Римский император Клавдий (41 – 54 гг.)

На нашем сайте можно познакомиться с жизнеописаниями и других римских императоров: Октавиана Августа (30 г. до Р. Х. - 14 г. по Р. Х.), Тиберия (14-37 гг.), Калигулы (37-41 гг.), Нерона (54-68 гг.), Гальбы (68-69 гг.), Отона (69 г.), Вителлия (69 г.), Веспасиана (69-79 гг.), Тита (79-81 гг.), Домициана (81-96 гг.), Нервы (96-98 гг.), Траяна (98-117 гг.), Адриана (117-138 гг.), Марка Аврелия (161-180 гг.), Коммода (180-192 гг.)

Начало правления императора Клавдия

После убийства Калигулы толпа преторианцев ворвалась во дворец грабить. Сенат собрался в Капитолии совещаться о судьбе государства. Пока он совещался, преторианцы, грабившие дворец, заметили Клавдия, дядю Калигулы, в испуге спрятавшегося за занавесями двери; они вытащили дрожащего, приветствовали его титулом императора, посадили на носилки и понесли в преторианский стан. Воины, подкупленные обещанием подарков, провозгласили Клавдия императором. Сенат, сделав слабую попытку сопротивления, признал его. Римляне уже так привыкли к монархическому правлению, что республиканцев не могло найтись много. От брата Германика ожидали любви к свободе. Таким образом, Клавдий получил престол, благодаря наследственному праву, расположению преторианцев, уму и решимости друга своей молодости, Агриппы, внука Ирода, этот смелый человек действовал вместо нерешительного, робкого Клавдия. Была объявлена амнистия. Из неё был исключен Кассий Херея, убивший Калигулу по личной вражде и потом старавшийся о восстановлении республики, он и некоторые другие республиканцы были казнены по совету придворных. Это было единственной жестокостью нового императора. Человек очень ограниченного ума, но от природы добродушный, Клавдий в начале своего правления выказывал кротость и справедливость, так что римляне очень радовались воцарению его. По своей робости он постоянно имел при себе телохранителей. Эта свита Клавдия показывала римлянам, что они живут под владычеством воинов, но они утешались тем, что были прекращены процессы за оскорбление величества, был казнен грозный доносчик Протоген, находившиеся в темницах были освобождены, изгнанники возвращены, были отменены обременительные и постыдные налоги, были уничтожены грозившие людям погибелью документы, найденные у Калигулы; нравилась народу и любовь, с какой император Клавдий восстановил честь памяти своих родных и в особенности своего брата Германика и его жены, Агриппины Старшей; нравилось его добродушие: кроме случайных порывов гнева, он был всегда добр.

Император Клавдий

Бюст императора Клавдия

 

Личность и характер Клавдия

И однако же начавшееся так милостиво правление императора Клавдия стало не менее бедственно и ужасно, чем были времена Тиберия и Калигулы; причиною тому была не столько злая воля его, сколько слабость ума, делавшая его совершенно неспособным к управление огромным государством, в котором все зависело от личности монарха. Тяжелые болезни, которыми страдал Клавдий в детстве и молодости, помешали и физическому и умственному его развитию. Фигура его была жалкая: на тонких слабых ногах качалось тело, расположенное к тучности; голова тряслась. До того, как Клавдий стал императором, он был предметом презрения и осмеяния всех своих родных. Его мать, Антония, называла его уродом, фигуру которого природа стала делать человеческой, но не доделала. Робкий и неловкий, не умевший держать себя с тактом и приличием, он не был впускаем в придворное общество, ему не давали почетных титулов, с ним поступали как со слабоумным. При Калигуле он был мишенью самых наглых шуток придворных. Но Клавдий был не так слаб умом и не так чужд страстей, как вообще думали; с детства он имел большую любовь к наукам, в особенности к занятиям историей и археологией, и образ его жизни не был невинный: он любил играть в кости, пить, любил женщин. Клавдий с детства был окружен женщинами; он был женат пять раз и постоянно находился под женским влиянием. Его неохотно видели при дворе, и сам Клавдий не имел охоты бывать в кругу придворных, жил вдали от двора, очень усердно занимался греческой и римской литературой и филологией, писал ученые сочинения. Его «Этрусская история», состоявшая из 20 книг, его «История римской республики» с окончания междоусобных войн, его «Автобиография» были не лишены некоторого достоинства. Ими пользовался Тацит, быть может, и Тит Ливий, бывший учителем Клавдия.

