Любопытным, в историческом отношении, представлен в романе «Война и мир» Наполеон. В противоположность Кутузову, он представлен, как человек, слепо верующий в силу своей личности. Поэтому он тоже – эгоист, прежде всего, ради личной прихоти, ради тщеславия, начинающий кровопролитную войну.

 

«Только то, что происходило в его душе, имело интерес для него. Все, что было вне его, не имело для него значения, потому что все в мире, как ему казалось, зависело только от его воли» –

 

– так характеризует Наполеона Толстой. Он обвиняет его не только за эгоизм, но и за эготизм.

 

Лев Толстой. Война и мир. Главные герои и темы романа

 

И этот «гениальный» человек, привыкший «играть роль», привыкший «позировать» и говорить пышные речи, развенчан Толстым, – «все действия его, – говорит наш писатель, – очевидно, жалки и гадки». Он отличается «блестящей и самоуверенной ограниченностью», «глупостью и подлостью, не имеющими пределов», он – «разбойник вне закона»[1].

 

«И не на  один только этот час и день были помрачены ум  и совесть этого человека, тяжеле  всех  других участников этого дела носившего  на  себе всю тяжесть совершавшегося; но и никогда, до конца жизни, не мог  понимать он ни добра,  ни красоты, ни  истины,  ни значения  своих поступков,  которые были слишком   противоположны   добру   и   правде,  слишком   далеки  от   всего человеческого,  для того  чтобы  он  мог  понимать  их значение. Он  не  мог отречься  от своих поступков, восхваляемых половиной света, и потому  должен был отречься от правды и добра и всего человеческого».

 

Так судил Толстой Наполеона и с моральной, и с историко-философской точки зрения. «Нет истинного величия там, где нет простоты добра и правды».

 

См. также статьи Образ Кутузова в «Войне и мире», Кутузов и Наполеон в романе «Война и мир».

Ссылки на другие материалы по творчеству Л. Н. Толстого – см. ниже в блоке «Ещё по теме…»



[1] Такое развенчание, быть может, и несколько пристрастное и несправедливое, интересно в историко-литературном отношении как показатель торжества литературного реализма. Романтики идеализировали Наполеона, – даже Пушкин, не говоря уже о Лермонтове, – ставили Наполеона на пьедестал и кадили ему фимиам. Беспощадный реализм Толстого не поцеремонился с этим «баловнем истории».

 

Уважаемые гости! Если вам понравился наш проект, вы можете поддержать его небольшой суммой денег через расположенную ниже форму. Ваше пожертвование позволит нам перевести сайт на более качественный сервер и привлечь одного-двух сотрудников для более быстрого размещения имеющейся у нас массы исторических, философских и литературных материалов. Просьба делать переводы через карту, а не Яндекс-деньги.