комедией. Это – описание путешествия, совершенного поэтом по загробному миру, соответственно с чем и вся поэма разделяется на три части: «Ад», «Чистилище» и «Рай». Первым проводником Данте в этом необыкновенном странствовании был римский поэт Вергилий, а в конце на помощь к нему является Беатриче, которую он любил в молодости и памяти которой остался верен и после её смерти. Вергилий символизирует у него человеческое знание и науку, Беатриче – любовь ко всему высокому и богословие. В поэме вообще много аллегорий, как это было во вкусе средневековой поэзии, но в то же время Данте с необыкновенною верностью действительности, рельефностью изображения и яркостью красок выводит на сцену разных деятелей, как всемирной, так и отечественной истории, души которых он видел в загробном мире. Кроме того, Данте сумел включить в «Божественную комедию» весь круг основных идей, которыми жило общество времен наивысшего развития романтики, мистики и схоластики, так что его великую поэму справедливо называют поэтической энциклопедией средневекового миросозерцания. При этом Данте всецело еще стоит на католической точке зрения и только очень скорбит, видя, что обе силы, которым Бог вручил высшее попечение о мире, не исполняют того, к чему призваны, т. е. что императоры не пользуются своею властью для прекращения раздоров, а папы думают лишь о светском могуществе и богатстве. Великий поэт не постеснялся поместить некоторых пап в аду и в уста самого апостола Петра вложить обличения, направленные против порчи церкви.

 

295. Начало классического возрождения

Кроме Данте, в создании итальянского литературного языка участвовали два писателя XIV в. Петрарка (1304–1374) и Боккаччо (1313–1375). Первый из них прославился своими сонетами, в которых он воспевал Лауру, другой – своими новеллами, составившими знаменитый Декамерон. Но особенно важно было то, что оба они начали усердно изучать классическую древность, притом с чисто светской точки зрения и с явным нерасположением к схоластическому и аскетическому направлению средних веков. Своею литературною деятельностью Петрарка и Боккаччо открыли новую эпоху в культурной истории Запада, эпоху классического возрождения (ренессанса) или гуманизма. Но это явление уже выходит за границы истории средних веков.

 

296. Средневековое искусство Запада

На Западе, как и в Византии, искусство служило главным образом религиозным целям. В архитектуре, которая занималась преимущественно постройкою храмов, было два главных стиля – сначала романский, потом (именно в эпоху крестовых походов) готический. Первый, в котором своды и арки были полукруглые, отличался большею простотою сравнительно со вторым, в котором своды и арки делались стрельчатыми, и многое вводилось в постройку ради одного украшения. Готические соборы были прекрасным архитектурным дополнением к мистике и романтике эпохи крестовых походов. В постройке средневековых храмов соперничали между собою города и цехи каменщиков, занимавшиеся этими грандиозными сооружениями. Скульптура также получила на Западе очень большое развитие, благодаря тому, что католическая церковь благоприятствовала украшению храмов статуями Мадонны и святых, но в техническом отношении скульптура, как и живопись, стояла еще очень невысоко. (Особое развитие получили разноцветные стекла в окнах готических соборов с разными священными изображениями). В конце средних веков искусство стало подвергаться в Италии влиянию античных образцов и служить больше удобству и украшению жизни, чем религии. В истории западноевропейского искусства эта эпоха тоже носит название ренессанса (возрождения).

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.