 

Отпущенники-фавориты Клавдия

Отдыхать Клавдий любил в обществе рабов, отпущенников, шутов и женщин. От этого он оставался совершенно чужд практической жизни, не знал ни людей, ни положения дел; круг его понятий был очень узок. Всякая неожиданность расстраивала его; в минуты испуга Клавдий терял весь свой маленький запас рассудительности и становился послушным орудием всякого негодяя. При слабости рассудка и памяти он был постоянно игрушкой своих жен и отпущенников. Их влияние на бесхарактерного, неспособного к самостоятельности императора было тем сильнее, что римская аристократия все еще не хотела отбросить гордости своим прежним могуществом, не решалась сблизиться с двором, принять на себя придворные должности, выказывать преданность императору. Благодаря тому, что знатным фамилии чуждались дворца, там был полный простор ловким придворным, которых император Клавдий выбирал из огромного числа своих образованных и хитрых отпущенников; они коварствами удовлетворяли свою алчность и мстили высшему обществу за презрение к ним. Не думая об интересах государства, они добивались только милости императора, награждавшего преданность их богатством, и извлекали денежные выгоды из своего блестящего, но шаткого положения. Они были притеснителями народа, но преданными слугами и советниками государя. Особенно безгранична была их власть по финансовому ведомству. Все доходы и расходы фиска проходили через их руки. Стаций знакомит нас с одним из таких людей, Клавдием Этруском, который занимал при нескольких императорах выгодные должности, нажил себе миллионы и когда умер 80-летним стариком, то был погребен с изумительным великолепием. Царствование Клавдия было золотым веком для его отпущенников. Устраненный из круга императорской фамилии и её приближенных, Клавдий с детства вращался в обществе невольников, клиентов и отпущенников; они стали всемогущими фаворитами его. Главных между ними было четверо: Каллист докладывал императору просьбы и другие текущие дела, Полибий был его помощником по ученым занятиям Нарцисс его секретарем, Паллант – казначеем. В союзе с Мессалиной, женой императора, бесстыдной развратницей, они управляли им, как хотели.

 

Сооружения Клавдия

Но и при этом пошлом правительстве Клавдия были возведены громадные сооружения, свидетельствовавшие, что и в дни глубокого унижения еще не угасли предприимчивость и энергия римлян, еще оставалась в них любовь к великим делам; главным из этих сооружений было устройство и укрепление гавани при Остии. Дно гавани в царствование Клавдия было углублено, так что большие морские корабли могли входить в Тибр; были построены верфи, магазины; морская торговля оживилась, был обеспечен правильный подвоз хлеба в Рим, была устранена опасность голода в столице. Заслуживают удивления и сооруженные тогда водопроводы, в особенности тот, который был назван Клавдиевым (Aqua Claudia, освящён в 52 г.). Он, местами под землей, местами по чрезвычайно высоким аркадам, вел с очень дальнего расстояния чистую родниковую воду в Рим и был устроен так, что она поднималась даже в высокие части города; по словам Плиния, эти водопроводы Клавдия были такими сооружениями, колоссальнее которых не существовало нигде на земле. Громадной работой было и проведение при Клавдии канала (emissarius) для спуска воды из Фуцинского озера в реку Лирис. Это был тоннель, прорубленный сквозь скалу; 30,000 человек работали одиннадцать лет над исполинским делом (41-52 гг.); целью его было остановить засорение окрестностей наводнениями озера и доставить большое пространство земледелию. Но цель была не вполне достигнута, потому что дно озера лежит глубже русла реки. Следы этого построенного Клавдием канала еще видны, но озеро, называющееся теперь Челанским (Lago di Celano), оставалось до недавнего времени все еще очень большим.

