Стихи Горация

Квинт Гораций Флакк (65-8 гг. до Р. Х.) – поэт официального направления принципата Октавиана Августа. В начале своего жизненного пути был на стороне республиканцев, сражался в битве при Филиппах в легионах Брута, но после его поражения, возвратившись в Рим, изменил свою политическую ориентацию и стал сторонником Августа. Произведения Горация воспевают деяния этого императора.

Поэт Гораций

Гораций. Картина Дж. де Кирико, XIX век

 

Гораций писал  «Эподы», «Сатиры», «Оды» и «Послания».

 

Гораций – «Эподы»

См. также статью Гораций «Эподы» – краткое содержание

«Эподы» («Припевы») – сборник стихотворений, написанных ямбическим размером. В этих своих произведениях Гораций ориентируется на древнегреческого лирика Архилоха. В сборнике 17 эподов. В них звучат темы современной поэту римской действительности. Большинство эподов имеют характер личной инвективы, но с ориентацией на разоблачение отдельных моментов социальной действительности.

 

 

В эподе IV Гораций нападает на какого-то выскочку-вольноотпущенника (имя не называется), который благодаря своему богатству, «как видный всадник в первых рядах сидит» (стих 35); с гневом обрушивается поэт на распространенное в то время колдовство, клеймя старух, занимающихся этим ремеслом (нарицательное имя колдуньи Канидия) – эподы III, V, XII. В эподе V говорится об убийстве колдуньями мальчика с целью приготовить из его внутренностей «приворотное зелье». Гораций обращается к ним с угрозами:

 

«Всех вас, старухи мерзкие, каменьями
Побьет толпа на улице,
А трупы волки растерзают хищные
И птицы эсквилинские»
(эпод V, стихи 97 – 100; пер. Ф. А. Петровского).

 

С большой силой прозвучал мотив осуждения гражданских войн, потрясающих Рим и расшатывающих его былое могущество (эподы VII и XVI). Эпод VII, обращенный к римскому народу, начинается словами:

 

«Куда, куда вы валите, преступные,
Мечи в безумьи выхватив?!
Неужто мало и полей и волн морских
Залито кровью римскою?..»
(эпод VII, стихи 1–4; пер. А. Семенова-Тян-Шанского).

 

В эподе XVI, написанном в 40 г. до н. э. – за десять лет до выхода всего сборника, Гораций говорит о пагубных последствиях гражданских войн, о том, что Рим обрекает себя на самоубийственную гибель:

 

«Вот уже два поколенья томятся гражданской войною,
И Рим своей же силой разрушается...»
(эпод XVI, стихи 1–2; пер. А. Семенова-Тян-Шанского)

 

Поэт не видит выхода из создавшегося положения, он с упоением воспевает прекрасную жизнь на «блаженных островах», призывая своих соотечественников бежать на эти острова, которые еще не затронуты общим крушением. Но ответа на поставленный самим же поэтом вопрос о местонахождении сказочных счастливых островов в этом (XVI) эподе нет. Таким образом, «блаженные острова» – лишь несбыточная мечта. А после битвы при Акции в эподе IX, обращенном к Меценату, Гораций, осмеяв Антония за его подчинение Клеопатре, впервые прославляет принцепса. Это единственный из эподов, где поэт высказывает свою позитивную точку зрения и выражает положительное отношение к политическому деятелю. Что касается первого эпода (по местоположению в сборнике), то его следует выделить особо по программным мотивам, высказанным Горацием относительно своей жизненной позиции, и отношению к Октавиану Августу и Меценату. Стихотворение является последним из эподов по времени создания. Адресат этого произведения – покровитель поэта Меценат, о преданности которому и заявляет Гораций:

 

«И в этот, и во всякий я готов поход,
надеясь на любовь твою,
И вовсе не в надежде, что удастся мне
Побольше впрячь волов в плуги...»
(эпод I, стихи 23–26, пер. Н. Гинцбурга).

