Законы Ману – древнеиндийский сборник юридических норм, религиозных и моральных предписаний. Он важен прежде всего тем, что даёт довольно яркую и полную картину государственной, сословной, семейной и хозяйственной жизни тогдашнего брахманистского общества.

 

Происхождение и содержание Законов Ману

Спокойствие народной жизни в стране Ганга дало брахманам возможность развить с полною последовательностью систему кастового устройства и заменить древнюю натуралистическую религию Вед пантеистическим вероучением брахманизма. Оно благоприятствовало и успеху их стремления переделать форму государственной и общественной жизни, превратить ограниченную власть царей патриархального времени в деспотизм, опирающийся на войско и духовенство.

Чтобы подвести общественную жизнь под регламентацию, определяющую правила для каждого движения, чтобы наложить на все в стране владычество своей системы, брахманам необходимо было иметь какую-нибудь книгу, которой они могли бы приписывать такой же авторитет в житейских делах, как Ведам в религиозных. Для этого они собрали древние юридические обычаи арийцев, переделали эти изустные предания сообразно современным своим надобностям, прибавили к ним новые определения и постановления, и чтобы придать своему сборнику высокое и общепризнанное значение, приписали его Ману. Ману был у индийцев в патриархальный период первый человек, в героическое время первый царь, родоначальник царствующих династий, а когда достигло преобладания духовенство, он стал первый святой и мудрец. Брахманы учили, что законы были даны первочеловеку Ману божественным откровением Брахмы, и он передал их великим брахманским святым. Во введении к этому сборнику говорится, что святой Бхригу возвестил закон, который, по его просьбе, открыл ему Ману. Законы Ману основаны на материалах довольно древних, но их нынешняя редакция довольно поздняя. Главную часть их составляют заповеди Вед, и все остальное приведено по возможности в согласие с ними, чтобы одно откровение не противоречило другому. Вторую группу постановлений образуют в Законах Ману «обычаи добрых», то есть, предания обычного права, чище всего сохранившиеся в святой брахманской земле на берегах Джамны. К преданиям этой области прибавлены старые юридические обычаи некоторых других местностей и некоторые родовые предания. Третью группу составляют в Законах Ману изречения древних жрецов, святых и учения их. Собрания этих клочков, приставленных один к другому беспорядочно и вообще бессвязно, в течение веков увеличивалось новыми постановлениями и переделывалось по современным понятиям, так что книга Законов Ману, пройдя через множество переработок в разных юридических корпорациях брахманов, сделалась разноречивым собранием разнохарактерных, лишь поверхностно группированных законов религиозной, нравственной и политической жизни, государственного и частного права. Догматы веры и глубокомысленные учения о возрождениях и о муках ада идут в Законах Ману рядом с постановлениями о делах общественной жизни, о государственном управлении, о судопроизводстве, о полиции, о рыночных ценах. Рядом с возвышеннейшими нравственными учениями идут правила благоприличия, учтивости, советы о домашнем хозяйстве, о сельском хозяйстве, правила благоразумия, афоризмы житейской мудрости. Сборник Законов Ману разделяется на 12 книг; законы изложены в стихотворной форме.

Эллора

Индийский скальный рельеф. Храмы Эллоры

 

Исследователю XIX столетия Болену кажется, что в Законах Ману можно открыть некоторый порядок. Он находит, что «Законы Ману, начинаясь легендой о сотворении мира, говорят после того о воспитании; далее излагают постановления о браке, домашние обязанности, переходят к постам и очищениям, к богопочитанию, далее говорят о правительстве и законодательстве, об исполнении законов; потом о торговле, о смешанных кастах, о подвижничестве и покаянии, и кончают переселением душ и загробной жизнью».

 

 

Но как ни старались брахманы регламентировать общественную жизнь, нравы и культ по Законам Ману, сделать этот кодекс общепризнанным, им не удалось достичь в этом полного успеха. На Инде, в Декане и во всех тех областях, где религиозные, политические и общественные учреждения не получили такого развития, как на Ганге, и кастовое устройство не могло быть проведено с полною последовательностью, Законы Ману имели мало значения на практике, хотя их постановления всегда признавались за нормы юридических понятий, хотя было и желание по возможности осуществить их.

 