Император Клавдий

Император Клавдий

 

Внешняя политика Клавдия

Не бедно было царствование Клавдия и военными подвигами. Рейнская и Дунайская границы были защищены и принимались успешные меры для романизации их. На севере и на юге пределы государства были расширены; на юге была сделана римской провинцией Мавритания (43 г.); на севере была покорена часть Британии; один из походов там был сделан при участии самого императора. В Азии Домиций Корбулон одержал победы, напоминавшие славное время республики, и охранил Армению от завоевания парфянами.

 

Внутренняя политика Клавдия

Даже во внутреннем управлении были сделаны, наперекор вредному влиянию фаворитов Клавдия и его личной трусости, некоторые хорошие распоряжения. В своих отношениях к сенату император Клавдий старался подражать Августу: увеличил число сенаторов и всадников; возвел некоторые фамилии в сан патрициев; хотел поднять в высших сословиях чувство самоуважения разными почетными отличиями и запрещением участвовать в унизительных играх. Свои обязанности цензора («блюстителя нравов») он исполнял усердно и добросовестно, хотя не всегда с тактом, пониманием дела и последовательностью. Насколько мог, он старался прекратить ужасы и нелепости Калигулы. До нас дошла речь, в которой император Клавдий предлагал сенату дать полное право римского гражданства лицам, занимающим должности в городах области эдуев, и тем открыть для них доступ в сенат и в курульные магистратуры. Целым округам было дано право римского гражданства (48 г.), так что в государстве значительно увеличилось число людей, пользовавшихся этим правом. Должно, впрочем, сказать, что в пожалованы этого права нередко играло главную роль взяточничество фаворитов. За неправильное присвоение себе права римского гражданства иноземцами, отпущенниками или рабами, Клавдий наказывал очень строго. Он старался уменьшить праздношатательство массы простолюдинов города Рима строгим полицейским надзором за гостиницами и лавками, в которых продавалось готовое кушанье, и запрещением продажи лакомств. Те религиозные общества, которые стали опасны для нравственности и государства своими сладострастными или жестокими обрядами, при Клавдии были распущены, и участники их подвергнуты изгнанию. Напротив того, старинные обряды, как например, элевсинские таинства, римские жертвоприношения и гадания, пользовались покровительством Клавдия, любившего старину. Но он уменьшил число праздников, которые слишком часто прерывали заседания трибуналов. Для разбора дел о завещаниях и вообще о наследстве он назначил двух особенных преторов. Клавдий старался, по возможности, охранять провинции от притеснений правителей. По частному праву были изданы им некоторые хорошие законы. После занятия археологией Клавдий всего больше любил юриспруденцию; его слабый ум не всегда мог разбирать запутанные юридические вопросы, но усердие его было полезно развитию юридических наук. Правда, решения по судебным делам составлялись не столько самим императором Клавдием, сколько его советниками, а для того, чтобы приговор был исполнен, надобно было согласие его жены и любимцев, державших его под своим владычеством. При всей его любви к справедливости, по его бесхарактерности и умственной слабости, всегда зависело от случая то, какие результаты будут произведены его распоряжениями и судебными приговорами. Хорошие меры фаворитами Клавдия часто обращались в дурные, а робость императора превращалась в жестокость.

