Ней Мишель, герцог Эльхингенский, князь Московский – наполеоновский маршал. Он родился в 1769 г. Отец Мишеля Нея, отставной солдат, бочар по ремеслу, поместил сына писцом к нотариусу, но эта служба была юноше не по душе, и в 1788 г. он отправился в Мец, где поступил рядовым в гусарский полк. Способности Нея к военному делу быстро сказались; он скоро прошел все низшие чины, но дальнейшее его повышение само собою остановилось, так как во французской армии того времени лица низкого происхождения не могли идти дальше известного чина. Это крайне обижало самолюбие Нея, и начавшаяся в 1789 революция нашла в нем деятельного сторонника.

Во время Революционных войн, в 1794 г., в чине капитана, Мишель Ней получил от генерала Клебера, пораженного его храбростью и хладнокровием, отряд в 500 человек для открытия партизанских действий против австрийцев. Действия Нея были столь энергичны, что ему дали в армии прозвище «Ней Неутомимый». Продолжая участвовать во всех войнах этого периода, Ней за свои выдающиеся заслуги в 1796 г. был произведён в бригадные генералы. В 1797 г., во главе отряда гусар, при Нейвиде он произвел ряд великолепных атак, которые способствовали полному поражению австрийцев. 22 апреля того же года, преследуя австрийцев по дороге на Гизен, Ней слишком увлекся вперед, и когда под ним убили лошадь, оказался среди противников. После жаркой схватки, в которой Ней отбивался обломком своей сабли, он был взят в плен. Вскоре, однако, произошел обмен пленных, и Ней вернулся к своей бригаде.

Маршал Ней

Маршал Мишель Ней

 

В 1799 г., получив приказание Бернадота завладеть Мангеймом, Мишель Ней ворвался в город с 150 смельчаками и объявил его взятым. За этот лихой набег он получил в командование дивизию в Дунайской армии Массены и совершил ряд новых подвигов, причем получил 2 раны. Оправившись от ран, Ней отправился в Рейнскую армию и получил под Мангеймом ещё 2 раны. Далее Ней содействовал победе Массены при Цюрихе.

В 1800 г. в битве при Гогенлиндене Ней изумительной атакой завладел 10 орудиями и 10 тысячами пленных. По заключении Люневильского мира Ней вернулся в Париж и здесь женился на одной из подруг жены Бонапарта, что сблизило его с первым консулом. Наполеон-император осыпал Нея милостями: он получил маршальский жезл, большой крест ордена Почетного Легиона и звание шефа 7-ой когорты этого ордена.

Кампания 1805 г. дала маршалу Нею новые лавры. Во главе VI корпуса он перешел Рейн, разбил герцога Фердинанда при Гундтбурге и взял неприступные позиции Эльхингена, следствием чего явилась капитуляция австрийцев при Ульме. После этого Ней углубился в Тироль, сметая все со своего пути.

В кампании 1806 г. маршал Ней отличился при Иене и Эрфурте и после 24-часовой осады взял Магдебург с 800 орудиями и 23 тысячи пленных. Из последующих сражений этой кампании Ней наиболее отличился при Прейсиш-Эйлау и Фридланде. Солдаты VI корпуса, обожавшие Нея, прозвали его за эту кампанию «красным львом» (Ней был рыжим), а Наполеон пожаловал ему титул герцога Эльхингенского. Посланный на театр испанской войны Наполеона, Ней везде добивался успехов, но, разойдясь во взглядах с командующим армией Массеной, был смещен последним с должности и вернулся в Париж.

В кампании 1812 года маршал Ней командовал III корпусом: после сражения под Смоленском, в котором Ней был ранен пулей в шею, он советовал Наполеону не углубляться в Россию зимой, но его совет не был принят. При Бородино Ней командовал центром французов. За его упорные атаки в этой битве Наполеон пожаловал его титулом князя Московского. Во время отступления Великой Армии маршал Ней превзошел всех своим мужеством и энергией. Под Красным арьергард, которым он командовал, был отрезан от главных сил. Все считали Нея погибшим. Однако, он ночью кружными путями, побросав артиллерию, под непрерывными атаками казаков Платова совершил усиленный марш и в Орше присоединился к Наполеону. Чтобы ободрить солдат, Ней, несмотря на свой маршальский титул, шел пешком с ружьем в руках, как простой рядовой. После того как Наполеон, а затем и Мюрат, покинули Великую Армию, Ней принял командование ею и вывел жалкие остатки её из России.