Положение касты брахманов по Законам Ману

Законы Ману, чья первоначальная редакция, принадлежащая, быть может, VI веку до Р. X., не дошла до нас, имеют основною идеей неравноправность сословий, и знают только разные права разных каст. Они не знают общечеловеческих прав или хотя бы общих прав всех граждан. Это соответствует индийским понятиям. Сообразно с ними и то, что Законы Ману ставят касту брахманов выше светских сословий. Но древнеиндийское духовенство никогда не выказывало стремления захватить в свои руки светскую власть. В заботах о небесном оно, быть может, несколько упускало из виду практические вопросы о земном; или оно не хотело компрометировать свое нравственное владычество, связывая его судьбу с судьбою мирской власти. Или же оно думало, что вернее сохранит свои сословные права, свое привилегированное положение под властью царя, который принадлежит к менее высокой касте, что бороться с царем брахманского происхождения было бы труднее. Как бы то ни было, оно никогда не пыталось ввести жреческую монархию. Цари Древней Индии принадлежали к военной касте, и по религиозно-политическим понятиям индийцев были ниже брахманов; а по своему положению, по своему фактическому могуществу, они повелевали брахманами. Таким образом, государственное устройство не соответствовало божественному устройству вселенной, подобием которого ему следовало быть по изложенной в Законах Ману брахманской теории. Но за эту несообразность своего положения с теорией брахманы вознаграждали себя тем, что присвоили себе много важных привилегий и, эксплуатируя набожность индийского народа, запугивая его муками ада и возрождениями, захватили владычество над его мыслями. Политически и юридически брахманы были такие же рабы царя, как и люди других сословий; но религиозные заповеди возлагали на царя обязанность всячески чтить брахманов. Царь, согласно Законам Ману, должен уважать их, оказывать им почести. Он должен избирать своих советников по преимуществу из людей священного сословия; должен делать судьями и правителями по преимуществу тоже брахманов. По Законам Ману, он должен давать брахманам коров, сокровища и всяческие подарки, – потому что «сокровище, которое царь вверяет брахманам, сокровище не гибнущее; этого сокровища не похитят у него ни воры, ни враги. Жертва, приносимая брахману, богоугоднее жертвы сжигаемой огнем». Подарок, делаемый брахману, вознаграждается, приобретением блага во сто тысяч раз драгоценнейшего, а если этот брахман особенно святой, то награда еще больше, до бесконечности велика. Единственной юридической привилегией брахманов было лишь то, что за некоторые преступления они подвергались наказаниям менее тяжелым, чем люди других каст. Все другие права и привилегии их основывались только на заповедях религии, а не на положительном законе. Но народу – в том числе и Законами Ману – было так прочно внушено глубокое благоговение к священному сословию брахманов, что они не имели нужды подкреплять свои притязания юридическими принудительными мерами. Мог ли царь не исполнять своих обязанностей относительно людей, которые своими святыми молитвами и жертвоприношениями владычествуют над самими богами, которые священным помазанием дают власти царя божественное утверждение, религиозный авторитет.

И индийским царям действительно следовало чтить брахманов: учению брахманов, изложенному в Ведах и Законах Ману, они были всего более обязаны неограниченностью своей власти. В те дни, когда арийцы жили еще только на Инде и в Пенджабе, свобода действий царя у них, как и у всех воинственных народов, была ограничена могуществом энергичного военного дворянства, которому иногда удавалось даже прогонять царей, стремившихся к деспотической власти, и основывать аристократические республики; греки еще нашли республики в некоторых частях Индии. В период завоеваний и следовавших за ними войн, царь все еще оставался только первым между равными, как Индра между богами. Герои, окружавшие и поддерживавшие его престол, передавали по наследству своим детям, вместе с военным искусством, героическою силою и храбростью, и свои права, свою гордость. Но те обстоятельства, которые ослабили могущество касты кшатриев, помогали царям приобрести деспотическую власть. Эти обстоятельства были: влияние роскошной жизни в жаркой, плодородной стране, быстро расслабившее воинов; возрастающее значение промышленного класса, но более всего, – развитие брахманского учения о едином верховном существе, от которого происходит все, и о преимуществе созерцательного спокойствия души над энергичной деятельностью. Чем усерднее и успешнее доказывали брахманы в Законах Ману, что существующий порядок – святое мироустройство, произошедшее из Брахмы, чем больше восхваляли они спокойное терпение, немое повиновение, пассивную уступчивость, как высочайшие добродетели, чем тверже привыкал народ, миролюбивый по природе и живший в стране, безопасной от нашествия врагов, предпочитать мирное наслаждение плодами своего труда тревогам войн и честолюбивых замыслов, чем больше упрочивалось убеждение, что набожные размышления и точное исполнение обрядов – важнейшие дела жизни; – тем полнее царская власть и государственная жизнь приобретали характер, общий всем восточным деспотическим государствам, где подданные охотно отдают себя в рабскую подвластность царю, чтобы под охраною его всемогущества иметь безопасность жизни и собственности. Участие в государственной жизни, политическая борьба, споры партий – все это мешало бы спокойствию жизни, похожей на растительное прозябание, созерцанию, и погружению в Брахму. Терпеливая покорность народа естественно вела к развитию абсолютизма, к безграничному полновластию царей; но деспотизм их не был тираничен и кровожаден, потому что тиранство власти было несообразно с вялостью национального характера.

 

 

Законы Ману и власть индийских царей

Мысль, что безопасность и благоденствие возможны только под охраною сильной власти царя, встречается уже в Махабхарате и Рамаяне. Когда Наль возвращается в свое царство, старейшины совета, сложив руки на груди, приветствуют его словами, что теперь «снова будут безопасны и горожане и поселяне». В Рамаяне правитель колесницы Сумантра длинною элегическою речью описывает, как печально делается состояние страны, когда в ней нет царя:

 

 

«Где не владычествует царь, там не напояет иссыхающих лугов небесной росой венчанный молниею громовержец, бог дождя. Там не делают посевов, там не следует за отцом сын, за мужем жена. Там нет счастливца, строящего себе дом, там не разводят радостных садов, не созидают храмов. – Брахманы не приносят там жертв. Там не пляшут в собраниях народа на веселых праздниках, не теснится около певца толпа внимательных слушателей, и не прогуливаются по рощам мудрецы, ведя разговоры. Не ходят там вечером в сад на игры девушки в золотых уборах; не возят там жен любящие мужья кататься по лесам на быстрых конях. Не спит там богатый пастух или земледелец беззаботно с отворёнными дверьми, безопасный. Не ездит там по безопасным дорогам беззаботно, с богатыми товарами купец из далёких мест. Как стадо без пастуха, царство без царя. В земле, где нет царя, ни у кого нет ничего своего; и как рыба поглощает рыбу, пожирают друг друга люди. А власть царя удерживает дерзко разламывающего сундуки нечестивого злодея от злодеяний страхом наказания. Как глаз постоянно осматривается, заботясь о теле, так царь – корень добродетели и законности для царства. Покрытый слепым мраком, беспорядочен и смутен мир, когда царь не поддерживает порядка, не показывает, что законно и что незаконно».