 

Императрица Мессалина, жена Клавдия

Пока Клавдий сидел над своими учеными трудами, отпущенники продавали гражданские и военные должности, приговоры по судебным делам, право на всяческие грабежи; а императрица Мессалина, внучка триумвира Марка Антония, красивая женщина с необузданным сладострастием, держала себя так, что имя её вошло в поговорку, попирала ногами всякое приличие, безгранично предавалась влечениям своей мстительности, алчности и чувственности. Сенат держал себя раболепно: он постановлял льстивые решения в честь презренных фаворитов, определял воздвигать на общественный счет памятники во славу их, так что Плиний говорит: трудно было сказать, насмешками ли должно считать эти прославления, или доказательствами совершенной бесчестности. По влиянию отпущенников и креатур их, двор Клавдия все больше принимал восточный характер. У входа во дворец стояли привратники и обыскивали входящих, нет ли у них под одеждой спрятанного оружия; были сановники, заведовавшие порядком аудиенций, была введена награда, состоявшая в пожаловании права иметь перстень с изображением императора. Гибельные процессы об оскорблении величества скоро возобновились.

Уже в первые месяцы нового правления, Юлия, дочь Германика, которую Клавдий сначала возвратил из ссылки, была, по внушению завистливой императрицы Мессалины, вновь сослана и потом убита; чтобы её муж Марк Виниций не отмстил за нее, его отравили. Аппий Силан, вельможа, сын которого был помолвлен с Октавией, дочерью императора, был казнен по интриге Мессалины, раздраженной тем, что он отверг её предложение быть её любовником (41 г.); она при помощи своего союзника, отпущенника Нарцисса, убедила императора, что Силан злоумышляет против его жизни. Окружавшее Клавдия, пользуясь слабостью его памяти и трусостью, губили всех честных людей, не хотевших льстить развратной Мессалине и злодеям фаворитам императора. Особенно легко стало для них это, когда на второй год царствования Клавдия (42 г.) был открыт заговор, имевший целью восстановление республики. Он был разрушен преданностью легионов императорскому дому. Были казнены, или сами лишили себя жизни не только заговорщики и люди, знавшие об их замысле, как например Аппий Винициан, Фурий Камилл Скрибониан, но и множество сенаторов, всадников и граждан, посторонних умыслу: они подвергались пытке и осуждались на смерть, как виновные. Цецина Пет, друг Скрибониана, разделявший его убеждения, заколол себя, ободренный на эту решимость примером своей мужественной жены Аррии; она вонзила в грудь себе кинжал и подала ему со словами: «Пет, не больно». Знаменитый философ Анней Сенека был сослан Клавдием на остров Корсику. Ему пришлось прожить там семь лет; льстивое письмо, в котором он излагал утешения Полибию по случаю смерти брата этого фаворита, не сократило ссылки: Полибий или не захотел похлопотать, или получил письмо слишком поздно.

Итак, при дворе императора Клавдия восточная пышность и разврат соединялись с жестокостью; бесстыдная женщина губила благороднейших людей за сопротивление её позорной любви или в удовлетворение своей алчности; бессовестные люди, не имевшие не только заслуг, но и знакомства с делами, раздавали должности, решали процессы по расчетам своей выгоды, император в кругу многочисленных гостей предавался за столом обжорству и пьянству с нарушением всякой благопристойности; – конечно, это должно было подавлять последние остатки нравственного достоинства в народе.

Императрица Мессалина

Императрица Мессалина. Картина П. С. Крёйера, 1881

 