В кампании 1813 г. маршал Ней отличился при Люцене и Бауцене: в первом сражении он был вновь ранен. Далее Ней сражался под Дрезденом и Лейпцигом и потерпел неудачу от Бернадота под Денневицем. При движении союзников к Парижу Ней старался всюду преградить путь неприятелю; успехи его были несомненны, но капитуляция Парижа прекратила его геройское сопротивление.

После восстановления на троне Бурбонов маршал Ней объявил себя сторонником нового режима. Людовик XVIII дал Нею звание пэра, приблизил его ко двору и окружил почетом и ласками. Вследствие разных неприятностей Ней покинул двор и удалился от дел. Когда Наполеон бежал (1815) с острова Эльбы и высадился на материк, Людовик XVIII назначил Нея начальником армии, долженствовавшей остановить Бонапарта. Прощаясь с Людовиком, Ней поцеловал его руку и сказал, что самый счастливый его день будет тот, в который он докажет королю свою преданность. Тем не менее, через месяц после этих слов Ней уже был в рядах Бонапарта. Измена маршала Нея произошла не вследствие вероломства его характера, а скорее от отсутствия такового. Нея увлекли его сподвижники, и измена его Бурбонам во время Ста дней Наполеона явилась для самого Нея неожиданностью. В битве при Ватерлоо Ней искал смерти: под ним было убито 5 лошадей, но он сам остался невредим.

После вторичного отречения Бонапарта Талейран и Фуше снабдили Нея паспортом для проезда в Швейцарию. Но он так долго пользовался гостеприимством своего друга Орильяка в замке Bessoins, что наконец был узнан и арестован. Вновь вернувшиеся на французский трон Бурбоны хотели предать Нея военному суду под председательством маршала Монсея. Но этот самый старый из наполеоновских маршалов так решительно отказался от такого поручения, что был уволен от должности и был осужден на трехмесячное заключение в тюрьме. И другие члены суда, большей частью принадлежавшие к числу боевых товарищей Нея, не обнаруживали готовности принимать участие в постановлении приговора над «храбрейшим из храбрых». Они заявили, что это дело должно быть передано на рассмотрение палаты пэров. Так и было сделано.

В течение нескольких недель общее внимание Франции было сосредоточено на образе действий палаты пэров превратившейся в судебное учреждение. Главным свидетелем в процессе маршала Нея был генерал Бурмон, покинувший знамя Наполеона незадолго до сражения при Линьи (1815). Защитники Нея тщетно ссылались на прежде заключенную в Сен-Клу конвенцию, по которой никого не следовало подвергать преследованию за прежнюю политическую деятельность или за политические убеждения. К английскому главнокомандующему, герцогу Веллингтону, подписавшемуся под этой конвенцией, тщетно обращались и его соотечественники, и жена маршала Нея с просьбами внять требованиям чести и человеколюбия, и не допустить, чтоб в трагической мировой драме было покрыто позором английское имя. Лорд Веллингтон остался столько же недоступным для всяких ходатайств, сколько король Людовик XVIII оставался равнодушным в виду стоявших перед ним на коленях женщин. Беспощадная злоба роялистов, обнаружившаяся даже в обвинительной речи президента министерства Ришельё, требовала смерти полководца, увеличившего военную славу Франции столькими военными подвигами. Ней сам с негодованием отверг уловку своего защитника пытавшегося доказать, что маршал не может подвергаться обвинению в измене, ибо его уже нельзя считать французом: Саарлуи, где родился Ней, в соответствии с новыми европейскими границами перестал принадлежать Франции. Ней сказал, что желает жить и умереть французом.

Тогда состоялся обвинительный приговор палаты пэров: сто двадцать восемь голосов были поданы за смертную казнь, семнадцать за ссылку. Этим приговором палата наложила на себя такое позорное пятно, которого никогда не была в состоянии смыть, а расстрел Нея подле садовой стены люксембургского дворца (7 декабря 1815) наложил пятно на имя Веллингтона. Геройский маршал кончил жизнь сорока шести лет. Ней умер красиво и благородно, не позволив завязать себе глаз и сам подав команду для стрельбы. Между приближенными Наполеона это была одна из самых симпатичных личностей военного звания. Нею можно было сделать только один упрёк, – что он не покинул своего старого военного начальника в минуту опасности.

7 декабря 1853 г., в день казни маршала, в саду Люксембургского дворца, на том месте, где пал «храбрейший из храбрых», Нею был воздвигнут памятник.

Как военачальнику, Нею приписывают замечательные способности в тактике и отсутствие таковых в стратегии.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.