В Махабхарате также говорится: «Где нет царя, там жертвы не имеют силы, там не падает дождя, гибнут земля и народ».

Под влиянием духовенства эта выраженная в Законах Ману мысль приобрела безусловное господство над умами. Индийский царь стал считаться эманацией божественного существа, потому что Брахма создает царя из субстанции восьми высших богов-стражей мира, и они все живут в нём, охраняя его от всякой нечистоты. «Царь, – говорится в Законах Ману, – составлен из вечных частей высочайших богов, поэтому он выше всех смертных величием. Подобно солнцу ослепляет от глаза и сердца, никто не может выносить его взгляда. Он – огонь и воздух, солнце и луна, властитель справедливости, владыка богатства, вод и тверди небесной. С царем, даже если он – дитя, нельзя обращаться без благоговения, как с простым человеком, потому что он – могущественное божество, явившееся в человеческом образе. Огонь пожирает того лишь одного, кто приближается к нему неосторожно, а гнев царя пожирает всю семью и все имущество семьи». Соответственно этому представлению о царе, как о наместнике божества на земле и о монархии, как об отблеске небесного порядка, Законы Ману приписывают царю все атрибуты, все качества и силы высших богов. «Он обладает блеском и величием бога солнца, изливает обилие благ на человечество; но как Сурья восемь месяцев извлекает своими лучами влагу из земли, так и царь имеет право извлекать законные подати от своих подданных». Как боги Яма, Варуна и Агни награждают благочестивых и справедливых сковывают злодеев и грешников цепями, предают их смерти и погибели, так и царь, верховный судья, источник правосудия, должен быть для подданных «владыкой справедливости» и наказывать преступников. Как свет и воздух, он должен проницать все; но и должен так же, как луна, радовать сердца кротким светом, и как бог богатства изливать обилие своих милостей на смертных.

Брахманы усиленно старались соединить престол самою тесною связью с церковью. В Законах Ману освятили абсолютную власть царя авторитетом религии, непрерывно убеждали народ в её необходимости, называли пассивное повиновение земному владыке божественною заповедью. За свою помощь царской власти они были освобождены от платежа подати со своих земель и получили высокое положение в государстве: администрация и судебная власть были в их руках, они руководили царём в его решениях и действиях, и приобрели своему учению могущественное покровительство царей, понимавших, что их власть основана на веровании народа. Таким образом, основанное на Законах Ману индийское государство было теократией, опирающеюся на светскую власть, или деспотизмом, основанным на теократии. Религиозный характер деспотизма делал его менее тираническим, нежели он был бы,опираясь на войско. Брахманы непрерывно внушали царям, что их обязанность – править кротко и справедливо, называли отцовское милосердие к народу прекраснейшею добродетелью царя. В Законах Ману они уподобляют отношение царя к стране браку, – сравнение означающее, что царь имеет нравственные обязанности относительно народа, что народ не бесправен. Чтобы царь знал, как ему поступать брахманы внушали ему, что религия возлагает на него обязанность принимать решения после совещания с брахманом, хорошо знающим Веды, и вершить дела сообразно с мнением этого советника.

Законы Ману показывают, что абсолютная власть царя (Раджи) уже достигла тогда полного развития, но еще уцелели некоторые остатки прежнего общинного и племенного быта. Давая царю советы о том, какими способами он может обезопасить себя от злоумышлений, которые бывали и в индийских, как во всех других восточных деспотических государствах, и от неожиданного нападения неприятелей, Законы Ману говорят, что он должен избрать своею резиденцией место, находящееся в области верного, преданного ему племени, малодоступном, защищенном лесами или пустынею, должен укрепить свой дворец рвами, стенами, и что стражею во дворце должны быть надежные люди «малого духа», получающие хорошее жалованье. Есть в Законах Ману и явные следы того, что еще оставались тогда древние индийские товарищества с самостоятельной администрацией, что еще уцелело первобытное свободное общинное устройство деревень. Еще сохранились семейные и родовые союзы, глубоко коренившиеся в индийском народном характере. Их существованием облегчалось сохранение древних религиозных обрядов, преданий и юридических обычаев. Эти союзы являются в Законах Ману действующими при общественных похоронах, приеме молодого «двиджи» (дваждырожденного) в касту возложением священного шнура, при исключении нечистого из касты выливанием воды из кружки, и при других церемониях; оставались даже цехи ремесленников, купцов и другие корпорации, которые вообще парализует и уничтожает деспотизм.

Делами религии заведовали исключительно брахманы; поэтому царь управлял только администрацией, судебной частью и войском. Законы Ману, данные людям богом, не могли нуждаться в улучшениях, поэтому ни царь, ни нация не имели законодательной власти. Правительство должно было только наблюдать за исполнением законов.

 

Индийское государство в Законах Ману

Правительство. Правительство индийского государства – это, по Законам Ману, царь, которому помогает царский совет, состоящий из семи или восьми членов. Они должны быть мудрые люди хорошего происхождения и безупречной жизни, знающие закон и опытные в военном деле. Законы Ману говорят: царь должен советоваться с ними обо всем, сначала порознь, а потом со всеми вместе. Посоветовавшись, пусть он поступает, как ему кажется лучше. О важных делах он непременно должен советоваться с мудрым брахманом, и каждое утро должен слушать наставление брахмана, хорошо знающего Веды.

