Кольбер

Кольбер в 1683 году

Таким образом, несмотря на сильный, по-видимому, союз против Франции, ее король вышел из войны со славою и добычею; пример Швеции показывал, что с могущественным королем французским выгодно быть в союзе: союзник его ничего не потеряет, несмотря на все неудачи; унизительное положение Бранденбурга и Дании, обязанных выйти из войны ни с чем, несмотря на все удачи, показывало, как опасно идти наперекор великому королю. Но за видимое могущество и славу своего короля Франция уже начинала дорого платить: финансы ее истощались; что всего важнее, она теряла людей, которые давали ей победы и давали средства к победам, которых великий король не умел заменить другими равными им; все блистательные успехи он начинает приписывать себе, начинает считать себя выше всех по способностям, гонит неприятную мысль, что он может нуждаться в людях самостоятельных, получивших дарования «Божиею милостию», окружает себя слепыми орудиями, не имеющими своей мысли и воли, людьми, обязанными всем только «королевской милости».

Сходят со сцены Тюренн, Конде – и не заменяются. Умирает Кольбер и умирает в горе от немилости королевской. Для голландской войны Кольбер должен был приготовить 45 миллионов. Средствами, соответствовавшими его системе, например, уменьшением числа чиновников и т, п., Кольбер не мог этого сделать и должен был прибегнуть к отчуждению государственных имуществ; Кольбер не хотел слышать о займах, но соперник его Лувуа осилил, и назначен был заем. «Итак, дорога к займам открыта, – сказал Кольбер. – Какое же теперь останется средство остановить короля в его издержках? По заключении займов понадобятся налоги для их выплачивания, и если займы не будут иметь границ, то и налоги также не будут их иметь». Война разгорелась; королю внушают, что для ведения ее с успехом надобен чрезвычайный расход в 60 миллионов ежегодно. «Неоткуда взять столько денег!» – с ужасом говорит Кольбер. «Подумайте, – отвечает король, – есть человек, который возьмется достать эту сумму, если вы отказываетесь».

Жестокое слово произвело желанное действие: Кольбер не отказался и стал думать, но эта дума провела глубокие морщины на его челе, которое потом не разглаживалось более. До сих пор он садился за работу с веселым лицом, потирая руки от удовольствия; до сих пор он был доступен, быстр в исполнении: с этих пор он стал мрачен, недоступен, нерешителен, начал садиться за рабочий стол не иначе как с озабоченным лицом, со вздохами. Надобно было приниматься за старину, за чрезвычайные средства: восстановлены были для продажи упраздненные должности по юстиции и по финансовому управлению, учреждены новые, в высших судебных палатах увеличено число членов, проданы привилегии на продажу известных товаров, продано некоторым лицам право освобождения от податей; но от этих продаж, от стеснений, которые начинает претерпевать народ, уменьшаются доходы, – следовательно, надобно увеличить подати, надобно прибегнуть к ненавистному для Кольбера займу. Он учреждает ссудную кассу, куда частные люди могут помещать свои деньги за пять процентов и с правом брать всю сумму назад, когда захотят. Увеличена была пошлина на соль; табак сделан монополиею; гербовая бумага, введенная при Мазарини и потом уничтоженная, восстановлена, причем нельзя было писать на листе больше положенного числа строк; наложена пошлина с клейма оловянной посуды, употребляемой в простонародье. Но все эти меры могут возбудить сопротивление в парламенте. В 1673 году вышел манифест, в котором король повелевал парламенту вносить беспрекословно в реестр все указы с правом делать после свои представления королю насчет неудобства этих указов, которые между тем уже получили силу закона.

Парламент замолчал, но восстание вспыхнуло в Бордо, клейменая оловянная посуда полетела в воду, дома финансовых чиновников разграблены, советники парламента умерщвлены; в Ренне склады гербовой бумаги и табак были разграблены, причем дело не обошлось без кровопролития; в Бретани толпы вооруженных крестьян преследовали финансовых чиновников и дворян, замки горели, и владельцы их висели на колокольнях; заводчики смуты в Бордо сносились с голландцами, звали их на помощь. Волнения в Бордо были усмирены сильными средствами; войска правительства так вели себя в этом городе, что лучшие жители покинули его и торговля надолго упала; в Бретани виднелись повсюду виселицы и колеса; из Ренна были выгнаны все жители целой большой улицы. Но королевские экзекуции не уничтожили причину волнений: в 1675 году губернатор Дофинэ писал Кольберу, что торговля совершенно остановилась в его провинции и что большая часть жителей должна была питаться зимою хлебом из желудей и корней, а весною есть траву и древесную кору. С начала войны арендная плата за земли уменьшилась наполовину; крестьянские избы поражали путешественника своим печальным видом, да и замки мелкого дворянства не отличались роскошью.

Наконец война прекратилась; Кольбер уже хлопотал, как бы восстановить народное благосостояние, уменьшить налоги, поддержать кредит; он представляет королю необходимость уменьшить расходы, король соглашается, постановлено ограничить расходы 78 миллионами, и, несмотря на то, в 1680 году издержано 90 миллионов, только двумя миллионами меньше, чем в 1679-м. Все же меньше, но в 1682 году издерживается 100 миллионов – во время мира! На что же идут теперь деньги? Строили Версаль, новую резиденцию короля, которому не нравился Париж. Были другие постройки, на которые не менее жаловался Кольбер: знаменитый Вобан построил и перестроил триста крепостей.

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.