 

Близок к Архилоху по характеру нападок эпод X, адресованный литературному врагу Горация – поэту Мевию. Характер эпода пародийный, построен в духе распространенных в эллинистической литературе напутствий с пожеланием доброго пути. Однако не удач, а всяческих бед желает Гораций Мевию в пути, при этом адресат наделяется всякими оскорбительными именами:

 

«Тогда козел блудливый вместе с овцами
Да будет бурям жертвою!»
(эпод X, стихи 23–24; пер. Н. Гинцбурга).

 

В сборнике есть эподы с лирической тематикой – это эподы XI, XIII–XV. В них встречаются иронические и пародийные моменты, но резких нападок и обличений нет. В эподе XI пародируется сентиментальная любовная элегия. В эподе XIII, обращаясь к друзьям, поэт призывает, несмотря на тяжкие обстоятельства, «урвать часок, что послан случаем», ведь вино и песни спасают от тяжкой скорби. В эподе XIV, оправдываясь перед Меценатом в своем «вялом бездействии», Гораций подтверждает, что «давно уже обещал отделать песнь начисто», но ссылается на увлечение «рабыней Фриной» и в иронической форме говорит о силе любовных увлечений. В эподе XV, адресованном к женщине по имени Неэра, укоряет ее за измену и говорит о том, что будет возмездие – Флакк найдет себе другую, более достойную и тогда: «смеяться будет мой черед».

 

Гораций – «Сатиры»

См. также статью Гораций «Сатиры» – краткое содержание

Другая важная часть произведений Горация – «Сатиры» – представлена двумя сборниками: первый содержит 10 сатир, второй – 8. В сатирах поэт обращается к морально-философской тематике. Критикуя определенные человеческие пороки и недостатки, Гораций высказывает свои жизненные принципы. Главный принцип «довольства малым», основанный на философии Эпикура, выливается в проповедь сельской жизни на лоне природы, вдали от волнений городской суеты. Проблема личного счастья связана с философией умеренности, примером которой Гораций считает собственную жизнь; он довольствуется тихой жизнью в имении, подаренном ему Меценатом, где его обслуживает всего несколько рабов, и плодами земли своего имения.

Гораций и Меценат

Гораций читает свои сатиры Меценату. Картина Ф. Бронникова, 1863

 

Эта «философия умеренности» была своеобразной формой принятия режима Августа широкими кругами знати и самим поэтом, позволяющей им сохранять иллюзию независимости и свободы. Вместе с тем в сатирах Гораций не создает положительного идеала, хотя достаточно отчетливо показывает, как не надо жить. Порицая пороки и недостатки отдельных лиц, Гораций в своих произведениях избегает слишком резкой критики. Его сатира имеет характер проповеди добродетели и мудрости, она лишена резкости и обличительной силы. В ряде сатир (кн. I, сатиры 4, 10; кн. II, сатиры 1, 3) затрагиваются вопросы литературной теории. Полемическая часть этих произведений в большей степени связана с именем предшественника Горация в данном жанре – поэта Луцилия:

 

«Да, я, конечно, сказал, что стихи у Луцилия грубы,
Что без порядка бегут они. Кто же, бессмысленный, будет
В этом его защищать? Однако на той же странице
Я же его и хвалил: за едкую соль его шуток.
Эта заслуга – за ним, но другие признать не могу я»
(кн. I, сатира 1, стих 10; пер. М. Дмитриева).

 

Действительно, в сатирах Горация нет «едкой соли» Луцилия, дерзавшего на острые политические обличенья. Гораций обвиняет Луцилия в том, что сатиры его текут «мутным потоком», имея в виду поспешность в поэтической работе, которая приводила к недостаточной отделке стиха. Сам Гораций стремится к логичности в изложении мысли и изяществу в отделке своих произведений. Но Гораций признает заслуги Луцилия и называет его «изобретателем» жанра сатиры.