 

 

Община. Основание государственной жизни в Индии, никогда не достигавшей до такой полной централизации, как другие восточные деспотии, образует деревенская община. Из Законов Ману явствует, что она, тесно сплоченная внутри и замкнутая от всего внешнего, бесшумно ведет деятельную, самостоятельную жизнь под управлением начальников и при содействии слуг – судей, смотрителей за водой, полевых сторожей и проч. – избираемых ею самою и получающих от неё содержание. Она мало интересуется и государством и другимиобщинами. Правительство и законодательство тоже мало вмешиваются в её дела. Десять общин образуют, согласно Законам Ману, волость, десять волостей или сто общин – кантон, десять кантонов – округ и т. д. Этому делению соответствует и распределение власти между начальниками (пати – то есть, господами) по степеням чиноначальства от царского наместника до деревенского старшины. Жалованье составляли произведения участка земли, величина которого соответствовала степени высоты должности. При бесправности народа перед правительством было много произвола, притеснений, пристрастия, подати бывали обременительны, чиновники обирали народ, – словом, были все пороки и недостатки бюрократии, это мы видим по множеству жалоб на несправедливость правителей.

Подати взимались не с отдельных лиц, а с общины и поглощали больше половины продукта земли; они не употреблялись, как в Китае, на устройство дорог, мостов, каналов и другие общеполезные дела, а поступали в личную собственность царя, его чиновников и слуг, или назначались на расходы культа и содержание духовенства. Индиец жил в своей общине, как завернувшись в кокон, и мало думал о государственных делах. Только те дороги, которые вели к святым местам, были хорошо устроены и снабжены домами для отдыха.

Полиция. Законы Ману показывают нам, что в своей заботливости о порядке индийские цари дали широкое развитие полицейскому надзору. Начальники округов должны были охранять общественную безопасность, целость межевых знаков, общинную собственность; у них были подчиненные, надзиравшие за мелочной торговлей, определявшие рыночную цену съестных припасов, проверявшие правильность весов и мер и т. д. Была и тайная полиция, имевшая шпионов и доносчиков. Пьянство и игра, склонность к которой была сильна у индийцев, были очень строго запрещены заповедями религии, назначавшими за них адские кары и подвиги покаяния. Законы Ману очень настойчиво требуют, чтобы правительство преследовало эти пороки, наказывало содержателей игорных и питейных домов. Волнение души, производимое опьяняющими напитками, игрой в кости и в шахматы, было греховно, по индийским понятиям о добродетели и душевном спокойствии.

Подати, доходы царя. Многосложная администрация, расточительное великолепие царского двора и роскошные наряды цариц, содержание войска и великолепного культа – все это вместе требовало больших расходов, поэтому подати неизбежно были обременительны. Всякая собственность, все продукты были обложены податью и во многих царствах подати часто бывали велики до разорительности. Со всех произведений сельского хозяйства взимался налог, простиравшейся до четвертой доли жатвы; на торговле тоже лежали пошлины и акцизы всяческого рода; между прочим, была пошлина за перевозку товаров. Ремесленники, поденщики, слуги должны были бесплатно работать один день в месяц на царя. Кроме того царь, согласно Законам Ману, мог присваивать себе исключительное право производить известные товары или торговать ими, мог брать себе половину дохода от рудников и от приисков драгоценных камней или совсем делать их своей монополией. Кажется, что была и подушная подать. Никто – в особенности, из купцов – не мог являться к царю без подарка. Обременительные налоги, разные вымогательства, обсчёты, несправедливости с которыми обыкновенно соединено взимание налогов в деспотических государствах, так тяжко угнетали народ, что он, при дивном богатстве природы и плодородии почвы, постоянно жил в нужде и горе. Законы Ману советуют царю брать пример с пиявки, сосущей кровь понемножку, и взимать подати частыми маленькими долями; сравнение это годится быть и характеристикою методического высасывания всех соков из народа. «Страна все равно, что зерно сезама, – говорится в Законах Ману. – Оно не дает из себя масла, пока его не выжмешь, не изрежешь, не выжжешь или не истолчешь». Только с ученых брахманов царь не должен брать никаких податей, потому что они, говорит знаменитый индийский драматург Калидаса, уплачивают свою долю жатвы молитвами за царя.

Суд. Законы Ману придают величайшую важность тому, чтобы суд был хорошим. Они говорят, что первая обязанность царя – справедливость; под справедливостью они понимают главным образом уголовное правосудие. Вероучением брахманов и деспотическою формою правления была отнята у людей всякая самостоятельность, всякая сила воли, на народ было наложено иго робости и страха, так что никто не мог сам защитить себя. Следовательно, надо было поддерживать божественный порядок строгими наказаниями его нарушителям. Потому за всякое преступление против власти, за всякий проступок против царя и начальства Законы Ману назначают смертную казнь. Общественный порядок и, в особенности, священные законы иерархии каст тоже охранялись от нечестивых нарушений угрозами очень тяжелых наказаний. Совершать уголовный суд с неумолимою строгостью – самая важная часть царской власти. В теократических Законах Ману заметно стремление сделать царя исполнителем постановлений духовенства. «В Законах Ману, – говорит Болен, – сословие брахманов является во всем своем грозном величии, человечество должно исчезнуть перед ним, всевластным наместником божества. Справедливо лишь то, что согласно с теологиею. Всякое преступление – преступление против божества. Понятия о праве и о добродетели совершенно сливаются с понятием о набожности». Страх небесных и земных наказаний должен удерживать человечество на предписанном пути и делать его безропотно несущим иго духовенства. Потому Законами Ману на царя возлагается, как заповедь религии, обязанность беспощадно карать всякое преступление. Установленное наказание должно быть исполнено без внимания к побуждениям преступника, к обстоятельствам, облегчающим или усиливающим его вину. «Наказание – могучий властитель, мудрый исполнитель закона, – говорят Законы Ману. – Наказание правит человеческим родом; только наказание хранит его. Наказание бодрствует, когда всё спит, наказание – справедливость. Если царь не будет неутомимо заботиться о наказании виновного, то сильный изжарит слабого, как рыбу на вертеле, человек из самой низкой касты займет место самого высокого. Только там, где черное красноглазое наказание уничтожает преступника, люди живут без опасенья. Человека, который по природе поступал бы хорошо, едва ли можно найти». Потому правосудие состоит главным образом в исполнении уголовных законов. И чтобы царь не склонялся по милосердию к пощаде, Законы Ману говорят, что неумолимое исполнение уголовных законов составляет такую заслугу, за которую боги дают счастье на земле и награду на небе: «Подавлением злых и охранением добрых очищается царь, как брахман жертвоприношением. Его царство тогда процветает, как постоянно поливаемое дерево». За оборону добрых строгим охранением священного порядка, царю вменяется в заслугу перед богами часть их заслуг; а слабым или несправедливым исполнением законов о наказаниях он навлекает на себя часть вины в происходящем от того зле, и казнится за это зло в настоящей и в будущей жизни.

