Центральное место в поэтическом творчестве Лермонтова занимает поэма «Демон» (см. её краткое содержание и полный текст). Он задумал ее пятнадцатилетним мальчиком и работал над ней всю жизнь. Сохранилось пять редакций, но и последнюю нельзя считать окончательной; поэт так любил свое создание, что даже та ослепительно-нарядная одежда, в которой оно до нас дошло, не казалась ему достаточно пышной.

 

Лермонтов. Демон. Аудиокнига

 

Сюжет «Демона» характерен для романтической школы: бессмертный дух, влюбляющийся в смертную женщину, изображен в поэме Ламартина «Падение ангела»; ангел, из сострадания любящий демона, появляется в мистерии Альфреда де Виньи «Элоа»; падший дух, гордый и несчастный, выведен в поэме Байрона «Каин». Вообще образ могучего духа, восстающего против Бога и носящего на челе печать проклятия и отвержения, привлекал романтиков своим титаническим величием.

У Лермонтова «печальный демон, дух изгнанья» летает над вершинами Кавказа. Мрачная и дикая красота горного края обрамляет его гордый и зловещий образ. Но лермонтовский демон не похож на библейского сатану: он не любит зла, ибо нигде не встречает сопротивления. «И зло наскучило ему».

Он тоскует по тем дням, когда «в жилище света блистал он, чистый херувим», тяготится своим могуществом, своим беспредельным одиночеством, своей бесплодной свободой.

 

И все, что пред собой он видел,
Он презирал и ненавидел.

 

На высоком утесе, на плоской крыше замка княжна Тамара среди игр и песен подруг ожидает жениха. Демон видит ее и

 

…на мгновенье
Неизъяснимое волненье
В себе почувствовал он вдруг.
Немой души его пустыню
Наполнил благодатный звук,
И вновь постигнул он святыню
Любви, добра и красоты…

 

Такое внезапное перерождение было бы невозможно для духа зла. Но лермонтовский демон под маской злого духа прячет вполне человеческое лицо разочарованного романтического героя. Он губит жениха у часовни в ущелье гор – и невесте, рыдающей над трупом, нашептывает влюбленные и страстные слова:

 

Лишь только ночь своим покровом
Верхи Кавказа осенит,
Лишь только мир волшебным словом
Завороженный, замолчит…
К тебе я стану прилетать,
Гостить я буду до денницы
И на шелковые ресницы
Сны золотые навевать.

 

Тамара уходит в монастырь, надеясь, что голос соблазнителя не проникнет в святую обитель. Но и в келье она неотступно думает о нем…

 

Святым захочет ли молиться,
А сердце молится ему.

 

Демон находит ее и там. Его влечет любовь, он «входит, любить готовый, с душой, открытой для добра». Он верит, что для него возможно обновление, что любовь чистой девушки спасет его.

В большом лирическом монологе демон исповедуется перед Тамарой и умоляет ее:

 

О, выслушай – из сожаленья!
Меня добру и небесам
Ты возвратить могла бы словом.

 

Он касается поцелуем ее губ, и в это мгновенье она умирает. Ангел на золотых крыльях несет ее душу в рай; демон, как шумный вихрь, взвивается из бездны и заявляет: «Она моя». Но ангел отвечает:

 

Исчезни, мрачный дух сомненья!
Довольно ты торжествовал…
Она страдала и любила
И рай открылся для любви.
Побежденный демон проклинает свои «безумные мечты «.
И вновь остался он, надменный,
Один, как прежде, во вселенной
Без упованья и любви.

 

Образ Демона до конца остался неясным Лермонтову. Он подчеркивает искренность его любви, его обращения к «добру», его раскаянья, а вместе с тем дает понять, что его вдохновенные и пламенные речи были только соблазном и обманом. В волнах лирического потока образ падшего духа дробится и расплывается. Мы так и не знаем, к чему стремится демон: спасти себя любовью чистой девушки или погубить ее своими коварными соблазнами. И эта двойственность знаменательна: в самом поэте была борьба добра со злом, нераскаянной гордыни и жажды искупления.

Врубель. Тамара и Демон

Тамара и Демон. Художник М. Врубель, 1890

 

В «Демоне» стих Лермонтова достигает необычайной образной и эмоциональной насыщенности. И описания природы, и язык раскаленных страстей, и борьба идей необыкновенно напряжены. Как роскошная природа Грузии, поэма сверкает драгоценными камнями, звенит голосами птиц, благоухает ароматами южного полдня. Поэт без меры расточает свои поэтические сокровища; в русской литературе, пожалуй, нет поэмы более пышной и живописной.