 

Гораций – «Оды»

См. также статью Гораций «Оды» – краткое содержание

Наибольшую славу принесли Горацию его «Оды» («Песни») – сборник лирических стихотворений, состоящий из четырех книг. В этих произведениях Гораций ориентируется на знаменитых греческих поэтов: Алкея, Сапфо, Анакреонта. Воспринимая лучшие их традиции, адаптируя их стихотворные размеры, используя достижения предшествующей римской поэзии, Гораций достигает вершины совершенства римской лирики.

 

 

Тематика горациевых од разнообразна: это и дружеские послания, и философские размышления, и гимны богам, любовная и гражданская лирика. Первая книга открывается стихотворением, где Гораций говорит о своем поэтическом призвании, получившем поддержку могущественного покровителя Мецената. К нему и обращены первые строки оды:

 

«Славный внук, Меценат, праотцов царственных,
О отрада моя, честь и прибежище!»
(кн. I, ода 1, стихи 1–2; пер. А. Семенова-Тян-Шанского).

 

Гораций перечисляет увлечения людей, которым они отдают предпочтение в своей жизни: спортивные состязания, политическая арена, сельское хозяйство, торговля, праздное времяпрепровождение, война, охота. Для каждого свое занятие составляет «высшее счастье». А затем в двух строфах (стихотворение написано первой асклепиадовой строфой) в изысканной поэтической форме говорит и о своем призвании: «к вышним близит меня роща прохладная, где ведут хоровод нимфы с сатирами». Гораций выражает свою надежду на милость Мецената:

 

«Если ж ты сопричтешь к мирным певцам меня
Я до звезд вознесу гордую голову»
(кн. I, ода I, стихи 35–36; пер. А. Семенова-Тян-Шанского).

 

Вторая же ода первой книги адресована Августу, которого Гораций изображает в виде бога Меркурия, «крылатого сына благодатной Майи», получившего на земле имя Цезаря. Так, уже начальные произведения сборника дают представление об идейной направленности лирики Горация. И в дальнейшем, углубляясь в чтение горациевых произведений, читатель может видеть, что политические мотивы, пронизывающие сборник, оказываются связанными с прославлением Августа и его политики.

Октавиан Август

Император Октавиан Август ("Август из Прима Порта"). Статуя I в. по Р. Х.

Автор фото - Till Niermann

 

В духе официальной идеологии воспевает Гораций древнюю римскую доблесть и в так называемом цикле римских од (кн. III, оды 1–6), составляющих определенное тематическое единство и написанных одинаковым стихотворным размером – алкеевой строфой. Эти оды объединены общей темой – в них отражается положительный идеал, выдвигаемый программой Августа; в центре внимания поэта – государство и его интересы, поэт говорит о пагубном влиянии роскоши и богатства, рисует картину деградации римского общества, разрушаемого продажностью: «боец, чья вольность куплена золотом, смелей ли станет?» (кн. III, ода 5, стихи 25–26). Выход из создавшегося гибельного положения Гораций видит в реставрации старых порядков, в возвращении к верованиям богов, в восстановлении разрушенных храмов:

 

«Вины отцов безвинным ответчиком
Ты будешь, Рим, пока не восстановлены
Богов упавшие жилища,
Их изваяния в черном дыме»
(кн. III, ода 6, стихи 1–4; пер. Н. Шатерникова).

 

В своих произведениях Гораций обращает свой взор к патриархальным богам, что соответствовало официальной политике Августа, призывает к древнеримским добрым нравам, к простоте жизни и к прежней доблести (кн. III, ода 2). Воплощение доблести он видит в Августе, который возвышается над всеми людьми. В оде 3 книги III Гораций подготавливает апофеоз Августа: «приобщить его (имеется в виду Август) отныне к сонмам блаженных богов дозволю» (стихи 35–36). Правление Августа на земле сравнивается с царствованием Юпитера на небе (кн. III, ода 5). В «римских одах» выдержан принцип единства композиции, воспринятый от эллинистической поэзии: первое и последнее стихотворения цикла (оды 1 и 6) содержат одинаковое число стихов (по 48), оба адресованы к народу, правда, с небольшим различием: ода 1 обращена к молодежи, к новому поколению; в оде 6 возрастного ограничения нет.