Суд, по Законам Ману, должен производиться или самим царем или назначенными им судьями; но у судьи должны быть советники – брахманы, сведущие в законах и опытные люди. Судья должен призвать помощь богов к открытию истины, внимательно следить за ходом судебных прений, наблюдая, как держит себя обвиняемый; он должен выслушивать свидетельские показания безукоризненных людей, в сомнительных случаях требовать присяги, даже обращаться к суду божию, испытанию огнем и водою. Вообще свидетели, согласно Законам Ману, должны быть одной касты с обвиняемым; но допускались исключения. От женщин принимались показания только о женщинах, от шудр только о шудрах. За клятвопреступление и лжесвидетельство Законы Ману определяли очень тяжелые земные и небесные наказания, падавшие не на одних только виновных, но и на родных виновного, и на весь его род. Обычай узнавать истину посредством суда Божия, очень гармонировавший с расположением индийцев к чудесному и с их убеждением, что божество непосредственно вмешивается в человеческие дела, все усиливался с течением времени. Суд вёлся по поручению царя; поэтому каждую просьбу можно было приносить прямо царю и можно было апеллировать к нему от решений всех других судей. Он имел и право помилования. Судьями, своими наместниками, царь должен назначать если не брахманов, то лишь людей из дваждырожденных. Страна, где судьей был бы шудра, походила бы на корову, попавшую в болото.

 

Уголовные наказания в Законах Ману

При всей кротости характера индийцев, считавших за тяжкий грех убить какое-нибудь живое существо, уголовное уложение их написано кровью. В нём господствует jus talionis, принцип строжайшего возмездия: «око за око и зуб за зуб». Позорящих наказаний, имеющих важность только при сознании свободы личности, почти не было в Индии. Употребительна была лишь одна форма их, самая грубая: клеймение лба. С этим обыкновенно соединялось изгнание из касты. Другие уголовные наказания по Законам Ману были: денежный штраф, тюрьма, телесное наказание, отсечение разных частей тела, простая смертная казнь и разные мучительные формы её. По различию каст были различны и наказания. Денежный штраф был тем значительнее, чем выше каста, против которой совершен проступок, и тем меньше, чем выше каста виновного. Только размер вознаграждений за воровство увеличивался по степеням высоты касты похитителя. Наказания за обиды и увечья были в Законах Ману очень различны для разных каст, чтобы внушать низшим благоговение к дваждырождённым. Шудра, оскорбивши дваждырожденного, наказывается отрезанием языка: если он оскорбил словами брахмана, должно быть всунуто в рот ему раскаленное железо; а если он упрекнет брахмана за неисполнение брахманских обязанностей, то ему вливается в рот кипящее масло. Если он ударит брахмана, ему отрубают обе руки; если он плюнет на брахмана, ему отрезают губы и т. д. А провинившееся в таких проступках дваждырожденные наказываются только штрафом, величина которого только изменяется по различию каст. Изнасилование, нарушение супружеской верности, разврат наказываются обыкновенно изувечением в некоторых случаях смертною казнью.

Особенно строги и точно определены в Законах Ману наказания за воровство. Вор должен уплатить вознаграждение, в несколько раз превышающее ценность похищенного, и кроме того, смотря по размерам и характеру своего преступления, подвергается телесному наказанию, или изувечению, или смертной казни посадкою на кол. Для подавления воровства Законы Ману советуют царю иметь тайную полицию пользоваться шпионами. Укрыватель воровства подвергается такому же наказанию, как и вор. За воровство сельских продуктов с полей назначены очень тяжелые наказания. Обман и азартные игры Законы Ману приравнивают к воровству. Смертной казни подвергаются в особенности все виновные в преступлениях против царя или брахманов.

Деспотический престол и тираническое государственное устройство могли рассчитывать на прочность лишь под условием, чтобы господствовал «страх во всех существах», чтобы меч палача постоянно угрожал головам дерзких, которые отважились бы восстать против существующих учреждена. «Кто в помрачении своего ума обнаружит ненависть к царю», – говорят Законы Ману, – или откажет ему в повиновении, должен умереть». Далее: «кто подделает царские повеления, будет вносить раздор между советниками царя, похитит царскую собственность, должен умереть». Виды смертной казни были: отсечение головы мечом или топором, сожжение, утопление, сажание на кол, растаптывание слонами. Палачами были чандалы. Осужденного вели на казнь, разукрасив его, как жертвенное животное; и несколько раз провозглашали, с барабанным боем, приговор. Брахманы не могли подвергаться казни; высшее наказание им было изгнание. – Тюрьмы, по Законам Ману, следовало строить у дорог, чтобы они служили предостережением.

