Было бы ошибочно утверждать, что городская община совершенно не существовала в эпоху возникновения средневековых городов, то есть не имела никакой реальности вне составлявших ее индивидуумов. Уже тогда городское население начинает группироваться.

Во-первых, следует думать, что право суда не было в раннем средневековье исключительной привилегией сеньора. В Страсбурге, как показывает один документ, относящийся к концу X в., епископ вполне самостоятельно избирал своих должностных лиц, исключая advocatus, который пожизненно производил высший суд над горожанами и которого он назначал «по выбору и с согласия церковнослужителей и горожан» (cum electione et consensu canonicorum ministerialium et burgensium). Мало того, мы знаем, что в каролингских трибуналах, где председательствовали графы или их missi, заседало в качестве асессоров известное количество свободных людей – постоянных судей, выбранных из числа местных жителей, так называемые скабины (scabini). Этот институт, по-видимому, удержался как в южных, так и в северных городах, потому что мы снова встречаем его здесь в XI в.: это был как бы первый орган раннесредневековой городской общины, неполный, зависевший от сеньора, который назначал скабинов, но все-таки независимый, так как они избирались, по-видимому, на всю жизнь и с согласия (по крайней мере формального) жителей.

С другой стороны, институт товарищества был очень распространен в средние века: когда полиция и законы оказывали недостаточную защиту индивидууму, он должен был защищать себя сам, и тогда естественно прибегал к ассоциации с другими. В одних местах возникают ассоциации купцов, как в Валансьене, где общество купцов носило название Frairie de la Halle basse, в Арра и во многих городах Северной и Восточной Франции. В английских местечках процветали лиги мира, Frith Gilds, члены которых, проникнутые чувством общей ответственности, клялись помогать друг другу при всяких обстоятельствах, поддерживать друг друга и мстить один за другого. В иных местах жители эпохи раннего средневековья соединялись с религиозной целью, чтобы вручить себя покровительству святых, и составляли, таким образом, открытые или тайные общества, носившие название братств или благотворительных обществ.

Возникновению в среде средневековых городских обитателей таких отношений, которые должны были в конце концов сплотить их в одну общину, способствовали, конечно, и многие другие причины. Будучи подвластны одному и тому же сеньору, судимы одним и тем же судом и связаны с одной и той же церковью, они терпели одни и те же злоупотребления и участвовали в одних тех же выгодах: естественно, что вследствие солидарности интересов между ними устанавливалось нечто вроде корпоративной связи и в то же время создавались обычаи, подготовлявшие муниципальное обычное право. Работы, направленные на общую пользу, требовали общего соглашения горожан. Такое же влияние имели и общинные бедствия. В Бовэ в конце XI в. спор, вызванный тем обстоятельством, что красильщики присвоили себе исключительное пользование водами реки Терена, обнаружил как вражду городского населения против капитула, так и существование общинной связи.

Конечно, нельзя утверждать, что в этих неопределенных общинных органах лежал зародыш муниципального строя; городской автономии еще нет и в помине и ее даже нельзя предвидеть. Но пусть водворится порядок, пусть возродится торговля, пусть населятся раннесредневековые города, пусть городское население осознает свою силу – и оно найдет в этих едва намеченных группах точку отправления для развития коммунальной и привилегированной организации.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.