Философские мотивы «горацианской мудрости», проходящие через весь сборник лирических стихов, связаны с восхвалением наслаждения радостями жизни: любовью, пирушками, благами и красотами природы. В духе поверхностно воспринятой эпикурейской философии поэт выдвигал принципы «лови день» (кн. I, ода 11) и «пользуйся настоящим, не думая о будущем» (кн. I, ода 25), т, е. наслаждайся радостями сегодняшнего дня. Этот призыв сочетается в произведениях Горация с проповедью «довольства малым» и жизненным принципом держаться «золотой середины», который получил оформление в оде к Лицинию (кн. II, ода 10):

 

«Выбрав золотой середины меру.
Мудрый избежит обветшалой кровли,
Избежит дворцов, что рождают в людях
Черную зависть.

Ветер гнет сильней вековые сосны,
Падать тяжелей высочайшим башням.
Молнии удар поражает чаще
Горные выси»
(кн. II, ода 10, стихи 5–12; пер. 3. Морозкиной).

 

Даже в такой традиционной для античной поэтической традиции теме, как пиры и вино, Гораций в отношении умеренности выдерживает свою точку зрения. В пиршественных стихах, которые часто встречаются в его лирике, он не дает воли вакхическому раздолью и не утрачивает власти над собственными поступками:

 

«Но для каждого есть мера в питье: Либер блюдет предел.
Бой кентавров возник после вина с родом лапифов – вот
Пьяным лучший урок»
(кн. I, ода 18, стихи 7–9; пер. Н. Гинзбурга).

 

В оде 3 книги II Гораций в соответствии с философскими взглядами умеренных стоиков пишет:

 

«Хранить старайся духа спокойствие
Во дни напасти; в дни же счастливые
Не опьяняйся ликованием,
Смерти подвластный, как все мы, Деллий»
(кн. II, ода 3, стихи 1–4; пер. А. Семенова-Тян-Шанского).

 

Значительное место занимают оды, посвященные друзьям. Особый интерес представляет стихотворение «К Помпею Вару» (кн. II, ода 7), переведенное А. С. Пушкиным, в котором Гораций вспоминает о своем бегстве с поля боя, когда он «бросил щит под Филиппами». Это было в 42 г. до н. э. после поражения республиканцев во главе с Брутом, под началом которого служил поэт. Тема «потери щита» встречалась в стихах греческих поэтов Архилоха, Алкея, Анакреонта. В произведениях Горация эта тема подаётся по-своему – автор пользуется литературными реминисценциями из греческой лирики.

В любовных одах Горация отсутствует страстность. Гораций никогда не находится во власти любви. Он наблюдает за чужими страстями (кн. I, ода 5) или зовет к радостям любви (кн. II, ода 12). Героини его лирических произведений многочисленны: Хлоя, Пирра, Лалага, Необула и др. Среди всех стихотворений на эту тему выделяется своей лирической тональностью только одна ода (кн. Ш, ода 9), адресованная Лидии. Это стихотворение представляет собой диалог между Горацием и Лидией, где в изящной форме и шутливом тоне поэт говорит о былой взаимной любви, о счастье новой любви при изменении объектов страсти, о возможности возобновления отношений друг с другом. Стихотворение заканчивается словами: «Жить с тобою хочу и умереть, любя». Но и в этом стихотворении на любовную тему, как и в других, Гораций не создает образа возлюбленной. Героини поэта мало конкретны, наделяются каждый раз каким-нибудь, свойственным только ей одной, качеством: Хлоя – пугливая и неприступная (кн. I, ода 23), Пирра – златоволосая (кн. I, ода 5), Гликера «сияет светлей мрамора Пароса» (кн. I, ода 19), Миртала «бурливей была моря» (кн. I, ода 33). Горацию чуждо страдание от измены возлюбленной: если отвергает одна, то можно найти утешение с другой. Поэтому он и сам с шутливым укором обращается к Барине, которая «с ума сводит юношей толпы»:

 

«Ты умеешь лгать, поминая в клятвах
И отцовский прах, и ночное небо,
И безмолвье звезд, и богов, не знавших
Смерти холодной.