 

Военные и политические обязанности царя по Законам Ману

В Законах Ману есть советы и предписания также относительно обязанностей царя как военачальника и как руководителя внешней политики государства; это тем удивительнее, что интересы брахманов требовали всячески отклонять царя от войн, грозивших опасностью их учреждениям. Но Законы Ману должны были обнимать все стороны государственной и общественной жизни; а войн нельзя было совершенно избежать; потому брахманы ввели их в своё законодательство; это было тем необходимее, что, вероятно, ещё оставались от прежних воинственных времен учреждения и воспоминания, которые брахманы не могли совершенно искоренить. Война в Индии была делом лишь одной, касты и не касалась остального населения; греческие писатели с удивлением рассказывают, что индийский земледелец спокойно пашет свое поле, собирает жатву и садовые плоды, между тем как по соседству идет сражение.

Законы Ману внушают царю, чтоб он делал завоевания, которые ставит царю в такую же заслугу, как охранение государства. Но при замкнутости страны и при отвращении, какое чувствовали арийцы ко всем другим народам, войны можно было вести только в самой Индии; это были войны между государствами одной и той же национальности; потому Законы Ману велят вести войну без жестокостей, человечно. Они прославляют храброго воина, смерть которого в битве ставят наравне с наивысшими жертвоприношениями, предают презрению труса, который бегством из битвы лишает себя всех своих заслуг пред божеством. Но они содержат в себе и постановления о милосердии к побежденным, безоружным, просящим пощады. Законы Ману дают царю расчетливый совет истреблять все запасы, которыми может воспользоваться неприятель, но воспрещают опустошать страну, вырубать деревья, запрещают другие дела военного варварства. Правила Законов Ману о том, как должен царь держать себя относительно врагов, высоко замечательны: они показывают, что политическое коварство, которое теперь называемся макиавеллизмом, было известно уже в глубокой древности. Царь должен накоплять сокровища, постоянно обучать военному искусству своё войско. Но кроме того, он должен смотреть на каждого соседа, как на врага, а соседа своего соседа считать своим другом. Законы Ману советуют царю заботливо скрывать слабые стороны своего государства и выведывать слабые стороны врага. Выведывать их всего успешнее можно посредством шпионов; а шпионами хорошо могут служить «притворные подвижники, порочные отшельники, разорившиеся купцы, не имеющие пропитания поселяне и молодые люди дерзкого и проницательного ума». Также пригодны для этого послы, знатные и умные люди вкрадчивого характера, умеющие дипломатическою тонкостью и ловкостью проникать в планы противников. Очень полезно подкупать для этого влиятельных соратников и высших сановников неприятельского царя, возбуждать раздоры в его царстве, «привлекая на свою сторону родственников этого государя, имеющих притязания на престол, или недовольных, попавших в немилость, сановников». Кроме этого, надо заключать союзы с честолюбивыми соседями противника, жаждущими завоеваний.

Так же расчетливо и ловко придуманы советы, которые Законы Ману дают относительно ведения войны. Царь должен быть примером мужества, смелости, презрения к смерти. Но он должен действовать с величайшей осмотрительностью, должен заранее принимать все меры предосторожности на случай непредвиденных бед; должен стараться достичь своей цели не столько сражениями, исход которых неверен, сколько военными хитростями, искусной стратегией, извлечением пользы из всех обстоятельств, которые могут быть вредны неприятелю. Индийское войско тех времён состояло из пехоты, конницы, боевых колесниц, и слонов, на которых сидели стрелки. Эти отделы армии располагались в том порядке, какой индийцы дали фигурам изобретенной ими шахматной игры. Законы Ману говорят, что при этом надо принимать в соображение характер местности и погоду. Они восхваляют выгоду, доставляемую крепостями. Предпочтение умственных способов действия физическим показывает, что Законы Ману составлены духовенством. Но правила ведения битвы, обещание небесной награды мужественному царю, геройски идущему в бой, упоминание о храбрых кшатриях Брахмаварты и тех земель, где совершались события народного эпоса, совет, что этих кшатриев надо ставить в первом ряду войска, – это следы древних воинственных времен. Есть в Законах Ману правила и о том, как надобно поступать, победив неприятеля, завоевав его землю: «Если царь завоюет какую-нибудь землю, то он должен почтить богов и добродетельных брахманов, раздать подарки и обнародовать такие распоряжения, которыми устранялся бы всякий страх». Над покоренною землею он должен поставить царя, обязанного подчиняться ему, быть его слугою; законы и учреждения покоренной земли он должен оставить неприкосновенными. Это повело к тому, что образовались вассальные государства, платившие дань победителям; вассальные цари при всяком удобном случае пытались выйти из зависимого положения; результатом этого были бесчисленные междоусобные войны, увеличивавшие раздробленность страны, ослаблявшие Индию и облегчавшие иноземцам нашествия на нее.