Меж тем, как Клавдий придумывал три новые буквы для обогащения латинского алфавита и старался цензорскими распоряжениями возвратить Рим к старинной добродетели, его слабоумный взгляд не замечал, в какую грязь порока и злодейства погружается его жена, императрица Мессалина. Была назначена (47 г.) особая комиссия, заседавшая в одной из комнат императрицы, для суда над Валерием Азиатиком, сенатором и бывшим консулом, человеком, который славился честностью и прямодушием и был очень богат. Его обвинили в злоумышлении против императора и осудили на смерть, потому что Мессалине хотелось приобрести его сады, которые принадлежали прежде Лукуллу и которые он еще улучшил и великолепно украсил. По особенной милости ему было дано право выбрать себе род смерти; он перерезал себе артерии и умер мужественно. Поппея Сабина, жена богатого сенатора Луция Корнелия Сципиона, женщина легкомысленного образа жизни, но первая красавица своего времени, сделалась жертвою императрицы Мессалины, потому что с ней имел тайные свидания любовник императрицы, пантомим Мнестер. По слабоумию Клавдия, Мессалина была безопасна от всяких его догадок, пока его отпущенники находились в союзе с нею. Он был опутан её сетями, и она все смелее пускалась в необузданное распутство. Говорят, что, переодетая, она ходила ночью под именем Лициски в публичные дома и отдавалась каждому, выбиравшему ее; что она в самом дворце устроила притон разврата, куда собирались замужние женщины на свиданья с любовниками. Наконец, Мессалина страстно влюбилась (48 г.) в Гая Силия, самого красивого молодого человека в Риме, и запутала его своими интригами так, что он развелся с женой и стал её любовником, отчасти из страха, отчасти из честолюбия. Ослепленная страстью, она забыла всякую осторожность. Тацит говорит, что Мессалина посещала дом Силия не тайно, а с большою свитой, являлась вместе с ним в публике, дарила ему имения, давала почести, наполнила его дом рабами, отпущенниками, царской роскошью, как будто жилище её любовника уже становится императорским дворцом. Силий понял, что дело приняло слишком опасный размер, что его погибель неизбежна, если он не свергнет Клавдия и не захватит императорскую власть. Он склонил Мессалину в пользу своего замысла, пообещав жениться на ней; но, чтоб он не мог отступиться от обещания после удачи, она потребовала, чтобы брак был совершен до начала предприятия.

Силий согласился, и Рим увидел небывалое зрелище: воспользовавшись тем, что Клавдия не было в Риме, Силий и императрица Мессалина совершили обряд бракосочетания с соблюдением всех юридических и религиозных формальностей и отпраздновали свой брак великолепным свадебным пиром. Дерзость императрицы проявилась этим делом с отвагой, которая и Нарцисса заставила увидеть, что он сам может быть низвергнут ею, если она уцелеет. Он раскрыл глаза Клавдию. Доверие отпущенников-фаворитов к императрице поколебалось уже раньше, когда она выманила клеветой у Клавдия смертный приговор одному из них, Полибию, бывшему её любовнику. Они увидели, что теперь пришла возможность отмстить Мессалине. Но и помимо мщения они должны были восстать против неё: они знали, что если Клавдий будет низложен, то они утратят свое влияние на дела и самая жизнь их будет в опасности. Потому они решили казнить Мессалину, пока Силий и она еще не успели начать исполнение своего замысла. Нарцисс поспешил в Остию, где был тогда Клавдий, и раскрыл замысел новой супружеской четы. В доме новобрачных шел шумный пир, – это был день праздника сбора винограда, когда римляне шумно веселились. Мессалина с распущенными волосами и Силий с венком из плюща на голове шли вакханальной процессией по ярко освещенным залам, когда разнеслась по дворцу страшная весть: император едет в Рим, его сопровождает Нарцисс. Гости в ужасе разбежались. Мессалина с детьми поехала навстречу императору, но её просьбы и хитрости потеряли прежнюю силу над ним. Ей было велено удалиться; она отправилась в свою виллу в саду Лукулла, отнятом у Валерия Азиатика, а Нарцисс отдавал от имени Клавдия приказания об убийствах. Силий и его приближенные были казнены; скоро и Мессалина была убита центурионами, посланными Нарциссом (48 г.). Он спешил умертвить ее, чтоб она не вымолила прощения себе у императора. Мериваль из некоторых слов Светония выводит предположение, что сам Нарцисс устроил для Мессалины возможность вступить в брак с Силием, склонив Клавдия развестись с ней для формы на несколько времени, чтобы этим отклонить исполнение над ним слов предсказателей, объявивших, что мужу Мессалины угрожает смерть. Клавдию было сообщено о смерти Мессалины, когда он сидел за праздничным обедом. Он продолжал есть, не выказав ни злобы на нее, ни сожаления, ни печали, ни радости; он тогда уже совершенно отупел.