Но от этих клятв лишь смешно Венере,
И смеются нимфы, и сам жестокий
Купидон, точа на бруске кровавом
Жгучие стрелы»
(кн. II, ода 8, стихи 9–16; пер. Ф. А. Петровского).

 

Любовные произведения Горация в большей степени, чем другие, испытали на себе влияние эллинистической, александрийской поэзии. Наиболее характерна в этом отношении в книге 1 ода 30, адресованная Венере.

Завершающие стихи книг II и III Гораций посвящает своему поэтическому призванию и теме бессмертия поэта в его творениях. Оду 20 книги II он начинает словами: «Вознесусь на крыльях мощных, невиданных, певец двуликий, в выси эфирные» (стихи 1–2).

Ода 30 книги III, получившая название «Памятник», обрела наивысшую славу и пользуется всемирной известностью. Вот заключительные строки этого произведения:

 

«...Славой заслуженной,
Мельпомена, гордись, и, благосклонная,
Ныне лаврами Дельф мне увенчай главу»
(кн. III, ода 30, стихи 14–16; пер. С. В. Шервинского).

 

Так заканчивается третья книга лирических стихов Горация.

По первоначальному замыслу поэта сборник должен был состоять из трех книг, а «Памятник» мыслился в качестве оды, завершающей этот труд. Но по настоянию Октавиана Августа спустя 10 лет после выхода в свет сборника из трех книг была написана и четвертая книга, содержащая 15 стихотворений. Поэт продолжает прославлять Августа и его политическую деятельность, а также воспевает пасынков принцепса – Тиберия и Друза; много внимания уделяет теме бессмертия поэта.

Горацию принадлежит и юбилейный гимн («Вековая песнь»), написанный к всенародному торжеству, которое должно было знаменовать наступление «золотого века», обеспечиваемого Августом. Гимн написан для хорового исполнения. Его слова обращены к богам Аполлону и Диане с мольбой о содействии процветанию Рима и божественного Августа.

 

Гораций – «Послания»

См. также статью Гораций «Послания» – краткое содержание

Последние произведения Горация – «Послания». Это письма в стихотворной форме, имеющие определенных адресатов. Написаны они гекзаметром. Тематика посланий разнообразна в связи с привлечением обширного иллюстративного материала из жизни и литературы. Что же касается основной смысловой направленности, то в первом сборнике «Посланий» Гораций стремится раскрыть уже достигнутое им «искусство жить» (держаться «золотой середины», ничему не удивляться, уметь довольствоваться доступными радостями жизни), а второй сборник (из трех «Посланий») посвящен вопросам литературной теории. Следует особо отметить последнее «Послание» – «Послание к Пизонам» («Наука поэзии»). Это послание уже древние выделяли как отдельное произведение, рассматривая его как изложение теории поэтического искусства. Гораций формулирует важнейшие эстетические принципы классицизма о единстве, простоте и цельности произведения. Он говорит о содержательности искусства, о средствах воздействия на аудиторию, об общественном значении поэзии и о роли поэта. Большое внимание уделяется художественной форме и композиции произведения, критериям оценки поэтического мастерства. Сам поэт так говорит о задачах, которые ставит перед собой в этом, по его мнению, теоретическом руководстве:

 

«Сам не творя, покажу я, в чем дар, в чем долг стихотворца,
Что ему средства дает, образует его и питает,
Что хорошо, что нет, где верный путь, где неверный»
(Послания, кн. II, посл. 3, стихи 306–308; пер. Н. Гинзбурга).

 

«Наука поэзии» Горация является памятником античной классической эстетики. Это произведение послужило основой для «Поэтического искусства» Н. Буало.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.