 

Законы Ману о жизни царей

Царь был центром любого древнеиндийского государства; в его руки сходились все нити общественной жизни; потому естественно, что Законы Ману очень заботятся о его безопасности; забота о ней была тем нужнее, что деспотизм, основанный на страхе, должен был возбуждать враждебные чувства и замыслы. Раб всегда будет пытаться избавиться от насилия, которым скован, хотя бы его попытки и не улучшали его положения. Вся жизнь царя с раннего утра до поры ночного отдыха регламентирована в Законах Ману бесчисленными правилами церемониала и очищения, имевшими двоякую цель: во-первых, ослепить народ блеском царской обстановки, оказываемыми царю почестями держать народ в благоговении к нему; во-вторых, предохранять царя от злоумышленников. Индийские брахманы, персидские и египетские жрецы не хуже советников византийского, испанского и французского дворов понимали, что самый верный способ возвысить величие абсолютного государя – как можно больше удалить его от толпы и окружить формами строгого этикета. И как ни тяготились государи игом стеснительной церемониальности, отнимавшей у них всякую свободу, но подчинялись этой неприятной регламентации, справедливо находя, что она возвышает благоговение к ним и могущество их, ограждает их безопасность.

Согласно Законам Ману, при первом мерцании утра царя должны будить специально назначенные для этого певцы. Он должен омыть все тело; для этого подается ему в золотой посуде вода, в которую положен сандал. Он приносит богам предписанную жертву, и является в полном царском убранстве народу, при пении хора, восхваляющем его.

Все дневные занятия, все обязанности предписаны царю в Законах Ману самыми точными и подробными правилами. Когда он садится есть или проводит время в удовольствиях у своих жён, он должен соблюдать величайшую осторожность, чтоб его не отравили ядом или не поразили кинжалом, и «чтобы не овдовела страна». Когда царь состарится «под желтым зонтиком» и почувствует приближение кончины, Законы Ману советуют ему передать власть сыну и искать смерти в битве или избрать себе смерть от голода, идти в путь к святой горе Меру. Вообще власть переходила к старшему сыну; но при многоженстве, которое Законы Ману дозволяют царю, споры и войны за престол были в Индии частым явлением. Из рассказов Мегасфена и других греческих писателей мы знаем, что цари с величайшею точностью исполняли предписания Законов Ману относительно их образа жизни. Греки говорят, что индийские цари очень богаты золотом и серебром, слонами и стадами, прославляют великолепие их одежд, их уборов из драгоценных камней. Они говорят, что народ в Древней Индии питает глубокое благоговение к царям, падает перед ними на землю, воздает им божеские почести; но рассказывают и о том, что у них приняты предосторожности против злоумышлений. Мегасфен говорит, что личную прислугу царя составляют девушки, купленные у отцов; телохранители и другие воины стоят за дверьми его покоев. Царь не спит днем и считает необходимыми часто переменять комнату, в которой ночует. Он выходит из дворца только, когда идет присутствовать в суде или на торжественном жертвоприношении, отправляется на охоту или на войну. На охоту и на войну его сопровождают женщины, умеющие ездить верхом и сражаться; они едут кругом его на колесницах и на слонах. Кто осмелится проникнуть до них, того они убивают. Во дворце царь тоже был окружен сотнями прислуживавших ему женщин «с глазами, подобными лотосу».

 

Брак и семья в Законах Ману

После постановления о государственном и общественном быте, многочисленнее всего в Законах Ману законы о браке и семье, основе нравственной жизни. В Индии, как в Китае, жениться и иметь детей было священною обязанностью, потому что только сын может приносить жертвы за умершего, избавляющие душу отца из ада. Пользуясь этим верованием народа, жрецы подчинили своей власти брак, освятив его в Законах Ману религиозными формами. У индийцев на Инде, как и у других патриархальных народов, дочь была собственностью отца, и жених покупал у него невесту. Обыкновенной платой была пара волов. Под влиянием жрецов, этот обычай изменился: плата отцу превратилась в дар брахманам на совершение жертвы. Чтобы упрочить свою силу, они стали учить в Законах Ману, что счастье и плодородие брака обусловливается формою его заключения. Если невеста куплена женихом, или похищена им, или если брак заключен только по взаимной склонности, то брачная жизнь бывает несчастна. По Законам Ману, бог благословляет счастьем только те браки, которые заключаются по предписанной форме, при содействии брахманов. Но ещё и во времена греческих писателей оставался у некоторых индийских племен обычай, что когда бедных людей дочь становилась девушкой, её вели продавать на рынок. Рядом шли музыканты, игравшие на рогах, сделанных из раковин, и бившие в литавры. Обряд бракосочетания совершался перед алтарем, убранным цветами; жених и невеста, взявшись за руки, несколько раз обходили вокруг него. Обряд был многосложною церемонией, приносилась жертва, читались молитвы.

В Законах Ману много советов и постановлений о том, как надо выбирать невесту, в каких степенях родства брак недозволителен, по каким причинам допускается расторжение брака, и муж может прогнать жену. Но из всего ясно, что брак у индийцев не имел такого высокого нравственного значения, как у других культурных народов; женщина считалась пассивной нивой, цену которой придает только оплодотворяющее семя. Законы Ману о браке заботились не столько о нравственности семейного быта, сколько об охранении кастового устройства и прав наследства; они не воспрещали многоженства, а только определяли возникающие из него права и отношения, решая все вопросы в смысле, благоприятном упрочению кастового устройства. Законы Ману прославляли единоженство, но дозволяли иметь кроме главной жены второстепенных жен и наложниц, детям которых предоставляли меньше прав, чем детям главной жены. Соблазнить чужую жену было преступлением лишь в том случае, если человек из низшей касты соблазнял жену человека высшей касты: брахман и кшатрий наказывались за связь с чужою женою только денежным штрафом, вайшья – потерей имущества, шудра – смертью. Изменившая жена подвергалась наказанию более тяжелому, чем её соблазнитель.