 

Императрица Агриппина Младшая – вторая жена Клавдия

Клавдий привык быть под властью жены, и оставаться без жены не мог; потому его фавориты стали советоваться между собою, на ком женить его. После довольно долгих рассуждений они согласились женить императора на его собственной племяннице, Агриппине Младшей, дочери брата Клавдия, Германика, женщине умной, очень красивой, но властолюбивой и развратной; она была тогда вдова: первым мужем её был Гней Домиций Агенобарб, грубый развратник. Она прожила с ним 12 лет, их отношения были дурные; теперь ей было тридцать три года. Мысль жениться на ней очень понравилась Клавдию. Сенат и народ попросили его издать закон, разрешающий браки дядей с племянницами, потом, попросили его жениться на Агриппине (49 г.); она внесла во дворец новые пороки и преступления. Агриппина была сладострастна, как Мессалина, но далеко превосходила свою предместницу властолюбием и энергией. Тотчас после брака она стала хлопотать о том, чтоб император, выдал за её сына от первого брака, Луция Домиция Агенобарба, свою дочь Октавию. У Октавии уже был жених, Луций Юний Силан, правнук Августа. По желанию Агриппины, низкий развратник Вителлий обвинил Силана в любовной связи, которая делает его недостойным брака с дочерью императора, и он был объявлен недостойным этого брака. Агриппина стала высокомерно владычествовать над императором Клавдием и двором. Вельможи, казавшиеся ей опасными, и женщины, возбуждавшие зависть её своей красотой, подвергались вымышленным обвинениям и наказывались за мнимые преступления. Так поступила она с Лоллией Паулиной, которая была соперницею ей в кандидатуре на сан императрицы, и с дивной красавицей Кальпурнией. Агриппина заботливее Мессалины соблюдала внешнее приличие; но её коварство, властолюбие, алчность и отвага на всякие злодейства заставили римлян находить, что при Мессалине времена были менее ужасны.

Агриппина Младшая

Императрица Агриппина Младшая

 

Нерон и Сенека

Вскоре после брака, Агриппина получила титул августы, какой имела жена Октавиана Августа, Ливия. Подобно Ливии, она главной целью своих интриг поставила сделать своего сына наследником императора, чтоб обеспечить себе на всю жизнь владычество над государством. Её 12-летний сын был объявлен женихом Октавии, которой было тогда семь лет. Вскоре после того император Клавдий усыновил его. Клавдий Нерон Друз, как стал по усыновлении называться сын Агриппины, сделался соперником сына, которого император имел от Мессалины. Сын Клавдия, получивши по поводу экспедиции отца против британцев имя Британника, был несколькими годами моложе сына Агриппины. Нерону были даны неслыханные почести; Агриппина хотела подготовить этим народ к мысли, что наследником императора будет он. Чтобы народ имел о нем хорошее мнение, Агриппина поручила его воспитание знаменитому философу Луцию Аннею Сенеке, которого возвратила с Корсики, куда сослан был он по обвинению в тайных сношениях с племянницей Клавдия, Ливиллой, а на самом деле за свое письмо к Марции, в котором он высказывал республиканский образ мыслей. Но трудно было дать хорошее направление юноше с горячими страстями, избалованному прежними раболепными воспитателями, в это время уже развратному, уже увлекавшемуся мечтами о своих артистических талантах и совершенно испорченному. Сенека старался внушить своему воспитаннику Нерону хорошие правила изустными уроками и сочинениями, какие писал для него (одно из таких сочинений – рассуждение «О гневе»).