Главною целью брака в Законах Ману выставляется приобретение потомства. «В сыне должен возродиться из утробы матери отец», как из Брахмы произошел мир. Если муж умирал бездетным, на его брате или другом ближайшем родственнике лежала обязанность сожительства с его вдовою, чтоб она родила наследника умершему. Этот обычай, существовавший также у евреев, и называющийся в науке левиратом, повел в Индии к возникновению многомужества, следы которого находятся уже в Махабхарате. Драупади была общей женой всех пяти сыновей Панду. – Бесплодие жены давало мужу право развестись с нею, или отдавать другим женам предпочтение перед нею. Законы Ману заботятся о поддержании важности рода; с этой целью они назначают старшему сыну более значительную долю наследства, чем другим и стремятся ограничить раздробление родового имущества правилами, не дозволяющими делить наследство на слишком много долей.

 

Положение женщин по Законам Ману

В Индии, как на всем Востоке, жена была поставлена в полнейшую подчиненность мужу, и свобода её была очень ограничена. Закон Ману никогда не признавал женщину самостоятельным лицом; потому она не могла иметь своего имущества. До брака, она находилась под властью отца или брата; после вступления в брак – под властью мужа; после смерти мужа, под властью своих сыновей или ближайших родственников. Жена и в умственном отношении была вообще ниже мужа, как это само собой ясно из разницы между её и его летами: «Тридцатилетний мужчина должен жениться на двенадцатилетней девушке, а 24-летний – на восьмилетней», – говорят Законы Ману. – «Младший сын не должен жениться раньше старшего, младшую дочь не следует выдавать замуж раньше старшей». – Жена обязана быть предана и послушна мужу. «Жена должна, – говорят Законы Ману, – почтительно служить мужу всю жизнь и сохранять преданность ему и после его смерти. И если муж держит себя дурно и обращает свою любовь на других женщин, добродетельная жена все-таки должна чтить его, как бога. Жена не должна делать ничего неприятного мужу, ни при жизни его, ни после смерти. Она даже должна охотно пожертвовать свою жизнью, когда того требует его благо. – Кроме любви к мужу и верности ему, Законы Ману ставят в обязанность жене быть строго нравственной, хорошо вести домашнее хозяйство и быть веселой. Если она сохраняет чистоту тела, мыслей и поступков, если она богиня счастья и радости для своего мужа и сохранит верность ему после его смерти, то она соединится с ним на небе. А если она нарушит верность и правила скромности, то должна ожидать себе в настоящей жизни стыда, а после смерти – возрождения в теле низкого животного. Но и мужу в Законах Ману строго внушается, что он должен уважать жену и быть нежен к ней. Он должен делать ей подарки, чтоб она наряжалась и нравилась ему. Если муж не уважает или огорчает жену, брак останется бездетным, огонь их очага скоро угасится их смертью, и дом подвергнется проклятию, весь разрушится.

Несмотря на многоженство и слишком грубое юридическое определение в Законах Ману цели брака, положение женщины в Индии не было унизительно, по крайней мере, в древние времена. Женщины молились вместе с мужчинами в храмах, не были устранены от мужского общества; напротив, мужчины и женщины собирались вместе, женщины не носили покрывал. В индийской поэзии много примеров нежной супружеской любви, много благородных женских характеров. В Рамаяне девушки, прекрасно одетые, прогуливаются в вечерней прохладе по рощам Айодхьи, бывают на праздниках, участвуют в процессиях, Сита следует за Рамой в пустыню леса; Дамаянти в скудной одежде делит с Налем изгнание и нищету. – Но чтобы свободное участие женщин в мужском обществе не вело к злоупотреблениям, Законы Ману вводят строгие наказания для охранения целомудрия девушек и замужних женщин. За попытку соблазнить женщину, даже за прикосновение рукою к женщине виновный подвергался тяжелому наказанию. Если жена умирала раньше мужа, он должен был угасить священный пламень своего очага. Но он мог вступить во второй брак, и огонь на очаге снова зажигался. А если муж умирал раньше жены, она не могла снова выйти замуж. – «Вдова не должна даже произносить имени другого мужчины, – говорят Законы Ману. – Вдова, сохранившая совершенное целомудрие, идет после смерти прямо на небо, а вдова, которая по желанию иметь детей, стала неверна памяти мужа, подвергается презрению здесь и не допускается в небесное жилище, где витает её муж». Вдова должна жить до самой своей смерти просто, целомудренно и уединенно.

Самосожжение вдов, получившее в позднейшие века такое широкое, трагическое развитие, Законам Ману ещё совершенно неизвестно. Но во время Александра Македонского оно уже было обычаем. Оно всегда считалось добровольным делом женской любви и ограничивалось двумя высшими кастами. Верование, что оно даёт спасение душе, и общественное презрение к вдове, не хотевшей подвергнуть себя сожжению, дали этому ужасному обычаю такую широту и прочность, что он и до сих пор совершенно не искоренен. В первые времена владычества в Индии англичан каждый год бывало, как полагают, до 30 тысяч женщин, добровольно предававших себя сожжению. Этот священный обычай, следы которого не видны в Законах Ману, но находятся уже в индийском эпосе, составляет логический вывод из учения, что жена безусловно принадлежит мужу, обязана иметь вечную любовь, вечную преданность, и что умерщвление своего тела, самоуничтожение – богоугодное дело. Призывая богов, вдова, нарядная и благоухающая косметическим маслом, всходила на костер; сын её или ближайший родственник зажигал костер. Она обнимала тело мужа, говорила что приносит себя в жертву искупления грехов его, и без всякого выражения боли выносила мучения огненной смерти, чтобы войти с мужем в блаженство рая, где их ждут предки.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.