Сенека

Луций Анней Сенека

Автор фото - Calidius

 

Но природная склонность, лесть окружающих, независимость от учителя, даваемая высоким положением воспитанника, были сильнее всех забот Сенеки; впрочем, та цель, для которой Агриппина возвратила Сенеку в Рим, была достигнута ею. Она поручила воспитание своего сына знаменитому писателю, имевшему репутацию приверженца свободы, подвергавшемуся за любовь к свободе страданиям ссылки, – это давало хорошую славу ей, а он писал сочинения, которыми еще больше прославлял её правление государством. Естественно было, что ученый государственный человек, помогавший Агриппине во всех её личных делах своими советами и услугами, стал близким другом этой умной женщины. Она имела тот расчет, что если он приобретет влияние на её сына, это будет очень полезно упрочению её могущества. Когда Нерону исполнилось пятнадцать лет, был совершён брак его с Октавией (53 г.). В день свадьбы прежний жених её Силан лишил себя жизни. Агриппина стала больше и больше оттеснять сына Клавдия, Британника. Его преднамеренно держали так, чтобы способности его не развивались. Креатуры Агриппины распускали молву, что он страдает падучей болезнью, что он слабоумный; народ привыкал думать о Британнике так; все поклонялись императрице, которая умела губить своих противников, осыпала почестями и богатствами своих друзей. Император Клавдий, совершенно подчинявшийся Агриппине, дал ей такое положение, что она пользовалась одинаковым с ним почетом. Даже на монетах её изображение стояло рядом с его изображением. Льстивые греческие города Малой Азии воздавали ей божеские почести, сооружали памятники, ставили статуи в честь её. По внушению Агриппины, император назначил префектом преторианцев одного из её приверженцев, Афрания Бурра, которому она поручила военное воспитание Нерона. В честь Палланта, бывшего раба, был поставлен памятник на форуме близ статуи Цезаря; эту честь заслужил он тем, что особенно усердно склонял Клавдия жениться на ней.

Мессалина и Британник

Мессалина и Британник

Статуя, ок. 45 по Р. Х. Автор фото - Ricardo André Frantz

 

Смерть императора Клавдия

Но вскоре после свадьбы своего сына, Агриппина заметила, что благосклонность императора к ней уменьшается. Нарцисс начал опасаться её властолюбия и, по его внушению, император стал больше сторониться от неё, высказывал раскаяние, что отдал её сыну предпочтение перед своим, стал выказывать нежность к Британнику; Агриппина рассудила, что надобно отравить Клавдия. Нарцисс занемог и поехал лечиться на воды в Синуэссу. Этим облегчилось исполнение умысла. Знаменитая галльская отравительница Локуста приготовила яд для Клавдия; евнух Галот, который обязан был отведывать кушанья, подаваемые императору, помог делу, и Клавдий съел яд в своем любимом кушанье, грибах. Он умер (октябрь 54 г.) на 64 году жизни, на 14 году своего царствования. Агриппина скрывала смерть его, пока были сделаны все распоряжения, надобные для провозглашения Нерона императором; она притворилась, что поражена горем и нуждается в утешениях; под этим предлогом она задержала при себе Британника и Октавию, а Нерон в сопровождении Бурра отправился в преторианский стан, обещал подарки преторианцам, и они провозгласили его императором. Созванный сенат согласился с решением преторианцев, и все государство признало императором Нерона.

Похороны Клавдия были совершены с величайшим великолепием, и умерший император был возведен в сан бога (получил апофеоз). Нерон произнес на похоронах речь, написанную для него Сенекой. Есть пасквиль на Клавдия, называющийся Apokolokyntosis Divi Claudii («Превращение божественного Клавдия в тыкву»), приписываемый Сенеке. Название этой сатиры основано на комической игре слов: «апофеоз – апоколокинтоз» («обожествление – отыквление»). Если этот памфлет действительно принадлежит Сенеке, то философ вознаградил себя этою пародией похвальной речи за свое участие в апофеозе. Нарцисс был тотчас по смерти императора отведен в темницу и там принужден лишить себя жизни. Не спрашивая согласия нового императора, Агриппина велела отравить проконсула Азии, Марка Юния Силана; это был брат жениха Октавии; Агриппина опасалась, что он провозгласит себя императором и отомстит за смерть погибшего. Он был человек богатый, но ограниченного ума; Калигула называл его золотой овцой; но он был потомок Цезарей, и пользовался расположением народа за свою репутацию безукоризненной честности.

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Переводы лучше делать через карту, а не Яндекс-деньгами.